«Английская экономическая история: избранные документы»

Mercy, 2s.

Представлено смотрителем парка, что Уильям Уокер (6 пенсов) с 11 животными, Роджер де Мэннингхэм (4 пенса) с 3 животными, Джон де Гиллес (2 пенса), Томас Стейвал (2 пенса) с одним животным, Роджер Мегсон (2 пенса) с одним животным, Денис Уокер (2 пенса), Ричард Райт (4 пенса) с 2 животными и Уильям Кок (2 пенса) с лошадью съели траву в лесу лорда в Брэдфордбэнке; поэтому они в милости.

Mercy, 12d.

Снова представлено, что Уильям Нотбраун (6 пенсов) и Адам Нотбраун (6 пенсов) со своим скотом сломали изгородь вокруг леса лорда и с указанным скотом съели траву в лесу лорда; поэтому они в милости.

Mercy, 10d.

Снова представлено, что Ричард Милнер из Идела (6 пенсов), Ричард Бейлиф (2 пенса) и Уильям Смит из Кейлсхилла (2 пенса) перевозили мельничные жернова через землю лорда здесь без разрешения; поэтому они в милости.

Снова представлено Джоном де Денхолмом, Джоном Джадсоном, Адамом Диксоном, Робертом дель Мором, Томасом де Челлоу, Хью Барном, Робертом атте Яте, Джоном атте Яте, Ричардом Кертейсом, Джоном Роусом, Роджером Йохансоном и Джоном де Гиллесом, что Уильям Томсе, бондарь лорда, живущий в Мортоне под Йорком, Роджер де Станбири, бондарь лорда, живущий в Уирклее, и Джон Бонде, живущий в Сигелесдене, и Джон, сын Роджера, сына Уильяма дель Мерша, живущий с Джоном де Брэдлеем, бондари лорда здесь, удалились без разрешения; и вслед за этим был отдан приказ схватить их всех, чтобы они были [здесь], пока и т. д. И вышеупомянутый

Fine, 26s. 8d.

Уильям Томсе и Роджер де Станбири были схвачены и доставлены перед стюардом в Понтефракте в субботу после праздника Обрезания Господня. И вышеупомянутый Уильям Томсе внес там штраф в 26 шиллингов 8 пенсов перед указанным стюардом, а именно, чтобы иметь свои товары по воле стюарда [117], подлежащие выплате в праздники Святого Петра в веригах и Святого Михаила равными долями. И также вышеупомянутый Уильям внес штраф за чеваж, а именно штраф в 2 шиллинга, подлежащий выплате ежегодно в праздники Пятидесятницы и Святого Мартина зимой равными долями; и Уильям Кук из Бродертона стал его поручителем как за его ежегодный чеваж, так и за его другой штраф за указанные товары. И Роджер де Станбири таким же образом в тот же день был доставлен перед вышеупомянутым стюардом в Понтефракте и внес штраф в 20 шиллингов, чтобы иметь свои товары по воле стюарда, подлежащие выплате в сроки Пасхи и Михайлова дня; и также вышеупомянутый Роджер внес штраф в 12 пенсов за свой чеваж, подлежащий выплате ежегодно в сроки вышеупомянутые; и Томас Дантриф стал его поручителем как за его ежегодный чеваж, так и за его штраф вышеупомянутый. И было даровано тому же Уильяму и Роджеру, что они могут оставаться вне владений здесь в местах, где они оставались прежде, и это по воле лорда, за их чеважи вышеупомянутые, подлежащие выплате ежегодно, как сказано выше.

Take bondmen.

И отдано распоряжение схватить всех прочих вышеупомянутых зависимых людей, поскольку они не явились, и вернуть их обратно в их гнезда до тех пор, пока и т. д. [118]

Итого по данному суду: 51 шиллинг 9 пенсов, весь доход. Далее, с шеважа, как указано выше: 3 шиллинга в год, подлежащие уплате в сроки, указанные выше.

[106] 12 декабря 1349 года, год Черной смерти. Примечателен монотонный список умерших.

[107] Т. е. наследство не может перейти по наследству.

[108] Понедельник перед 1 мая 1354 года.

[109] Штраф за рождение внебрачного ребенка.

[110] Пятница перед 24 июня 1354 года.

[111] Т. е. стали поручителями.

[112] Т. е. поручители.

[113] Т. е. штраф за вступление в брак.

[114] Т. е. подушная подать, штраф, ежегодно уплачиваемый зависимыми держателями, проживающими вне манора.

[115] Над строкой над именем Сесилия вписано: Роджер Джадсон.

[116] Анабель упорно отказывалась восстановить дом в течение последних шести лет; она выполняет свое обязательство два года спустя [m.50].

[117] Т. е. чтобы сохранить свое собственное имущество по доброй воле управляющего. По закону имущество зависимого человека принадлежит его господину.

[118] Ср. Брэктон, De Legibus Anglie, лл. 6 об. и 7. «Сервы находятся под властью своих господ, и власть господина не ослабевает, пока они пребывают в состоянии вилланства, бодрствуя или спя, владеют ли они землей или нет. Более того, если они не пребывают в вилланстве, а странствуют по стране, уходя и возвращаясь, они всегда находятся под властью господ, пока они возвращаются; а когда они отвыкают возвращаться, они начинают становиться беглыми, подобно прирученным оленям. Более того, если, находясь в отлучке в качестве купцов или наемных работников, они платят шеваж в установленные сроки... и пока они платят шеваж, считается, что они находятся под властью господ, и власть господина не ослабевает. А когда они перестают платить, они начинают становиться беглецами... и должны быть немедленно преследуемы». И там же, л. 26. «В королевском суде перед судьями Скамьи в Вестминстере Джоном де Метингемом и его товарищами, судьями там, было сказано, что если урожденный и воспитанный зависимый человек станет беглецом... и вернется и будет найден в зависимом поместье, где он родился, и будет схвачен там своим истинным господином или его служителями, как птица в своем гнезде, и это будет доказано, то если такой человек осмелится отрицать это в королевском суде, он будет сервом навеки».

3. Документ, иллюстрирующий распределение полос земли [Ancient Deeds, B 4397], 1397 г.

Всем верным Христовым, к кому придет настоящая грамота, Морган Гох шлет приветствие в Господе. Знайте, что я передал, даровал и настоящей моей скрепленной печатью грамотой подтвердил Джону Друверу коттедж с приусадебным участком, расположенный в Модбери между коттеджем Джона Джанекинса с восточной стороны и владением Томаса Кобба с западной стороны, а также три акра и одну род пахотной земли, лежащей на полях Модбери, из которых один акр лежит в Брокеридже между землей лорда с обеих сторон, один акр в Тотекомбе между землей лорда и землей Томаса Кобба, три рода в Брокеридже между землей лорда и землей Уильяма Кокса, пол-акра там же между землей Томаса Кобба и землей Ральфа Смейла, и пол-акра луга лежит в Стуртилмиде между лугом Гилберта Сколмейстра с обеих сторон, с пастбищем для одного рабочего быка и двух тягловых животных в общем пользовании; каковую землю, луг и пастбище Джон Пайпер недавно держал пожизненно; иметь и держать все вышеупомянутое владение с приусадебным участком, землей, лугом и пастбищем вышеупомянутому Джону пожизненно, от меня и моих наследников или моих правопреемников свободно, спокойно, хорошо и мирно, выплачивая за это ежегодно вышеупомянутому Моргану и его наследникам или его правопреемникам 3 шиллинга 4 пенса стерлингов в четыре главных срока года равными долями за все службы, за исключением королевской службы, и неся повинность в моем суде ежегодно по разумному вызову... И не будет законным для вышеупомянутого Джона передавать кому-либо указанный коттедж с приусадебным участком, землей, лугом и пастбищем, как по частям, так и целиком, в течение его жизни, под страхом потери вышеупомянутого коттеджа со всеми его принадлежностями... В удостоверение чего вышеупомянутые стороны взаимно приложили свои печати к этим индентурам. Свидетели: Ричард Поксвелл, Томас Водхэм, Роберт Грей, Джон Хант, Джон Айриш и многие другие. Дано в Модбери в четверг после Михайлова дня, 21 год правления Ричарда II.

4. Регулирование общинных полей Уимсвуда [Hist. MSS. Com., Middleton MSS., стр. 106], ок. 1425 г.

Для пастбища скота [т. е. крупного рогатого скота] мы предписываем Орроу и Бречес, Уолдсик и Уайлоубибрук открыть [119] в день мессы Кроуча [14 сентября]; и всякий, кто нарушит это, пусть каждый человек платит за каждое животное, которое может быть поймано на любом другом обособленном пастбище, по пенни в пользу церкви; это должно длиться неделю [т. е. в течение недели].

Также, для пастбища скота, после того как оно будет съедено, все пшеничное поле, а именно поле Хардакр, кроме межей Стрет, где им нельзя ходить из-за порчи зерна; это должно длиться еще одну неделю под вышеуказанным штрафом.

Также, в канун Вознесения мы предписываем открыть общинные земли Писфилда для лошадей, и никакие другие животные не должны туда приходить. Ибо если найдется человек, у которого есть лошадь, которая слаба и не может выполнять свою работу из-за недостатка корма, и это может быть разумно известно, пусть он облегчит ее за свой счет, чтобы уберечь своего соседа от вреда, ибо если какой-либо человек... чьи животные «потеряются» в зерне или в траве, он должен за каждое животное заплатить пенни в пользу церкви и возместить ущерб своему соседу.

Также, в канун Пятидесятницы каждый человек [должен] открыть свое обособленное пастбище, как ему угодно, и никто не должен привязывать свою лошадь на чужом... свое собственное должно быть обособленным до Ламмасова дня, каждый человек должен пасти свое собственное под вышеуказанным штрафом.

Более того, если какой-либо человек... пахотных волов для облегчения на своей обособленной траве, пусть привязывает их наилучшим образом или держит их взаперти, как другие люди делают со своими лошадьми... не на чужой траве, ходя туда и обратно, иначе они заплатят за каждое животное по пенни в пользу церкви и возместят [ущерб]... тому, кто понес вред.

Также, если какой-либо человек привяжет свою лошадь или позволит ей дотянуться до любых межей или у берега ручья к чужому зерну, он должен возместить ущерб тому, кто понес вред, и за каждый след, оставленный в зерне, заплатить пенни в пользу церкви.

Также, если какой-либо человек будет пойман в ночное время за порчей чужого зерна или травы, он будет наказан по закону и заплатит 4 пенса в пользу церкви.

Также, все люди, у которых есть горох в поле, когда наступает время сбора стручков, пусть собирают стручки на своих собственных землях, а не на землях другого человека. А другие мужчины или женщины, у которых нет своего растущего гороха, пусть собирают их дважды в неделю, в среду и в пятницу, разумно проходя по бороздам и собирая их руками, без серпов, один раз до полудня и не более, ибо если какой-либо мужчина или женщина, у которых есть свой горох, пойдет на чужой, [он должен] за каждый раз заплатить пенни в пользу церкви и лишиться своих стручков, а те, у кого их нет и кто ходит чаще, чем сказано выше, с серпом или без, лишатся сосуда, в который они их собирают, и стручков, и [заплатят] пенни в пользу церкви.

Также, никто из общинных пастухов или частных пастухов [не должен] приходить на пустошь после того, как трава скошена, пока она не будет убрана и вывезена, кроме как на свою собственную, а затем пусть они все идут вместе во имя Божье; а если они это сделают, пусть каждый человек заплатит за количество своих животных определенную сумму в пользу церкви, то есть пенни за каждое животное.

Также, если какой-либо человек бросает снопы на какую-либо землю, чтобы привязать своих лошадей, он должен выплатить большое возмещение тем, кто понес вред, и за каждый след заплатить пенни в пользу церкви, кроме как на своей собственной. Более того, если какой-либо человек привяжет свою лошадь на любой стерне, и она будет скошена в разумное время, [он] должен заплатить вышеуказанный штраф.

Также, если какой-либо человек будет пойман в ночное время в поле с телегой или с перевозкой любого другого груза в неразумное время между звоном и звоном [он должен] заплатить 40 пенсов в пользу церкви, кроме как в таком случае: если какой-либо человек во время сбора гороха, он и его слуги, для ускорения своей работы и спасения своего зерна, вяжут утром или до тех пор, пока не появится лунный свет, все другие работы в ночное время исключаются, кроме этого.

Также, все работники, которые живут в городе и имеют общинные права среди нас, должны выполнять уборочные работы и другие работы за разумную плату, как принято, и не уходить в другие города, если только у них нет работы или если никто не обращается к ним, чтобы они могли быть оправданы, ибо если они сделают это, они будут наказаны по закону.

Также, никакой мужчина или женщина, выполняющие уборочные работы, не должны нести домой никакие снопы ничьи, если только [т. е. кроме случаев, когда] они не были даны им честно и справедливо, ибо если это будет обнаружено, за каждый сноп, который они унесут домой без разрешения, [они] должны заплатить пенни в пользу церкви.

Также, никакой мужчина или женщина не должны собирать колосья, если они способны работать за еду и два пенса в день, по крайней мере, чтобы помочь спасти зерно своего соседа; и никакие другие сборщики колосьев, которые не могут работать, не должны собирать колосья каким-либо образом среди снопов, ибо если они сделают это, они лишатся зерна и [заплатят] пенни в пользу церкви за каждый узел.

Также, ни общинный пастух, ни частный пастух не должны приходить на пшеничное поле, пока зерно не будет вывезено, так же как и на гороховое поле, пока горох не будет вывезен, и общинный пастух и частный пастух могут ходить вместе, как им положено, под страхом штрафа в пенни за каждое животное в пользу церкви.

Также, чтобы никто не забирал своих животных из общинного стада от Михайлова дня до Рождества, чтобы они ходили по пшеничному полю и «теряли» пшеницу, ибо если какой-либо человек поймает там какое-либо животное, они должны заплатить за каждое животное пенни в пользу церкви столько раз, сколько их поймают за порчей зерна, а пастух [должен заплатить] свое жалованье.

Также, если наш полевой сторож загонит стадо скота из округи, он должен взять шесть пенсов, за стадо овец — четыре пенса, и за каждую лошадь — пенни.

И чтобы наша пустошь была отведена под обособленное пользование на Сретение, ибо если какой-либо пастух позволит своим животным прийти туда после этого, [он должен] платить каждый раз четыре пенса в пользу церкви.

Также, у кого есть луга внутри зерновых полей, у моего лорда или у кого-либо еще, пусть распорядится «разделить» их и получить прибыль от них во имя Божье, а кто нарушит, пусть возместит ущерб. [120]

[119] Т. е. открыто для выпаса.

[120] Этот документ дефектен, и в лучшем случае его буколический английский язык трудно интерпретировать.

5. Аренда манора арендаторами [Cart. Rams. II, 244], 1279 г.

Всем верным Христовым, кто увидит или услышит настоящую грамоту, Уильям, милостью Божьей аббат Рэмси, шлет приветствие в Господе.

Знайте, что мы передали в аренду нашим людям из Хемингфорда наш манор Хемингфорд с Михайлова дня восьмого года правления короля Эдуарда, сына короля Генриха, в начале девятого года, до конца семи лет, следующих за этим, за 40 фунтов стерлингов, подлежащих уплате нам ежегодно в четыре срока, а именно: на Михайлов день 10 фунтов, в день святого Андрея [121] 10 фунтов, в день Благовещения [122] 10 фунтов и в Иванов день 10 фунтов.

Наши вышеупомянутые люди будут держать вышеупомянутый манор со всеми его принадлежностями, за исключением права дарения церкви, когда она станет вакантной, а также нашего рыболовства и мельницы, которые мы оставили в своих руках.

Также они будут получать все доходы города, за исключением наших талий, помощи шерифу, помощи сотне, «wardpenys» и щитовых денег лорда-короля, а также за исключением доходов от дел, которые не могут быть решены без нас или наших бейлифов, от которых они будут получать половину, и за исключением осмотра франкпледжа [123] и акра Моунди, и акров старосты Рэмси.

И да будет известно, что если какой-либо обычный держатель умрет без наследника по прямой линии, мы передадим его землю и его мессуарий кому пожелаем и оставим в своих руках герсум [124], возникающий отсюда.

Также никакой обычный держатель не должен вносить штраф за освобождение или выдачу замуж своих дочерей без нашего присутствия, но их герсумы должны вноситься перед нами в присутствии старост или любого из арендаторов, которые должны иметь и собирать указанные деньги в счет их арендной платы.

Также указанные арендаторы не могут передавать дом или землю какому-либо чужаку или человеку из чужого оммажа без нашей специальной лицензии.

Ибо мы хотим, чтобы такие герсумы сверх установленной арендной платы полностью выплачивались нам.

Более того, указанные арендаторы получили следующий инвентарь:—

Зерновое гумно, полное зерна с обеих сторон двери у дверных столбов и у балок за дверью, и так с наклоном к крыше зернохранилища.

Они получили также овсяный амбар, полный овса у восточного дверного столба.

Ширина гумна внутри составляла 28 футов, длина 39 футов, и восточный конец гумна круглый; высота в середине 19 футов; а сбоку от двери до изгиба круглого конца длина стены составляет 30 футов, высота 5½ футов.

Они получили также кучу ячменя длиной 36 футов, шириной 11 футов, высотой 11 футов и шириной в середине 18 футов.

Более того, они будут освобождены от сержанта [125] осенью каждый год, кроме последнего года, в который у них будет сержант, по чьему осмотру, согласно обычаю аббатства, будет составлен инвентарь.

Они также будут освобождены от нашего ежегодного постоя, за исключением того, что всякий раз, когда мы будем приезжать туда, они должны предоставлять нам соль, солому и сено без отчета.

И по окончании семи лет они должны вернуть нам вышеупомянутый манор с инвентарем, с которым они его получили.

Также они должны вернуть землю хорошо вспаханной дважды.

И да будет известно, что плоды, которые были тогда в амбаре, должны быть засчитаны за первый год, потому что они были из нашего инвентаря.

В удостоверение чего этой передачи земли и манора мы приказали приложить нашу печать к настоящей грамоте. [126]

[121] 30 ноября.

[122] 25 марта.

[123] По закону каждый человек был обязан состоять во франкпледже, то есть быть членом группы, каждый член которой отвечал за хорошее поведение других. «Осмотр» был полугодовой проверкой таких групп, на которой проступки представлялись и наказывались.

[124] Штраф.

[125] Т. е. свободны от инспекции и аудита со стороны должностного лица лорда.

[126] Этот документ представляет большой интерес как пример ранней аренды с инвентарем и землей.

6. Дарование манора лордом обычным держателям на правах наследственной аренды [Patent Roll, 6 Edward III, p. 2, m. 27], до 1272 г.

Король всем, до кого дойдет, и т. д., приветствие. Мы осмотрели грамоту, которую Ричард, некогда граф Корнуолл, составил для своих обычных держателей своего манора Коршем в следующих словах:—

Всем, до кого дойдет настоящая грамота, Ричард, граф Корнуолл, приветствие. Знайте все, что мы передали, даровали и настоящей нашей грамотой подтвердили за нас и наших наследников всем нашим обычным держателям нашего манора Коршем весь наш манор Коршем, с рентами, домениальными землями, лугами, пастбищами и выгонами, относящимися к указанному манору, сохраняя за нами третью часть луга Минтемид, которую третью часть указанные обычные держатели должны косить, перевозить и складывать в стога за свой собственный счет, сохраняя также за нами место нашего рыбного пруда, наши парки, наш заповедник, иски, доходы и все выморочные имущества, которые могут отойти к нам или нашим преемникам; иметь и держать указанным обычным держателям и их преемникам от нас и наших наследников навечно, за 110 марок, подлежащих уплате нам и нашим наследникам или правопреемникам ежегодно нашему бейлифу в указанном маноре в два срока года, а именно: в октаву Пасхи 55 марок и в октаву Михайлова дня 55 марок, за все службы и требования, принадлежащие нам или нашим наследникам или правопреемникам, сохраняя за нами все вышеназванное. И мы хотим, чтобы наши указанные обычные держатели навечно были свободны от тальи, осмотра франкпледжа и всех других обычаев и служб, относящихся к нам или нашим наследникам. Наши вышеупомянутые обычные держатели, однако, даровали за себя и своих преемников, что если они не будут соблюдать этот договор согласно форме настоящей грамоты, все их владения, которые они держат от нас, вернутся к нам и нашим наследникам без каких-либо возражений, если это произойдет по их вине, что форма этой грамоты не соблюдается. Мы также хотим и даруем, что если кто-либо из наших указанных обычных держателей нашего указанного манора Коршем будет мятежным, нарушая форму этой грамоты, наш бейлиф на тот момент будет иметь право наложить на него взыскание землями и движимым имуществом, чтобы более полно соблюдать все вышесказанное согласно содержанию этой грамоты. И в удостоверение чего мы приказали приложить нашу печать к этой грамоте. Свидетели: сэр Ричард де Турри, сэр Сэмпсон де ла Бокс, сэр Генри Крок, сэр Филипп де Эйя, Уолтер Галун, тогдашний бейлиф, Мартин де Хортхэм, сэр Гилберт, тогдашний приор Коршема, Ричард де Камбервелл, Ральф, тогдашний викарий Коршема, и другие. [127]

И мы, ратифицируя и одобряя вышеупомянутую передачу, дарование и подтверждение, даруем и подтверждаем их за нас и наших наследников, насколько это в наших силах, вышеупомянутым обычным держателям и их преемникам, как разумно свидетельствует вышеупомянутая грамота, и как они сейчас держат вышеупомянутый манор с принадлежностями, и они, и их предки и предшественники держали этот манор до сих пор, и разумно использовали и наслаждались вышеупомянутыми свободами, сохраняя за нами третью часть указанного луга Минтемид и место рыбного пруда, парки, заповедник, иски, доходы и все вышеуказанные выморочные имущества, как сказано выше. В удостоверение чего и т. д. Свидетельствует король в Вудстоке, 1 июля. Штрафом в 5 марок. Уилтшир.

[127] Дата оригинальной грамоты должна быть ранее 1272 года, в котором граф скончался.

7. Lease of Manorial Holdings [Fine Roll, 10 Edward III, m. 7], 1332.

Король всем, до кого дойдет, и т. д., приветствие. Мы осмотрели грамоту, которую Джон, покойный граф Корнуолл, наш брат, ныне покойный, составил в следующих словах:

Джон, сын прославленного короля Англии, граф Корнуолл, всем и каждому, кто увидит или услышит настоящую скрепленную печатью грамоту, приветствие в Господе. Знайте, что, принимая во внимание немалое уменьшение и упадок рент и арендных плат, относящихся к нашему манору Киртон в Линдси в прошлые времена, поскольку держатели выморочных владений в том же маноре, не имея прав на те же владения, кроме как из года в год или, по крайней мере, по воле лордов, наших предшественников там, не делали никаких затрат или делали минимальные, какие могли, на содержание зданий в тех же владениях; и желая восстановить вышеупомянутые ренты и арендные платы, насколько мы можем, для нашей выгоды; мы даровали за нас и наших наследников и настоящей нашей грамотой передали Джону из Вестминстера и Эмме, его жене, и Томасу, сыну тех же Джона и Эммы, те две части всех тех владений с принадлежностями в городе Киртон вышеупомянутом, которые тот же Джон до составления этой грамоты держал от нас по нашему усмотрению, как выморочное имущество, ранее находившееся в наших руках из владений, которые некогда принадлежали Томасу из Бромхольма; иметь и держать тем же Джону и Эмме, его жене, и Томасу, сыну тех же Джона и Эммы, и каждому из них, кто проживет дольше, пожизненно, от нас и наших наследников, выплачивая за это ежегодно нам и нашим наследникам 100 шиллингов стерлингов в праздники Пасхи и Михайлова дня равными долями; и мы, вышеупомянутый граф, и наши наследники будем гарантировать вышеупомянутые две части вышеупомянутых владений с их принадлежностями вышеупомянутым Джону и Эмме, его жене, и Томасу, сыну тех же Джона и Эммы, пожизненно, как сказано выше, против всех людей за вышеупомянутую ренту. В удостоверение чего мы сочли нужным приложить нашу печать к этой грамоте. Свидетели: сэры Джон де Хаустед, Томас де Вестон и Уильям де Кусансия, рыцари, сэр Уильям де Кусансия, ректор церкви Уэйкфилда, наш казначей, и Уильям де Мунден, наш клерк и секретарь, и другие. Дано в Йорке во вторник после праздника Всех Святых в 6-й год правления короля Эдуарда Третьего после Завоевания, нашего дорогого брата.

И мы, ратифицируя и одобряя вышеупомянутую передачу, даруем и подтверждаем ее за нас и наших наследников, насколько это в наших силах, как разумно свидетельствует вышеупомянутая грамота, желая и даруя за нас и наших наследников, чтобы те же Джон, Эмма и Томас имели и держали вышеупомянутые владения с принадлежностями пожизненно для каждого из них на условиях вышеупомянутой службы по выплате нам и нашим наследникам ежегодно указанных 100 шиллингов согласно содержанию грамоты того же графа, вышеупомянутой. В удостоверение чего и т. д. Свидетельствует король в Лестере, 1 октября.

Лично королем.

8. Соглашение между лордом и арендаторами [Duchy of Lancaster, Misc. Bks., 5, f. 103], 1386 г.

Варкингтон. — На осмотре франкпледжа, проведенном там 20 октября, 10 год правления Ричарда II, было даровано всем арендаторам лорда в присутствии Джона Мулсо, Николаса Ловета, Эдмунда Бифелда, Стивена Уокера из Кетеринга и других присутствующих там, что если будет угодно лорду, они могут держать определенные зависимые земли и владения за определенную ренту и службу, как следует, в течение срока шести лет после вышеуказанной даты, срок начинается с последнего Михайлова дня; а именно, что каждый держатель мессуария и виргаты зависимой земли должен выплачивать лорду 18 шиллингов ежегодно в четыре срока, а именно: в праздники святого Эдмунда, короля и мученика [128], Вербное воскресенье, Рождество святого Иоанна Крестителя [129] и Михайлов день, равными долями, и должен выполнять две вспашки в год в те времена года, когда он будет предупрежден бейлифом манора на тот момент, и должен работать в «le Keormede», как он делал раньше, за исключением того, что лорд должен предоставлять ему еду и питье за древние обычаи, то есть за половину овцы и за каждую косу 1/2 пенни, и так он должен жать осенью в течение двух дней, а именно: один день с двумя людьми и другой день с одним человеком, за обедом лорда [130]; он должен дать 4 пенса за жеребенка, если продаст его, он должен заплатить хериот, если умрет в течение срока, и он должен вносить штраф за выдачу замуж своих дочерей и за обучение своих сыновей в школе, и за «leyre-wite», как он делал раньше. [131]

[128] 20 ноября.

[129] 24 июня.

[130] Т. е. лорд предоставляет обед.

[131] Лорд здесь — аббат Бери-Сент-Эдмундс.

9. Жалобы на старосту [Court Rolls, 179, 4, m. 1 d.], 1278 г. [132]

Элтон. — День святого Климента [133]. Майкл, староста, жалуется на Ричера, сына Джоселина, и Ричарда, старосту, и его жену, что когда он был на церковном кладбище Элтона в воскресенье перед праздником Всех Святых [134] в этом году, пришли вышеупомянутые Ричер, Ричард и его жена и оскорбили его гнусными словами перед всем приходом, обвиняя его в том, что он собирал свое собственное сено силами трудовых повинностей, причитающихся лорду-аббату [Рэмси], и что он жал свое собственное зерно осенью силами добровольных работ, выполняемых обычными держателями аббата, и что он пахал свою землю в Эверсхолмфилде плугами, «выпрошенными» у города, и что он освобождал обычных держателей от их работ и перевозок при условии, что они передавали и сдавали свои земли ему по низкой цене, и что он брал подарки от богатых держателей, чтобы они не становились держателями на денежной ренте, и что он перевел бедных держателей на денежную ренту. [135] И вышеупомянутые Ричард и Ричер присутствуют и отрицают и т. д., и просят о расследовании двенадцатью присяжными. Которые приходят и говорят, что указанный Майкл виновен ни в одном из обвинений. Поэтому указанные Ричард и Ричер должны удовлетворить его, и за проступок должны быть в милости; штраф Ричарда — 2 шиллинга, поручитель Уильям, сын Джеймса; штраф Ричера — 12 пенсов, поручитель Джоселин. И ущерб оценен в 10 шиллингов, подлежащих получению с Ричарда, старосты, каковую сумму Майкл простил, за исключением 2 шиллингов.

[132] Опубликовано в публикациях Селденского общества, II., 95.

[133] 23 ноября.

[134] 1 ноября.

[135] Коммутация повинностей на ренту не всегда была популярной.

10. Выселение с копигольдной земли [Chancery Proceedings, Early, 16, 376], время Генриха IV — Генриха VI.

Преподобнейшему отцу во Христе, архиепископу Кентерберийскому, канцлеру Англии.

Смиренно просят ваши бедные просители, Элизабет Барун, Гарри Барун и Ричард Барун, которые являются королевскими держателями, что в то время как указанная Элизабет владела и была наделена мессуарием и 4 акрами земли в городе Грейт-Хормид в графстве Хартфорд, и указанный мессуарий и земля держались ею и ее наследниками по воле моего лорда Оксфорда как часть его манора Хормид в том же графстве по копии судебного свитка согласно обычаю указанного манора, некий Гарри Эдмонд, арендатор указанного манора, без разумной причины и вопреки обычаю указанного манора, вошел в указанный мессуарий и землю и выгнал указанную Элизабет, и захватил определенные товары и движимое имущество указанных Элизабет, Гарри и Ричарда стоимостью 40 марок, находящиеся в указанном доме, и удерживает их, и более того, указанный Гарри Эдмонд со своими приспешниками ежедневно лежит в засаде, чтобы избить и убить указанных Гарри и Ричарда, ваших просителей, так что они не смеют оставаться в своих домах и заниматься своим хозяйством, к их полному разрушению и гибели навсегда, без помощи вашей милостивой светлости: Пожалуйста, вашей доброй милости рассмотреть вышеизложенное и то, что ваши указанные просители не имеют средства правовой защиты по Общему праву, даровать приказ, направленный указанному Гарри Эдмонду, повелевающий ему явиться перед вами в определенный день под определенным штрафом, который вы установите, чтобы быть допрошенным по вышеизложенному, и после этого сделать то, чего требуют добрая вера и совесть, и это ради любви Божьей и на пути милосердия.

Это ответ Гарри Эдмонда на жалобу Элизабет Барон, Гарри Барона и Ричарда Барона в Канцелярии.

Во-первых, в то время как указанной Элизабет предполагается, что она владела и была наделена мессуарием и четырьмя акрами земли в городе Грейт-Хормид в графстве Хартфорд, и указанный мессуарий и земля держались ею и ее наследниками по воле моего лорда Оксфорда как часть его манора Хормид в том же графстве по копии судебного свитка согласно обычаю указанного манора, и что указанный Гарри Эдмонд, арендатор того же манора, без разумной причины и вопреки обычаю указанного манора, вошел в указанный мессуарий и землю и выгнал указанную Элизабет: Указанный Гарри говорит, что указанный мессуарий и земля держатся от моего указанного лорда Оксфорда на правах зависимости по воле моего указанного лорда как часть его указанного манора за службу трех шиллингов и полпенни ежегодной ренты и за определенную службу, называемую общим штрафом, как это бывает больше или меньше после записей и... держателей указанного манора по обычаю указанного манора, по причине чего указанный Гарри с неким Томасом Денисом, под-стюардом суда указанного манора, по приказу моего указанного лорда Оксфорда вошел в указанный мессуарий и землю, после какового входа мой указанный лорд сдал указанный мессуарий и землю указанному Гарри на срок лет, в силу каковой аренды он [вошел] в указанный мессуарий и землю, как законно для него, каковой вопрос указанный Гарри готов доказать, как этот Суд [постановит], и просит в связи с этим быть уволенным из этого Суда.

[И что касается] захвата и удержания определенных товаров и движимого имущества указанных Элизабет, Гарри Барона и Ричарда стоимостью [40 марок, как предполагается] указанной жалобой, указанный Гарри Эдмонд говорит, что захват и удержание указанных товаров и движимого имущества является вопросом, подлежащим разрешению по Общему праву, а не в этом Суде Канцелярии. Поэтому в связи с этим он просит быть уволенным из этого Суда.

А что касается заявления указанного Гарри относительно указанных товаров и движимого имущества, указанный Гарри говорит, что он никогда не захватывал и не удерживал указанные товары и движимое имущество, ни какой-либо их части, как предполагается указанной жалобой, каковой вопрос указанный Гарри Эдмонд готов доказать, как Суд постановит, если Суд обяжет его к этому.

А что касается лежания в засаде, предполагаемого указанной жалобой, указанный Гарри Эдмонд говорит, что указанное лежание в засаде является вопросом, подлежащим разрешению по Общему праву, а не в этом Суде Канцелярии, поэтому по этому вопросу он просит быть уволенным из этого Суда Канцелярии. Но для заявления указанного Гарри Эдмонда по этому вопросу, указанный Гарри Эдмонд говорит, что он никогда не лежал в засаде ни для того, чтобы избить, ни для того, чтобы убить указанного Гарри Барона или указанного Ричарда, как они предполагают своей указанной жалобой, каковой вопрос указанный Гарри Эдмонд готов доказать, как этот Суд постановит, если указанный Суд обяжет его к этому. [136]

[136] Это дело иллюстрирует, во-первых, защиту, которую Канцелярия начинает предоставлять вилланскому или обычному держанию, и, во-вторых, растущее желание лордов заменить копигольд арендой, процесс, который начался по крайней мере не позднее начала четырнадцатого века; см. № 7 выше и Часть II., Раздел I.; ср. также Савин в E.H.R. xvii., 296.

11. Мертонский статут, гл. 4 [Statutes of the Realm, Vol. I, p. 2], 1235-6 г.

Также, поскольку многие великие люди Англии, которые наделили своих рыцарей и свободных держателей небольшими владениями в своих великих манорах, жаловались, что они не могут извлечь свою прибыль из остатка своих маноров, как из пустошей, лесов и пастбищ, хотя те же феодалы имеют достаточно пастбищ, столько, сколько принадлежит их владениям: таким образом предусмотрено и даровано, что когда какие-либо лица, так наделенные, приносят ассизу о новой диссейзине, касающуюся их общего пастбища, и перед судьями признается, что они имеют столько пастбищ, сколько достаточно для их владений, и что они имеют свободный вход и выход из своих владений на свои пастбища, тогда они должны быть довольны этим; и те, на кого они жаловались, должны уйти свободными от прибыли, которую они извлекли из земель, пустошей, лесов и пастбищ; и если они утверждают, что у них нет достаточного пастбища или достаточного входа и выхода, как принадлежит их владениям, тогда истина должна быть расследована ассизой; и если ассизой будет признано, что их вход или выход каким-либо образом затруднен теми же [нарушителями] или что у них нет достаточного пастбища и достаточного входа и выхода, как сказано выше, тогда они должны восстановить свое владение по осмотру присяжных: так что по их усмотрению и присяге истцы должны иметь достаточное пастбище и достаточный вход и выход в форме, указанной выше, и диссейзоры должны быть в милости лорда-короля и должны возместить ущерб, как они должны были возместить до этого положения. И если ассизой будет признано, что истцы имеют достаточное пастбище со свободным и достаточным входом и выходом, как сказано выше, тогда другие могут законно извлекать свою прибыль из остатка и уйти свободными от этой ассизы.

12. Разрешенное огораживание [Bracton's Note-Book, III, 212, No. 1198], 1236-7 г.

Ассиза приходит признать, если Элиас из Лейберна несправедливо и т. д. лишил Уаймара из Лейберна общего пользования его пастбищем, относящимся к его свободному владению в том же городе Лейберн после, и т. д. [137]

И Элиас приходит и говорит, что ассиза не должна быть составлена по этому поводу, потому что это пастбище принадлежало пяти лордам, и между лордами был заключен договор, что каждый должен извлекать свою прибыль из своей части, и по этому договору он заставил свою часть возделывать, и об этом он поставил себя на суд присяжных.

Присяжные говорят, что лес был одно время общим, таким образом, что было пять дольщиков, которые имели лес в общем пользовании, и впоследствии с их согласия был произведен раздел между ними, чтобы каждый имел свою часть в обособленном пользовании, и было даровано, что каждый может расчистить [138] свою часть и выращивать зерно, сохраняя, однако, за каждым из них общее пользование травой после того, как зерно было вывезено, и большинство из них расчистили свою часть, но лес, о котором идет жалоба, тогда не был расчищен, и потому что тот, к кому относится лес, теперь расчистил часть, указанный Уаймар принес иск о новой диссейзине. Но потому что признано, что лес был таким образом разделен между дольщиками, решено, что вышеупомянутый Элиас не лишил его владения, и поэтому Элиас уволен sine die, а Уаймар в милости. И будет законным для каждого дольщика расчистить свой лес, сохраняя за каждым из них общее пользование его пастбищем после того, как зерно и сено вывезены.

[137] Т. е. последнее возвращение короля из Бретани.

[138] Ввести в культивацию.

13. Запрещенное огораживание [Bracton's Note-Book, III, 211, No. 1196], 1236-7 г.

Ассиза приходит признать, если Роберт де Фислейк несправедливо и т. д. возвел дамбу в Вудхаусе к ущербу свободного владения Адама де Блейдуэрта в том же городе после и т. д. [139] На что Адам жалуется, что Роберт приказал огородить луг, лежащий рядом с его землей, в котором он должен был иметь общее пользование травой после уборки сена, и что он должен был лежать под паром каждый третий год, почему он говорит, что дамба к его ущербу, и ставит себя на суд присяжных по этому поводу. И Роберт делает то же самое.

Присяжные говорят, что вышеупомянутый Адам всегда имел обыкновение иметь общее пользование на том лугу и на земле Роберта у того луга после того, как зерно и сено были вывезены, и когда земля лежала под паром, тогда и на лугу, и на паре, и Роберт приказал огородить луг так, что Адам не может иметь входа на то пастбище. И поэтому решено, что дамба должна быть снесена, а луг сделан, как должно быть, чтобы вышеупомянутый Адам имел вход и выход, и что Роберт в милости и т. д.

[139] Т. е. последнее возвращение короля из Бретани.

14. Зависимый человек на древнем домене, отправленный в суд своего лорда [Bracton's Note-Book, III, 65. No. 1030], 1224 г.

Ассиза приходит признать, если Бартоломью, сын Юстаса, несправедливо и без судебного решения лишил Уильяма, сына Генри, его свободного владения в Пилтоне после последнего и т. д. И Бартоломью приходит и говорит, что ассиза не должна быть составлена по этому поводу, потому что указанный Уильям держал владение только в вилланстве, и является его вилланом, и выполняет для него все обычаи, такие как вспашки и другие, и говорит далее, что он не может выдать свою дочь замуж иначе, как с разрешения своего лорда и т. д.

И Уильям, сын Генри, приходит и говорит, что он свободный человек и что он держит свое владение свободно и что в другое время он судился в суде лорда-короля как свободный человек по поводу вышеупомянутого владения, а именно по поводу служб и тому подобного, и об этом он приносит свитки сэра Мартина де Паттесхулла в качестве гарантии, а также грамоту, которую тот же Мартин написал собственной рукой, которая также была отправлена шерифу Ратленда для того же иска, и клерк шерифа показал ему грамоту и т. д. День дан для того, чтобы услышать его решение в такой-то день и т. д.

В назначенный день суд записывает в Вестминстере, что тот же Уильям во времена короля Иоанна был осужден в Бедфорде за то, что был обязан вилланскими обычаями с того владения, такими как вспашка, жатва и многие другие за свой собственный счет, и за то, что не мог выдать свою дочь или сестру замуж без разрешения своего лорда. И поэтому решено, что ассиза о новой диссейзине не применяется, потому что владение не является свободным, и поэтому Уильям в милости. И если он хочет, пусть судится в маноре по праву.

15. Требование о нахождении на древнем домене отклонено [Bracton's Note-Book, III, 250, No. 1237], 1237-8 г.

Люди приора и конвента святого Свизина из Крондалла, Херстборна и Уитчерча жаловались лорду-королю, что в то время как они были дарованы тому же приору и конвенту и их церкви в чистую и вечную милостыню предками лорда-короля, приор и конвент требовали от них иных обычаев и служб, чем те, которые они имели обыкновение выполнять во времена, когда они были в руках вышеупомянутых предшественников и т. д.

И Оливер, стюард, и Хордер приходят и говорят, что они не требуют иных служб, чем те, которые люди имели обыкновение и должны были выполнять, и что земли никогда не были в руках предков лорда-короля, потому что за двести лет до завоевания Англии они были дарованы приору и конвенту святого Свизина и другими, нежели королями, а именно графами и другими и т. д., и тогда они были обязаны и имели обыкновение выполнять все, что им приказывали. Но с течением времени, когда приорат был почти разрушен неким аббатом Робертом [140], епископ Ричард пришел и для выгоды приора и конвента распорядился их землями и манорами таким образом, что он приказал составить опись владений и имен держателей и их служб, как держателей в вилланстве, так и на правах свободного владения, и так, что он не требовал иных служб, чем те, которые они выполняли тогда и были тогда изложены в описи. Впоследствии, однако, когда земли были в руках арендаторов одно время и одно время в руках вышеупомянутых вилланов в течение сорока лет [141], арендаторы освободили их от определенных служб и обычаев за деньги. И когда земли были в руках вышеупомянутых вилланов, они удерживали и скрывали ренту на сумму 60 шиллингов и более, а также большое количество зерна, и удерживали большое количество земель вопреки вышеупомянутой записи, сделанной вышеупомянутым епископом Ричардом. И потому что вышеупомянутые люди признают, что они вилланы, как сказано выше, и потому что они не могут отрицать эти вещи, им сказано выполнять для приора и конвента службы и обычаи, которые они имели обыкновение выполнять. И лорд-король не будет вмешиваться в их дела, поскольку они никогда не были в руках его или его предков и т. д.

[140] 1174-1188 гг.

[141] О подобной аренде арендаторам см. № 5.

16. Малая грамота о праве [Court Rolls, 172, 27], 1390 г.

Ричард, милостью Божьей король Англии и Франции и лорд Ирландии, бейлифам Анны, королевы Англии, нашей возлюбленной супруги, из Хаверинг-атте-Бауэр, приветствие. Мы приказываем вам, чтобы без промедления и согласно обычаю манора Хаверинг-атте-Бауэр вы совершили (teneatis) полное право Джону де Ланкастеру из Хэтфилд-Бродоук касательно 40 шиллингов ренты с принадлежностями в Хаверинг-атте-Бауэр, которые Джон Орган, гражданин и мерсер Лондона, и Марджери, его жена, удерживают от него; чтобы мы не слышали дальнейших жалоб по этому поводу из-за отсутствия правосудия. Свидетельствую сам в Вестминстере 30-го дня января в тринадцатый год нашего правления.

17. Установление вилланства [Bracton's Note-Book, III, 119, № 1103], 1225 г.

Присяжные по согласию сторон [должны признать], держал ли Уильям, сын Генри, и его предки две части бовата земли с принадлежностями в Пилтоне на правах вилланства от предков Бартоломью, сына Юстаса, выполняя нижеследующие повинности, а именно: 3 шилл. 4 пенса в год оброка, а на Рождество — 4 курицы, и по вызову Бартоломью, между Рождеством и Сретением, — один пир, и должен ли он в Великий пост пахать один день за свой счет и боронить один день за свой счет, и в день Пасхи давать 20 яиц, а летом пахать один день за обед Бартоломью, жать один день за счет Бартоломью, а именно дважды в день, и один день возить его сено за счет того же Бартоломью, а осенью выполнять барщинные работы для Бартоломью со всем своим домохозяйством, кроме жены, и для «любовного дара» Бартоломью предоставлять человека за свой счет, а зимой пахать один день за обед Бартоломью; и если он пожелает выдать замуж свою дочь или сестру, должен ли он заключать соглашение с Бартоломью, как сможет; или же Уильям или его предки держали эту землю свободно, выплачивая 3 шилл. 4 пенса в год и неся внешнюю службу вместо всякой иной службы и т. д.

Присяжные говорят, что тот же Уильям и его предки использовали и должны были выполнять все вышеуказанные повинности, которые требует Бартоломью, а именно с 1 бовата земли с принадлежностями, за исключением того, что в день Рождества, когда он приносит кур, он должен обедать с Бартоломью в тот же день; кроме того, они никогда не видели, чтобы он продавал дочь или сестру, или давал меркет, или выдавал замуж, но видели, что Бартоломью продал Ральфу Кайллару Джона, брата Уильяма по отцу и матери, за 40 шилл., и тот же Ральф поступил с ним по своей воле.

И таким образом постановлено, что Уильям признан виновным в вилланстве, и если он будет выполнять вышеуказанные повинности, пусть держит боват земли на тех же условиях, если же нет, пусть Бартоломью поступает по своей воле с землей и с Уильямом как со своим вилланом, и пусть он будет передан ему.

[142] т. е. Бартоломью предоставляет обед.

18. Установление свободы и свободного держания [Bracton's Note-Book, III, 224, № 1210], 1236–1237 гг.

Ассиза прибыла, чтобы признать, лишили ли Томас де Сумердеби и многие другие Роджера Глэдвина его свободного держания в Спителгейте после и т. д. [143], в чем он жалуется, что они лишили его 2½ акров и тофта.

Томас и другие являются и говорят, что тот же Роджер — виллан, а держание, о котором идет речь, — вилланское, и в этом они полагаются на присяжных. Роджер же говорит, что он свободный человек, а держание — свободное, и что его предки были свободными людьми и держали свободно, и в этом он полагается на присяжных.

Присяжные говорят, что вышеупомянутый Роджер держит свое держание в том же городе за 2 шилл. в год и за две работы осенью за счет своего господина, и он должен давать двух кур на Рождество и обедать со своим господином. На вопрос, давал ли он или кто-либо из его предков меркет за выдачу дочери замуж, они отвечают: «Нет». На вопрос, облагался ли он когда-либо тальей, они отвечают: «Нет». Вышеупомянутый Томас на вопрос, выполняют ли другие люди его феода иные вилланские повинности, говорит, что другие выполняют все виды вилланских повинностей. И поскольку он не несет никакой службы, кроме вышеупомянутой денежной выплаты и названных повинностей, не дает меркет за дочь и не облагается тальей, постановлено, что он держал свободно и что он должен восстановить свое владение, а Томас и другие должны быть оштрафованы.

[143] т. е. последнее возвращение короля из Бретани.

19. Виллан в одном случае ссылается на вилланство, а в другом отрицает его [Bracton's Note-Book, III, 364, № 1411], 1220 г.

Хамелин, сын Ральфа, был вызван в суд, чтобы ответить Хью де Гандевиллю, почему он возбудил ассизу о новом насильственном лишении владения против вышеупомянутого Хью, своего господина, касательно держания в Пинпре, поскольку он является вилланом и признал себя вилланом отца вышеупомянутого Хью во времена лорда короля Иоанна и т. д. перед судьями в выездной сессии в Шерборне, как утверждает тот же Хью, и в подтверждение этого показывает, что Саймон де Паттешулл, Юстас де Фокомберг и другие их товарищи были тогда судьями. И что Томас признал себя вилланом его отца, как сказано выше, он полагается на запись суда и на свитки и т. д.

Хамелин является и отрицает, что он виллан или что когда-либо признавал себя вилланом в суде лорда короля, как утверждает Хью, и в этом он также полагается на запись суда. Но он скажет правду. Он говорит, что в то время, а именно во время выездной сессии судей, он держал определенную землю на правах вилланства, которую купил, и тогда признал, что земля была вилланской, и особо отрицает, что когда-либо признавал себя вилланом. Свитки выездной сессии были изучены, и там записано, что некий Осберт Крид возбудил ассизу о смерти предка в отношении смерти Генри, своего брата, против Хамелина касательно карукаты земли с принадлежностями в Пинпре, таким образом, что Хамелин ответил против ассизы, что она не должна продолжаться, поскольку он не может приобрести или потерять эту землю, так как он был вилланом Хью де Гандевилля, отца вышеупомянутого Хью. И это было найдено во многих свитках, и когда Хамелин должен был получить решение, он отсутствовал и удалился без разрешения, вследствие чего шерифу было приказано доставить его тело в такой-то день и т. д., чтобы выслушать решение по этому делу и т. д. В тот день он не пришел, и шериф сообщил, что он скрылся и не может быть найден, вследствие чего шерифу было приказано взять всю землю Хамелина в руки лорда короля и хранить ее в безопасности и т. д., поскольку Хамелин скрылся и не хотел предстать перед судом по жалобе Хью на него, и подтвердить судьям, что он сделает по этому поводу в такой-то день и т. д. В тот день Хамелин не пришел, и шериф сообщил, что он взял его землю в руки лорда короля.

И поскольку суд записывает, что Хамелин признал себя вилланом, а Хью впоследствии по вышеупомянутой ассизе о новом насильственном лишении владения потерял свою землю, решено, что Хью восстанавливает владение той землей, по которой была проведена ассиза, и что он получает Хамелина как своего признанного виллана, и что ассиза о новом насильственном лишении владения, которая была проведена по этому делу, считается недействительной, и что Хью освобождается от штрафа, наложенного на него за это лишение владения. И шерифу приказано провести тщательное расследование, кто были присяжные той ассизы, и доставить их в такой-то день и т. д., чтобы выслушать решение по ним за клятву, которую они принесли по этому делу. И если Хамелин держал какое-либо держание от Хью, пусть Хью поступает с ним как со своим собственным и т. д.

20. Ассиза, разрешенная виллану [Bracton's Note-Book, III, 527, № 1681], 1225 г.

Судьям в выездной сессии в графстве Эссекс было приказано провести большую ассизу между Томасом из Вудфорда, истцом, и Джоном де ла Хиллом, держателем, о виргате с половиной земли с принадлежностями в Вудфорде. И упомянутые Джон и Томас явились перед судьями в Челмсфорде и предложили себя, и бейлиф аббата Уолтема пришел и сказал, что и истец, и держатель — вилланы, а держание — вилланское аббатство, и поэтому ассиза по нему не должна продолжаться. Его спросил держатель, является ли последний вилланом или нет, и он сказал: «Да», утверждая, что упомянутое держание — вилланское аббатство.

Томас является [и говорит], что это не должно ему повредить, потому что, когда он судился с вышеупомянутым Джоном в суде лорда аббата по приказу лорда короля, не было упомянуто ни аббатом, ни Джоном, что держание — вилланское или что Джон — виллан, но поскольку аббат не смог вершить правосудие в своем суде, Томас пошел в суд графства и пожаловался в суде графства, что лорд аббат не смог вершить правосудие в своем суде, и аббат, вызванный по этому поводу, не пришел, и иск продвинулся в суде графства настолько, что держатель попросил и получил осмотр земли. Впоследствии он полагался на большую ассизу относительно того, кто из них двоих имеет больше прав на вышеупомянутую землю, без какого-либо оспаривания вилланства со стороны аббата или Джона. И это он просил ему разрешить.

Бейлиф аббата является и отрицает все, как решит суд лорда короля. И он сказал, что без ведома аббата и без того, чтобы его суд не смог вершить правосудие Томасу, иск был перенесен в суд графства, и это он просил ему разрешить. И из-за сомнения сторонам был назначен день в Вестминстере и т. д. И поскольку аббат позволил Джону судиться сначала в своем суде, а затем в суде графства, пока он не полагался на большую ассизу, не заявив претензии, которую он должен был сделать, постановлено, что ассиза должна продолжаться.

21. Свободный человек, держащий на правах вилланства [Bracton's Note-Book, II, 233, № 281], 1228 г.

Уильям де Биссопестун, Уильям де Лудингтон и Джеффри де Черлескот, рыцари, которых лорд король назначил судьями для проведения ассизы о новом насильственном лишении владения, которую Томас, сын Адама, возбудил против Ральфа, приора Стифлеппа, и многих других, касательно держания в Алдрестуне, [были вызваны], чтобы составить запись об этой ассизе перед судьями в Вестминстере и подтвердить тем же судьям, насколько далеко продвинулся процесс по этой ассизе, и тот же Томас был вызван, чтобы выслушать эту запись. И Уильям и Джеффри являются и записывают, что ассиза прибыла, чтобы признать перед ними, лишили ли вышеупомянутый приор и Томас, сын Пейна, и Гилберт, сын Генри, [и] Осмар ле Бракур несправедливо и без решения и после последнего и т. д. вышеупомянутого Томаса, сына Адама, его свободного держания в Алдрестуне. И приор явился перед ними и, будучи спрошен, хочет ли он сказать что-либо против ассизы, сказал, что ассиза не должна проводиться по этому делу, потому что то же держание было его вилланством, и тот же Томас был его вилланом и был обязан выполнять вилланские повинности, как и все другие в вышеупомянутом маноре, такие как пахота и жатва, и он не мог выдать свою дочь замуж, как мог бы свободный человек.

Томас признал, что он был обязан выполнять определенные повинности за счет приора и что он был обязан ему рентой и фиксированным штрафом за свою дочь, и сказал, что он свободный человек и держит свободно от приора, и в этом полагается на присяжных. И по этому поводу были взяты присяжные, и присяжные сказали, что они (вышеупомянутый приор и другие) лишили его свободного держания после установленного срока [144], и ущерб был оценен в две марки.

Приор говорит, что отчасти их запись верна, но они говорят слишком мало, потому что присяжные сказали, что Томас должен давать 12 пенсов за выдачу дочери замуж и был обязан многими другими повинностями; и он и его товарищи просили об отсрочке, чтобы они могли узнать мнение сэра Роберта де Лексингтона, было ли это свободное держание, относительно которого они знают, что арендатор должен делать, а что нет; и они не могли получить отсрочку.

Судьи отрицают все это и говорят, что присяжные ничего не сказали о 12 пенсах [145]. И таким образом было постановлено, что судьи вынесли правильное решение, и поэтому они освобождаются от этого; и пусть приор будет оштрафован, и пусть он действует дальше против Томаса, если захочет [146].

[144] т. е. после последнего возвращения короля из Бретани.

[145] в тексте 2 пенса.

[146] По этому делу комментарий Брэктона гласит: «Заметьте возражение, что истец был вилланом, потому что он выполнял вилланские службы и повинности, но фиксированные, и хорошо знал, что и сколько. Ответ: хотя он выполнял вилланские повинности, он был свободен в своем теле. И он выполнял фиксированные повинности и службы, что виллан, держащий вилланство, делать не может».

22. Земля, удерживаемая по хартии, возвращенная от господина [Bracton's Note-Book, III, 622, № 1814], 1227 г.

Ассиза прибыла, чтобы признать, лишили ли Уильям де Саффорд и Рейнольд де Саффорд несправедливо и т. д. Уильяма Портного его свободного держания в Лодене после последнего и т. д. И Уильям является и соглашается на ассизу, а Рейнольд не является, и неизвестно, кто он такой и т. д.

Присяжные говорят, что отец вышеупомянутого Уильяма Портного был вилланом Роджера, отца вышеупомянутого Уильяма де Саффорда, и он держал от него на правах вилланства всю свою жизнь, и после его смерти Роджер пришел и дал Уильяму Портному мессуарий и акр с рудом земли, чтобы держать свободно за марку, которую Уильям Портной дал ему, так чтобы он держал землю за 8 пенсов в год и за внешнюю службу, и так Уильям Портной держал землю и мессуарий всю жизнь Роджера, а после его кончины Уильям Портной пришел к вышеупомянутому Уильяму де Саффорду и к его матери и дал им 5 шилл., чтобы держать землю, как он держал ее прежде, и так держал ее, пока Уильям де Саффорд несправедливо не лишил его владения. И таким образом постановлено, что Уильям Портной восстанавливает свое владение и т. д. [147]