«Философские письма: или скромные размышления о некоторых мнениях в натурфилософии»

Философские письма:

ИЛИ,

СКРОМНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

О некоторых мнениях в

НАТУРФИЛОСОФИИ,

ПОДДЕРЖИВАЕМЫХ

несколькими знаменитыми и учеными авторами сего века,

Изложенные в форме ПИСЕМ:

Троекратно благороднейшей, прославленной и превосходнейшей принцессой,

Леди МАРКИЗОЙ НЬЮКАСЛ.

ЛОНДОН, напечатано в 1664 году.

TABLE OF CONTENTS

ЕЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ леди маркизе НЬЮКАСЛ

ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ лорду маркизу НЬЮКАСЛ

СЛАВНЕЙШЕМУ КЕМБРИДЖСКОМУ УНИВЕРСИТЕТУ

ПРЕДИСЛОВИЕ К ЧИТАТЕЛЮ

РАЗДЕЛ I

Письма: I; II; III; IV; V; VI; VII; VIII; IX; X; XI; XII; XIII; XIV; XV; XVI; XVII; XVIII; XIX; XX; XXI; XXII; XXIII; XXIV; XXV; XXVI; XXVII; XXVIII; XXIX; XXX; XXXI; XXXII; XXXIII; XXXIV; XXXV; XXXVI; XXXVII; XXXVIII; XXXIX; XL; XLI; XLII; XLIII; XLIV; XLV

РАЗДЕЛ II

Письма: I; II; III; IV; V; VI; VII; VIII; IX; X; XI; XII; XIII; XIV; XV; XVI; XVII; XVIII; XIX; XX; XXI; XXII; XXIII; XXIV; XXV; XXVI; XXVII; XXVIII; XXIX; XXX; XXXI; XXXII; XXXIII; XXXIV;

РАЗДЕЛ III

Письма: I; II; III; IV; V; VI; VII; VIII; IX; X; XI; XII; XIII; XIV; XV; XVI; XVII; XVIII; XIX; XX; XXI; XXII; XXIII; XXIV; XXV; XXVI; XXVII; XXVIII; XXIX; XXX; XXXI; XXXII; XXXIII; XXXIV; XXXV; XXXVI; XXXVII; XXXVIII; XXXIX; XL; XLI; XLII; XLIII; XLIV; XLV

РАЗДЕЛ IV

Письма: I; II; III; IV; V; VI; VII; VIII; IX; X; XI; XII; XIII; XIV; XV; XVI; XVII; XVIII; XIX; XX; XXI; XXII; XXIII; XXIV; XXV; XXVI; XXVII; XXVIII; XXIX; XXX; XXXI; XXXII; XXXIII

ПОСЛАНИЕ

ЕЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ леди маркизе НЬЮКАСЛ о ее книге «Философские письма».

То сверхъестественно, нет, то божественно — написать целые тома, прежде чем я успею написать строку. Я взывала к леди Музам, этим прекрасным созданиям, но они порвали все свои струны и не могут мне помочь; нет, тогда я попыталась обратиться к их Геликону, но он весь пересох: затем я совершила вылазку на Парнас, но он срыт до основания, словно дорожка для игры в кегли; я призвала свою Музу, но нашла лишь пруд, сон, в сравнении с вашим вечным источником и бегущим потоком; столь ясным и свежим, полным остроумия и фантазии, что отчаяние велело мне больше не писать. У. Ньюкасл.

ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ лорду маркизу НЬЮКАСЛ.

Мой благородный лорд,

Хотя вы всегда поощряли меня в моем безобидном времяпрепровождении — писательстве, я все же опасалась, что ваша светлость рассердитесь на меня за написание и публикацию этой книги, поскольку это книга споров, о которых я слышала, как ваша светлость говорили, что споры и диспуты превращают друзей во врагов, и что подобные диспуты и споры суть педантичный вид ссор, не подобающий благородным особам. Но ваша светлость, прошу, будьте снисходительны ко мне, ибо невозможно одному человеку разделять мнение каждого, если их мнения различны, а мои мнения в философии, будучи новыми и никогда не обдуманными, по крайней мере не обнародованными никем, кроме меня самой, совершенно отличаются от других: ибо основа моих мнений в том, что существует не только чувствующая, но и разумная жизнь и знание, а значит, двойное восприятие во всех творениях. И так как мои мнения новы, они не столь легко понимаются, как те, что заимствуют отдельные части старых мнений, из которых они латают новую философию (если новое можно сделать из старого), подобно костюму, сшитому из старого материала, купленного у перекупщиков. Посему, чтобы найти истину, или хотя бы вероятность в натурфилософии новым и отличным от других авторов путем, и чтобы сделать этот путь более известным, легким и понятным, я была в некотором роде вынуждена написать эту книгу; ибо я не противоречила этим авторам ни в чем, кроме того, что касается моих мнений и противоположно им; и я не делаю ничего, кроме того, что они делали сами, ибо среди них принято противоречить друг другу, что может быть столь же допустимо, как и адвокатам выступать в суде по противоположным делам. Ибо, как адвокаты не являются врагами друг другу, а большие друзья, соглашаясь во всем вне суда, хотя и не в суде, так и философы, которые делают свои мнения своими клиентами, не ради богатства, а ради славы, и поэтому не имеют причин становиться врагами друг другу, будучи усердными в своей профессии. Все это, будучи рассмотренным, стало причиной публикации этой книги; в которой, хотя я и расхожусь с их мнениями, это нисколько не умаляет уважения и почтения, которые я питаю к их заслугам и трудам. Но если ваша светлость простите меня, мне все равно, если меня осудят другие; ибо ваша милость для меня дороже всего мира, ради чего все действия моей жизни будут посвящены и готовы служить вам, как подобает,

Мой лорд,

вашей светлости

честная жена и покорная слуга,

М. Н.

СЛАВНЕЙШЕМУ КЕМБРИДЖСКОМУ УНИВЕРСИТЕТУ.

Благороднейшие, изобретательные, ученые и прилежные студенты.

Не взыщите, что я посвящаю вам этот мой слабый и немощный труд; ибо хотя он и не является подношением, достойным вашего принятия, все же это все, что я могу представить в настоящее время; и я от всей души желаю, чтобы я была столь счастлива, что нашла бы средства или способы выразить свою благодарность за ваши великолепные милости ко мне, оказав мне больше чести, чем я когда-либо могла ожидать или за что могла бы достаточно отблагодарить: Но ваша щедрость выше всякой благодарности, а ваши милости выше всякой заслуги, подобно тому как ваша ученость выше противоречий: И я молю Бога, чтобы ваш университет процветал до скончания века, на благо Церкви, истинной религии, спасения душ, наставления юношества, сохранения здоровья и продления жизни, а также для приумножения полезных искусств и наук: дабы ваши различные занятия могли быть, подобно различным магистратам, объединены ради блага и пользы всего общества, нет, всего мира. Да процветает вас Небо, да возвеличит вас мир, и да сохранит вечность вашу славу; таковы сердечные пожелания и молитвы,

вашей покорнейшей слуги

М. НЬЮКАСЛ.

ПРЕДИСЛОВИЕ К ЧИТАТЕЛЮ.

Достойные читатели,

Я написала эту книгу не из любви, желания или склонности к противоречию; ибо я предпочла бы хвалить, нежели противоречить любому лицу или лицам, которые изобретательны; но поскольку мнение свободно и может проходить без паспорта, я взяла на себя свободу изложить свои собственные мнения, как это делают другие философы, и с этой целью я изложила здесь мнения нескольких знаменитых и ученых авторов и свои ответы на них в форме писем, что было для меня самым легким способом письма; и, делая так, я поступила так, как хотела бы, чтобы поступили со мной; ибо я столь же готова к тому, чтобы моим мнениям противоречили, как и сама противоречу другим: ибо я так люблю Разум, что тот, кто сможет привести наиболее рациональные и вероятные аргументы, получит мой голос, даже если они будут против моего собственного мнения. Но вы можете сказать: если бы противоречия были частыми, среди человечества не было бы согласия. Я отвечаю: это сущая правда: посему противоречия лучше в общих книгах, нежели в отдельных семьях, и в школах лучше, нежели в общественных государствах, и лучше в философии, нежели в богословии. Все это учитывая, я стараюсь, насколько могу, не рассуждать и не писать ни о Церкви, ни о Государстве. Но я прошу у вас, достойные читатели, столько благосклонности, или, скорее, справедливости, чтобы не толковать мои возражения или ответы иначе, как против различных мнений в философии; ибо я уверена, что нет никого, кто ценил бы, уважал и почитал ученых и изобретательных людей больше, чем я: посему не судите меня ни как человека противоречивого, ни как тщеславного за то, что я расхожусь с мнениями других людей, но скорее считайте, что это сделано из любви к Истине и чтобы сделать мои собственные мнения более понятными, что нельзя сделать лучше, чем споря и сравнивая с ними мнения других людей. Авторов, чьи мнения я упоминаю, я читала в том виде, в каком нашла их напечатанными на моем родном языке, за исключением Рене Декарта, чьи труды были на латыни, и мне перевели лишь несколько мест из них; и я должна признаться, что с тех пор, как я прочитала труды этих ученых мужей, я стала немного лучше понимать названия и термины искусства, чем прежде; но не настолько, чтобы стать ученым, и не настолько мало, чтобы, если бы я прочитала больше до того, как начала писать свою другую книгу под названием «Философские мнения», они были бы более понятны; ибо моей ошибкой было то, что я начала писать так рано, что не прожила достаточно долго, чтобы прочитать многих авторов; я не могу сказать, что обнародовала свои мнения, как только зачала их, но все же я обнародовала их слишком рано, чтобы они были искусными и методичными. Но поскольку то, что прошло, нельзя вернуть, я должна попросить вас извинить те ошибки, которые были совершены из-за недостатка опыта и учености. Что касается школьного образования, если бы я применила себя к нему, я уверена, что никогда бы его не достигла; ибо я настолько неспособна к обучению, что никогда не могла достичь знания ни одного другого языка, кроме родного, особенно по правилам искусства: посему я не раскаиваюсь, что не тратила время на обучение, ибо считаю, что лучше писать остроумно, нежели учено; тем не менее, я люблю и ценю ученость, хотя и не способна к ней. Но вы можете сказать, что я не выразила ни остроумия, ни учености в своих писаниях: поистине, если нет, то я тем более сожалею об этом; но самомнение, которое естественно для человечества, особенно для нашего пола, льстило мне и тайно убеждало, что мои писания содержат смысл и разум, остроумие и разнообразие; но так как суждение не было призвано на совет, я поддалась лести самомнения и выпустила свои писания в печать так быстро, как могла, не пересмотрев и не исправив их: Я также не боялась никакой цензуры, ибо самомнение убедило меня, что меня будут высоко хвалить; посему я так спешила, что у меня было напечатано три или четыре книги сразу одна за другой.

Но возвращаясь к настоящей работе, я должна попросить вас, достойные читатели, прочитать сначала мою книгу под названием «Философские и физические мнения», прежде чем вы осудите эту, ибо эта книга — лишь объяснение предыдущей, в которой содержится основа моих мнений, а те, кто хочет хорошо судить о здании, должны сначала рассмотреть фундамент; с этой целью я повторю несколько глав и принципов моих мнений, которые суть следующие: Во-первых, что Природа бесконечна и является вечным слугой Бога: Далее, что она телесна и отчасти самодвижущаяся, делимая и составляемая; что все и каждое отдельное творение, как и всякое восприятие и разнообразие в Природе, создается телесным самодвижением, которое я называю чувствующей и разумной материей, что есть жизнь и знание, чувство и разум. Опять же, что эти чувствующие и разумные части материи являются чистейшими и тончайшими частями Природы, как активные части, знающие, понимающие и благоразумные части, проектирующие, архитектонические и рабочие части, нет, Жизнь и Душа Природы, и что нет ни одного творения или части природы без этой Жизни и Души; и что не только животные, но также растения, минералы и элементы, и все, что еще есть в Природе, наделены этой Жизнью и Душой, Чувством и Разумом: и поскольку эта Жизнь и Душа есть телесная Субстанция, она одновременно делима и составляема; ибо она делит и удаляет части от частей, а также составляет и соединяет части с частями, и работает в вечном движении без отдыха; посредством чего ни одно творение не может претендовать на отдельную Жизнь и Душу для себя, но каждое творение может иметь, благодаря делящей и составляющей природе этой самодвижущейся материи, больше или меньше естественных душ и жизней.

Эти и подобные действия телесной Природы или естественной Материи вы можете найти более подробно описанными в моей вышеупомянутой книге «Философские мнения» и более ясно повторенными и объясненными в настоящей. Это правда, способ аргументации, который я использую, обычен, но Принципы, Главы и Основания моих мнений — мои собственные, ни в малейшей степени не заимствованные или украденные у кого-либо; и впервые я обнародовала их в 1653 году: с тех пор я пересмотрела, исправила и перепечатала их дважды; ибо поначалу, как мои Концепции были новыми и моими собственными, так и мое Суждение было молодым, а мой Опыт — малым, так что у меня не было столько знаний, чтобы изложить их искусно и методично; ибо, как я упоминала ранее, я всегда была неспособна учиться по Правилам Искусства. Но хотя они могут быть несовершенными из-за недостатка Терминов Искусства и искусственных выражений, я уверена, что они не несовершенны из-за недостатка Смысла и Разума: И если кто-либо сможет привести больше Смысла и Разума, чтобы опровергнуть эти мои мнения, я не буду роптать или скорбеть, но либо признаю свою ошибку, если обнаружу ее в себе, либо буду защищать их так рационально, как смогу, если это будет сделано справедливо и честно, без обмана, злобы или коварства; ибо я не могу не сообщить вам, Благородные читатели, что я была информирована, что если бы на мои писания ответили, то это было бы сделано скорее под именем и прикрытием женщины, нежели мужчины, причина в том, что ни один мужчина не осмелится или не захочет поставить свое имя под противоречием леди; и чтобы лучше подтвердить вас в этом, одна глава моей книги под названием «Мирское ассорти», трактующая о монашеской жизни, была уже опровергнута в небольшом памфлете под именем женщины, хотя она мало что сделала для этого; посему, будучи гермафродитической книгой, я не сочла ее достойной внимания. То же самое я сделаю с любым другим, кто ответит на эту мою настоящую работу или будет противоречить моим мнениям косвенно, с мошенничеством и обманом. Но я не могу понять, почему должно быть позором для любого мужчины отстаивать свои или чужие мнения против женщины, если это делается с уважением и вежливостью; но стать обманщиком, притворяясь и сменив брюки на юбку, просто из злобы и коварства, — это низко и не подобает чести мужчины или мужского пола. К тому же, это будет легко узнать; ибо философ или философесса не рождаются внезапно. Посему, хотя я не забочусь и не боюсь противоречий, я желаю, чтобы это делалось без мошенничества или обмана, злобы и коварства; и тогда я буду готова защищать свои мнения, как смогу, пока живу, а после моей смерти, я надеюсь, те, кто справедлив и благороден, также защитят меня от всякой софистики, злобы, коварства и зависти, за что Небо благословит их. В то же время, Достойные читатели, я бы радовалась, видя, что мои Труды приемлемы для вас, ибо если вы не будете пристрастны, вы легко простите те ошибки, которые найдете, когда учтете как мой пол, так и воспитание; за каковую милость и справедливость я всегда останусь,

Вашей покорнейшей слугой,

М. Н.

Философские письма.

РАЗД. I.

I.

МАДАМ,

Вам было угодно прислать мне Труды четырех Знаменитых и Ученых Авторов, а именно: двух самых Знаменитых Философов нашего Века, Рене Декарта и Томаса Гоббса, и того Ученого Философа и Богослова д-ра Генри Мора, а также того Знаменитого Врача и Химика Яна Баптисту ван Гельмонта. Которые Труды вы прислали мне не только для прочтения, но и для того, чтобы я высказала свое суждение о них и сообщила вам обычным путем нашей Переписки, то есть Письмами, насколько и в чем я расхожусь с этими Знаменитыми Авторами в их мнениях по Натурфилософии. Сказать по правде, Мадам, ваши Приказания поначалу сильно напугали меня, ибо казалось, будто вы приказали мне взобраться на высокую Скалу и броситься в Море, где ни Корабля, ни Доски, ни какой-либо помощи не было поблизости, чтобы спасти меня и сохранить мою жизнь; но что я была вынуждена утонуть, поскольку не умею плавать: Так и я, не имея ни Учености, ни Искусства, чтобы помочь мне в этом опасном предприятии, подумала, что должна неизбежно погибнуть под суровыми порицаниями моих Читателей и быть признана не только дурой за свой труд, но и тщеславным и самонадеянным человеком, взявшимся за вещи, превосходящие способности моего исполнения; но с другой стороны, я подумала во-первых, что те Достойные Авторы, будь они моими цензорами, не отказали бы мне в той же свободе, которую берут себе сами; которая состоит в том, что я могу расходиться в их Мнениях, так же как они расходятся с другими и между собой: И если я выражу больше Тщеславия, нежели Остроумия, больше Невежества, нежели Знания, больше Глупости, нежели Благоразумия, будучи согласно Природе нашего Пола, я надеялась, что мои Мужские Читатели вежливо извинят меня, а мои Женские Читатели не смогут справедливо осудить меня. Далее я подумала про себя, что это будет большим преимуществом для моей книги под названием «Философские мнения», чтобы сделать ее более ясной и понятной через противопоставление других Мнений, поскольку две противоположные вещи, помещенные рядом, лучше различаются; ибо я должна признаться, что когда я впервые выпустила свой Философский Труд, я не была столь хорошо знакома с Терминами или Выражениями, обычными в Натурфилософии; и поэтому из-за недостатка их знания я не могла изложить свой смысл так просто и ясно, как должна была бы, что может быть достаточным аргументом для моих Читателей, что я не читала ранее никаких Натурфилософов и не черпала от них Свет; но что мои Мнения исходили исключительно из Источника моего собственного Мозга, без какой-либо другой помощи или содействия. Посему, поскольку из-за недостатка надлежащих Выражений мою названную книгу по Философии обвиняли в неясности и запутанности, я подумала, что ваши Приказания будут средством объяснить и прояснить ее лучше, хотя и не Искусственным путем, как логическими Аргументами или Математическими Демонстрациями, а выражая мой Смысл и Значение более подобающе и ясно, чем я делала это ранее: Но главной причиной всего была Власть вашего Приказания, которая подействовала на меня столь сильно, что я не могла сопротивляться, хотя бы это было к позору моего собственного суждения и остроумия; и поэтому я теперь полностью решилась идти так далеко и так хорошо, как позволит Естественная сила моего Разума: Но поскольку ни сила моего Тела, ни моего понимания, или остроумия не способна отметить каждую строку, или каждое слово их трудов, и спорить о них, я буду только выбирать основные Мнения вышеупомянутых Авторов и те, которые прямо расходятся с моими, по поводу которых я намерена сделать несколько Размышлений, согласно способностям моего Разума; и я буду идти исключительно по голой Основе Натурфилософии и не буду смешивать с ней Богословие, как многие Философы привыкли делать, за исключением тех мест, где я вынуждена Аргументами Авторов размышлять о нем, что все же будет скорее выражением моего невежества, нежели положительным объявлением моего мнения или суждения о нем; ибо я считаю не только абсурдностью, но и оскорблением святой Профессии Богословия привлекать ее к Доказательствам в Натурфилософии; посему я буду строго следовать Руководству Естественного Разума и придерживаться своей собственной основы и Принципов, насколько смогу; что я могу выполнить лучше, я смиренно прошу помощи и содействия вашей Милости, чтобы согласно той реальной и полной Привязанности, которую вы питаете ко мне, вы были бы довольны сказать мне без прикрас, если я случайно ошибусь или буду противоречить хотя бы малейшей вероятности истины в чем-либо; ибо я почитаю Истину настолько, что склоняюсь перед ее тенью с величайшим уважением и почтением; и я ценю тех людей больше всего, кто любит и почитает Истину с тем же рвением и пылом, будь то Древние или Современные Писатели.

Таким образом, Мадам, хотя я лишена помощи Искусств, но будучи поддержана вашей Милостью и мудрыми Указаниями, я не буду бояться никаких улыбок презрения или слов упрека; ибо я уверена, что вы защитите меня от всех вредоносных и ядовитых Зубов злобных клеветников. Я буду, кроме того, умолять о содействии Святую Церковь и Ученые Школы, чтобы они взяли меня под свою Защиту и укрыли мои слабые усилия: Ибо хотя я лишь невежественная и простая Женщина, все же я их преданная и честная Слуга, которая никогда не оставит уважения и чести, причитающихся им, но будет жить и умрет их, как также,

МАДАМ,

вашей светлости

покорная и верная слуга.

М. Н.

II.

МАДАМ,

Прежде чем я начну свои Размышления над Мнениями тех Авторов, которых вы мне прислали, я отвечу сначала на ваше Возражение относительно Основы моей Философии, которая есть Бесконечная Материя: Ибо вам было угодно упомянуть, что вы не могли хорошо понять, как возможно, что многие Бесконечности могут содержаться в одной Бесконечности, поскольку одна Бесконечность занимает все Воображаемое Место, не оставляя места для какой-либо другой; Также, если одна Бесконечность должна содержаться в другой Бесконечности, то, что содержит, должно по необходимости быть больше того, что содержится, вследствие чего Природа Бесконечности была бы потеряна; как не имеющая ни большего, ни меньшего, а будучи Бесконечного количества.

Прежде всего, Мадам, нет такой вещи, как Все в Бесконечности, ни такой вещи, как Все Место, ибо Бесконечность не ограничена и не лимитирована: Далее, что касается того, что одна Бесконечность не может быть в другой Бесконечности, я отвечаю, так же как одно Конечное может быть в другом Конечном; ибо одно Творение не только состоит из Частей, но одна Часть лежит внутри другой, и одна Фигура внутри другой, и одно Движение внутри другого. Как например, Животный Род, разве нет у них Внутренних и Внешних Частей, и так Внутренних и Внешних Движений? И разве Животные, Растения и Минералы не заключены в Элементах? Но что касается Бесконечностей, вы должны знать, Мадам, что есть несколько видов Бесконечностей. Ибо есть во-первых Бесконечность в количестве или объеме, то есть такая большая и великая Телесная субстанция, которая превышает все границы и пределы меры, и может быть названа Бесконечностью в Величине. Далее есть Бесконечность в Числе, которая превышает всякое исчисление и счет, и может быть названа Бесконечностью в Множестве; Опять же есть Бесконечность в Качестве; как например, Бесконечные степени мягкости, твердости, толщины, тонкости, жара и холода и т.д. также Бесконечные степени Движения, и так Бесконечные Творения, Бесконечные Составы, Растворения, Сокращения, Расширения, Пищеварения, Извержения; также Бесконечные степени Силы, Знания, Мощи и т.д. Кроме того есть Бесконечность во Времени, которая правильно называется Вечной. Теперь, когда я говорю, что есть только одна Бесконечность, и эта Бесконечность есть Единственная Материя, я имею в виду бесконечность в объеме и количестве. И эта Единственная материя, поскольку она Бесконечна в объеме, должна по необходимости быть делима на бесконечные Части, то есть, бесконечные в числе, а не в объеме или количестве; ибо хотя Бесконечные Части в числе составляют одну бесконечность в количестве, все же они, рассматриваемые сами по себе, не могут быть названы Бесконечными, потому что каждая Часть имеет определенную связанную и ограниченную Фигуру, Количество и Пропорцию, тогда как Бесконечность не имеет пределов или границ: кроме того, против природы отдельной Части быть Бесконечной, иначе не было бы разницы между Частью и целым, природа Части требует, чтобы она была меньше своего целого, но все, что меньше, имеет определенное количество, и так становится конечным. Поэтому нет абсурда сказать, что Бесконечность может иметь как Конечные, так и Бесконечные Части, Конечные в Количестве, Бесконечные в Числе. Но те, кто говорят, что если бы существовало Бесконечное Тело, то каждая из его Частей должна по необходимости быть Бесконечной тоже, сильно ошибаются; ибо это противоречие в тех же Терминах сказать Одна Бесконечная Часть, ибо само Название Части включает Конечность, но возьмите все части Бесконечного Тела вместе, тогда вы можете правильно сказать, что они бесконечны. Нет, Разум проинформирует вас ясно, например: Представьте Бесконечное число зерен Кукурузы в одной куче, конечно, если число Зерен Бесконечно, вы должны признать по необходимости объем или тело, которое содержит это бесконечное число зерен, Бесконечным тоже; а именно, Бесконечным в количестве, и все же вы найдете каждое Зерно в себе Конечным. Но вы скажете, Бесконечное Тело не может иметь частей, ибо если оно Бесконечно, оно должно быть Бесконечным в Количестве, и поэтому одного объема, и одного непрерывного количества, но Бесконечные части в числе составляют дискретное количество. Я отвечаю, это одно и то же; ибо Тело непрерывного количества может быть разделено и отделено на так много Частей либо фактически, либо мысленно в наших Концепциях или мыслях; кроме того, природа есть одно непрерывное Тело, ибо нет такой Пустоты в Природе, как если бы ее Части держались вместе как связанная Цепь; ни одна из ее Частей не может существовать отдельно и сама по себе, но все Части Бесконечной Природы, хотя они находятся в одном непрерывном Куске, все же они отдельные и различаются друг от друга своими отдельными Фигурами. И этим, я надеюсь, вы поймете мой смысл, когда я говорю, что несколько Бесконечностей могут быть включены или охвачены в одной Бесконечности; ибо под одной Бесконечностью я понимаю Бесконечность в Количестве, которая включает Бесконечность в Числе, то есть Бесконечные Части; затем Бесконечность в Качестве, как Бесконечные степени Разреженности, Плотности, Быстроты, Медленности, Твердости, Мягкости и т.д. Бесконечные степени Движений, Бесконечные Творения, Растворения, Сокращения, Расширения, Изменения и т.д. Бесконечные степени Мудрости, Силы, Мощи и т.д., и наконец Бесконечность во Времени или Длительности, которая есть Вечность, ибо Бесконечное и Вечное неотделимы; Все эти Бесконечности содержатся в Единственной Материи, как многие Буквы содержатся в одном Слове, многие Слова в одной Строке, многие Строки в одной Книге. Но вы скажете, возможно, если я приписываю Бесконечную Мудрость, Силу, Мощь, Знание и т.д. Природе; тогда Природа во всем равноправна с Богом, ибо Бог имеет те же Атрибуты: Я отвечаю, Совсем нет; ибо я прошу вас понять меня правильно, когда я говорю о Бесконечной Природе, и когда я говорю о Бесконечном Божестве, ибо есть большая разница между ними, ибо одно дело Деитическая или Божественная Бесконечность, а другое Природная Бесконечность; Вы знаете, что Бог есть Дух, а не телесная субстанция, опять же что Природа есть Тело, а не Дух, и поэтому ни одна из этих Бесконечностей не может препятствовать или мешать друг другу, будучи разными в своих видах, ибо Дух, не будучи Телом, не требует места, Место есть атрибут, который принадлежит только Телу, и поэтому когда я называю Природу Бесконечной, я имею в виду Бесконечное расширение Тела, содержащее Бесконечное число Частей; но что Бесконечное расширение Тела мешает Бесконечности Бога, как Нематериального Духовного существа? Далее, когда я приписываю Бесконечную Мощь, Мудрость, Знание и т.д. Природе, я не понимаю Божественную, но Природную Бесконечную Мудрость и Мощь, то есть такую, которая правильно принадлежит Природе, а не сверхъестественную, как у Бога; Ибо Природа, имея Бесконечные части Бесконечных степеней, должна также иметь Бесконечную природную мудрость, чтобы упорядочивать свои природные Бесконечные части и действия, и следовательно Бесконечную природную мощь, чтобы привести свою мудрость в действие; и так далее с остальными ее атрибутами, которые все природные: Но Атрибуты Бога, будучи сверхъестественными, значительно превосходят эти природные бесконечные атрибуты; ибо Бог, будучи Богом Природы, имеет не только Природную Бесконечную Мудрость и Мощь, но кроме того, Сверхъестественную и Непостижимую Бесконечную Мудрость и Мощь; которые никоим образом не мешают друг другу, но могут очень хорошо существовать вместе. Ни Бесконечная Справедливость Бога и его Бесконечная Милость не мешают друг другу; ибо Атрибуты Бога, хотя они все являются отдельными Бесконечностями, все же они составляют лишь одну Бесконечность.

Но вы скажете, Если Мудрость и Мощь Природы не простираются дальше природных вещей, она не Бесконечна, а ограничена и сдержана. Я отвечаю, Это не отнимает Бесконечности Природы; ибо могут быть несколько видов Бесконечностей, как я говорила ранее, и одна может быть столь же совершенной Бесконечностью, как другая в своем роде. Например: Предположим, Линия бесконечно продлена в длину, вы назовете эту Линию Бесконечной, хотя она не имеет Бесконечной ширины; Также, если бесконечная длина и ширина соединяются вместе, вы назовете это Бесконечной Поверхностью, хотя ей не хватает бесконечной глубины; и все же каждая Бесконечность, в своем роде, есть Совершенная Бесконечность, если я могу так ее назвать: Почему тогда нельзя сказать, что Природа также имеет Бесконечную Природную Мудрость и Мощь, хотя она не имеет Божественной Мудрости и Мощи? Можем ли мы сказать, что Человек не имеет свободной Воли, потому что он не имеет абсолютной свободной Воли, как имеет Бог? Посему, Природная Бесконечность и Бесконечный Бог могут хорошо стоять вместе, без какой-либо оппозиции или помехи, или без какого-либо умаления или принижения Всемогущества и Славы Бога; ибо Бог остается по-прежнему Богом Природы и есть Бесконечная Нематериальная Чистота, тогда как Природа есть Бесконечная Телесная Субстанция; и Нематериальное и Материальное не могут препятствовать друг другу. И хотя Бесконечное Телесно не может сделать Бесконечное Нематериальным, все же Бесконечное Нематериальное может сделать Бесконечное Телесно, по причине того, что есть столько же разницы в Мощи, сколько в Чистоте: И несоответствие между Природной и Божественной Бесконечностью таково, что они не могут соединиться, смешаться и работать вместе, если только вы не верите, что Божественные Действия могут иметь примесь.

Но вы можете сказать, Чистота принадлежит только природным вещам, и никто, кроме природных тел, не может быть назван очищенным, но Бог превосходит всякую Чистоту. Это правда: Но если бы существовали бесконечные степени Чистоты в Материи, Материя могла бы в конце концов стать Нематериальной, и так из Бесконечной Материальной превратиться в Бесконечную Нематериальную, и из Природы стать Богом: Великое, но невозможное Изменение. Ибо я действительно верю, что может быть только один Всемогущий Бог, и он не может допустить прибавления или убавления; и то, что Материально, не может быть Нематериальным, и что Нематериально, не может стать Материальным, я имею в виду, так, чтобы изменить их природы; ибо Природа есть то, чем Бог был доволен, чтобы она была; и будет тем, чем она была, пока Бог не будет доволен сделать ее иной. Посему не может быть нового Творения материи, движения или фигуры; ни какого-либо уничтожения какой-либо материи, движения или фигуры в Природе, если только Бог не создаст новую Природу: Ибо изменение Материи в различные отдельные Фигуры не доказывает уничтожения отдельных Фигур; ни прекращение отдельных Движений — уничтожения их: Также вариация Единственной Материи не производит уничтожения какой-либо части Материи, ни вариация фигур и движений Материи не вызывает изменения в природе Единственной Материи: Посему не может быть новых Жизней, Душ или Тел в Природе; ибо, если бы могло быть что-то новое в Природе, или что-то уничтоженное, не было бы никакой стабильности в Природе, как продолжения каждого вида и сорта Творений, но была бы путаница между новой и старой материей, движениями и фигурами, как между старой и новой Природой; По правде, это было бы как новое Вино в старых Сосудах, от чего все разбилось бы в беспорядок. Также сверхъестественные и природные эффекты не могут быть смешаны вместе, не более чем материальные и нематериальные вещи или существа: Поэтому вероятно, Бог предназначил Природу работать в самой себе по его Позволению, Воле и Свободному Дару. Но были и есть до сих пор странные и ошибочные Мнения, и большие различия среди Натурфилософов, касающиеся Принципов природных вещей; некоторые хотят, чтобы они были Атомами, другие хотят, чтобы первыми Принципами были Соль, Сера и Ртуть; некоторые хотят, чтобы они были четырьмя Элементами, как Огонь, Воздух, Вода и Земля; а другие хотят, чтобы был только один из этих Элементов, также некоторые хотят, чтобы были Газ и Блас, Ферменты, Идеи и тому подобное; но то, что они считают Принципами и Причинами природных вещей, суть только Эффекты; ибо по всей Вероятности кажется человеческому чувству и разуму, что причиной каждого отдельного материального Творения является единственная и Бесконечная Материя, которая имеет Движения и Фигуры, неразрывно соединенные; ибо Материя, Движение и Фигура суть лишь одна вещь, неделимая в своей Природе. А что касается Нематериальных Духов, то, конечно, нет такой вещи в Бесконечной Природе, а именно, чтобы быть Частями Природы; ибо Природа полностью Материальна, но это мнение происходит от отделения или абстракции Движения от Материи, а именно, что человек думает, что материя и движение делимы друг от друга, и верит, что движение есть вещь сама по себе, называя ее Нематериальной вещью, которая имеет бытие, но не телесную субстанцию: Но различные и разные эффекты не доказывают разную Материю или Причину, также они не доказывают неустойчивую Причину, только разнообразие Эффектов скрыло Причину от различных частей, что делает Отдельные Творения отчасти Невежественными, а отчасти знающими. Но по моему мнению, Природа материальна, и нет ничего в Природе, что принадлежит ей, что было бы нематериальным; но все, что Нематериально, есть Сверхъестественное, Поэтому Движения, Формы, Мысли, Идеи, Концепции, Симпатии, Антипатии, Акциденции, Качества, а также Природная Жизнь и Душа — все Материальны: А что касается Цветов, Запахов, Света, Звука, Тепла, Холода и тому подобного, те, кто верит, что они не являются субстанциями или материальными вещами, конечно, их мозг или сердце (возьмите какое угодно место для формирования Концепций) движется очень Нерегулярно, и они могли бы так же хорошо сказать, Наши чувствующие Органы не материальны; ибо какие бы Объекты, которые подлежат нашим чувствам, не могли в чувстве быть отрицаемы как Телесные, когда те вещи, которые не подлежат нашим чувствам, могут быть поняты в разуме как Нематериальные? Но некоторые Философы, стремясь выразить свое остроумие, препятствуют разуму; и привлекая Богословие, чтобы доказать Чувство и Разум, ослабляют Веру так, что их смешанная Божественная философия становится просто Поэтическими Вымыслами и Романтическими выражениями, делая материальные Тела нематериальными Духами, а нематериальные Духи материальными Телами; и некоторые задумали некоторые вещи ни Материальными, ни Нематериальными, но между ними. Поистине, Мадам, я желаю, чтобы их Остроумие было меньше, а их Суждения больше, чтобы не сваливать в кучу Природные и Сверхъестественные вещи вместе, но различать их ясно, ибо такие Смеси не являются ни Природными, ни Божественными; Но как я сказала, Путаница происходит от их слишком тонких абстракций и от отделения Фигуры и Движения от Материи, как не понимание их неделимыми; но если бы Бог и его слуга Природа были столь же Запутанными и Смутными в своих Трудах, как Люди в своих Пониманиях и Словах, Вселенная и Производство всех Творений вскоре остались бы без Порядка и Управления, так что была бы ужасная и Вечная Война как на Небесах, так и в Мире, и так жалея их обеспокоенные Мозги и желая им Света Разума, чтобы они могли ясно воспринимать Истину, я остаюсь

Мадам,

Ваш настоящий Друг

и верная слуга.

III.

МАДАМ,

Кажется, вы оскорблены моим Мнением, что Природа Вечна без начала, что, по вашим словам, означает сделать ее Богом, или, по крайней мере, равноправной с Богом; Но, если вы поймете мой смысл правильно, вы скажете, что я этого не делаю: Ибо во-первых, Бог есть Нематериальное и Духовное Бесконечное Существо, каковую Собственность Бог не может отдать ни одному Творению, ни сделать другого Бога по Сущности подобным ему, ибо Атрибуты Бога не сообщаемы ни одному Творению; Однако это не мешает тому, чтобы Бог не сделал Бесконечную и Вечную Материю, ибо это так же легко для него, как сделать Конечное Творение, Бесконечная Материя совершенно другой Природы, чем Бог, а именно, Телесная, когда Бог есть Нетелесный, разницу чего я объявила в своем предыдущем Письме. Но что касается Природы, что она не может быть Вечной без начала, потому что Бог есть Создатель и Причина ее, и что Создатель должен быть до Творения, как Причина до Эффекта, так что невозможно для Природы быть без начала; если вы хотите говорить естественно, как ведет вас человеческий разум, и привести Аргумент, заключающийся из Приоритета Причины перед Эффектом, позвольте мне сказать вам, что Бог не связан Естественными Правилами, но что он может делать сверх нашего Понимания, и поэтому он не связан временем, чтобы быть до, ибо если мы будем делать это, мы не должны допускать, что Вечный Сын Божий Совечен Отцу, потому что природа требует, чтобы Отец существовал до Сына, но в Боге нет времени, а вся Вечность; и если вы допускаете, что Бог сделал некоторые Творения, как Сверхъестественные Духи, чтобы жить Вечно, почему бы ему так же не сделать Творение от всей Вечности? ибо Божье делание не есть наше делание, он не нуждается в Приоритете Времени. Но вы можете сказать, Сравнение Вечного Рождения Сына Божьего Мистично и Божественно, и не должно применяться к природным вещам: Я отвечаю, Действие, посредством которого Бог создал Мир или сделал Природу, было ли оно природным или сверхъестественным? конечно, вы скажете, это было Сверхъестественное и Богоподобное действие, почему тогда вы будете применять Естественные Правила к Богоподобному и Сверхъестественному Действию? ибо что Человек знает, как и когда Бог создал Природу? Вы скажете, Писание учит нас этому, ибо прошло не Шесть тысяч лет, когда Бог создал этот Мир, я отвечаю, святое Писание информирует нас только о Творении этого Видимого Мира, но не о Природе и природной Материи; ибо я твердо верю согласно Слову Божьему, что этот Мир был Создан, как описано Моисеем, но что это до природной Материи? Могли быть миры до, как многие придерживаются мнения, что были люди до Адама, и многие среди Богословов верят, что после разрушения этого Мира Бог Создаст новый Мир снова, как новое Небо и новую Землю; и если это вероятно, или по крайней мере может быть принято без какого-либо ущерба для святого Писания, почему не может быть вероятно принято, что были другие миры до этого видимого Мира? ибо нет ничего невозможного для Бога; и все это не умаляет ничего от Чести и Славы Бога, но скорее увеличивает его Божественную Мощь. Но что касается Творения этого настоящего Мира, рассказывается, что сначала была грубая и непереваренная Куча, или Хаос, без формы, пустой и темный; и Бог сказал, Да будет свет; Да будет твердь посреди Вод, и да соберутся Воды под Небом, и да явится суша; Да произрастит Земля траву, зелень, сеющую семя, и дерево плодовитое, приносящее по роду своему Плод; и да будут светила на тверди, одно чтобы править Днем, а другое Ночью; и да произведут Воды пресмыкающихся, душу живую; и да произведет Земля живых Существ по роду их; и наконец Бог сказал, Сотворим Человека, и все, что было сделано, Бог увидел, что это хорошо. Таким образом все было сделано по Божьему Повелению, и кто исполнил его Повеление, если не Материальный слуга Бога, Природа? которая упорядочила свою самодвижущуюся материю в такие различные Фигуры, как Бог повелел, и Бог одобрил их. И таким образом, Мадам, я действительно верю в Творение Мира, и что Бог есть Единственный и всемогущий Создатель Неба и Земли, и всех Творений в них; нет, хотя я верю, что Природа была от Вечности, я верю также, что Бог есть Бог и Автор Природы, и сделал Природу и природную Материю способом и образом, подобающим его Всемогуществу и Непостижимым для нас: Я пропущу природные Аргументы и Доказательства, как не принадлежащие к такому Всемогущему Действию; как например, как природа относительных терминов требует, чтобы они оба существовали в одной точке Времени, а именно, Господин и его Слуга, и Король и его Подданные; ибо одно, имеющее отношение к другому, никак не может рассматриваться как отличное друг от друга в формальности или поздности Времени; но как я сказала, это просто природные вещи, я не буду и не могу применять их к Сверхъестественным и Божественным Действиям; Но если вы спросите меня, как возможно, что Природа, Эффект и Творение Бога, может быть Вечной без начала? Я попрошу вас ответить мне сначала, как Творение может быть Вечным без конца, как, например, Сверхъестественные Духи есть, и тогда я отвечу вам, как Творение может быть Вечным без начала; Ибо Вечность состоит в том, что она не имеет ни начала, ни конца; и если для Бога легко сделать Существо без конца, для Него не трудно сделать Существо без начала. Одну вещь я добавлю, которая состоит в том, что если Природа не была сделана Богом от всей Вечности, тогда Титул Бога, как Создателя, который есть Титул и действие, на котором основана наша Вера, (ибо это первая Статья в нашем Символе веры) был добавочным к Богу, как я сказала, не полные Шесть тысяч лет назад; но нет ничего добавочного к Богу; он сам есть Совершенство. Но, Мадам, все, что я говорю, подлежит свободе Натурфилософии, и только Светом Разума, а не Откровения; и мой Разум не непогрешим; я не буду объявлять свои Мнения непогрешимой Истиной: Также я не думаю, что они оскорбительны ни для Церкви, ни для Государства, ибо я подчиняюсь Законам одного и верю в Доктрину другого, настолько, что если бы это было для пользы любого из них, я была бы готова пожертвовать своей Жизнью, особенно для Церкви; да, если бы у меня были миллионы Жизней, и каждая Жизнь должна была либо страдать мучения, либо жить в покое, я предпочла бы мучения ради блага Церкви; и поэтому, если бы я знала, что мои Мнения должны дать какое-либо оскорбление Церкви, я была бы готова каждую минуту изменить их: И насколько я обязана во всем долге послушанию Церкви, настолько же я особенно обязана вашей Милости, за вашу полную любовь и искреннюю привязанность ко мне, ради которой я буду жить и умру,

Сударыня,

Ваш вернейший друг,

и покорный слуга.

IV.

СУДАРЫНЯ,

Прежде всего я выбрала труд того знаменитого философа Гоббса под названием «Левиафан», в котором нахожу его утверждение [1], что причиной чувства или чувственного восприятия является внешнее тело или объект, который давит на орган, соответствующий каждому чувству. На это я отвечаю, исходя из основ моих собственных философских воззрений, что все вещи, а следовательно, как внешние объекты, так и органы чувств, обладают и чувством, и разумом, однако ни объекты, ни органы не являются их причиной; ибо восприятие — это лишь следствие чувствующих и разумных движений, а не движения восприятия; и давление частей на части также не создает восприятия; ибо, хотя материя благодаря силе самодвижения столь же способна к соединению, сколь и к разделению, и части соединяются с частями, это не порождает восприятия; более того, различные части, между которыми происходит восприятие, могут находиться на таком расстоянии, что не способны давить: например, два человека могут видеть или слышать друг друга на расстоянии, и при этом между ними могут находиться другие тела, которые не движутся к этим восприятиям, так что никакого давления быть не может, ибо всякое давление осуществляется посредством некоторого принуждения и силы; поэтому, согласно моему мнению, чувствующие и разумные свободные движения вычерчивают объекты друг друга, подобно тому как образ и голос вычерчиваются в глазу и ухе друг друга; ибо жизнь и знание, которые я называю разумной и чувствующей материей, присутствуют в каждом творении и во всех частях каждого творения и создают все восприятия в природе, поскольку они являются самодвижущимися частями природы, и в зависимости от того, как движутся эти телесные, разумные и чувствующие движения, возникают те или иные восприятия: Но поскольку эти самодвижущиеся части имеют разные степени (ибо разумная материя чище чувствующей), это вызывает двойное восприятие во всех творениях, одно из которых создается разумными телесными движениями, а другое — чувствующими; и хотя оба восприятия присутствуют во всем теле и в каждой части тела творения, все же чувствующие телесные движения, имея свои надлежащие органы, подобно мастерским, в которых они производят некоторые виды восприятий, чаще всего совершаются в этих органах и снова являются двойными; ибо чувствующие движения работают либо внутри, либо снаружи этих органов: внутри — во время сновидений, снаружи — в бодрствовании; и хотя как разумная, так и чувствующая материя неразрывно соединены и смешаны вместе, они не всегда работают сообща, ибо зачастую разумная работает без каких-либо чувствующих вычерчиваний, а чувствующая, в свою очередь, без разумных. Но не поймите меня превратно, сударыня, ибо я не ограничиваю чувственное восприятие исключительно органами, а разумное — мозгом, но, поскольку они оба присутствуют во всем теле, они могут работать во всем теле в соответствии со своими собственными движениями. Также я не говорю, что в глазу нет иного восприятия, кроме зрения, в ухе — кроме слуха и так далее, но органы чувств имеют и другие восприятия помимо этих; и если чувствующие и разумные движения в тех частях, между которыми происходит восприятие, нерегулярны, как, например, у двух вышеупомянутых людей, которые видят и слышат друг друга, то они оба не видят и не слышат друг друга идеально; и если движения одного совершенны, а другого — нерегулярны и ошибочны, то один видит и слышит лучше другого; или если чувствующие и разумные движения движутся более регулярно и создают более совершенные вычерчивания в глазу, чем в ухе, то они видят лучше, чем слышат; а если более регулярно и совершенно в ухе, чем в глазу, то они слышат лучше, чем видят: И так можно сказать о каждом человеке в отдельности, ибо один человек может видеть другого лучше и совершеннее, чем тот видит его; и этот человек может слышать другого лучше и совершеннее, чем тот слышит его; тогда как, если бы восприятие создавалось давлением, подобных ошибок не было бы; к тому же сильное давление объектов, на мой взгляд, скорее раздражало бы и затуманивало, нежели просвещало. Но как только объект удаляется, восприятие его, созданное чувствующими движениями в органах, прекращается, по причине того, что чувствующие движения перестают вычерчивать, однако разумные движения не всегда прекращаются столь внезапно, потому что чувствующие телесные движения работают с неодушевленной материей и поэтому не могут долго удерживать конкретные фигуры, тогда как разумная материя движется только в своей собственной субстанции и частях материи, и ни в какой другой, о чем моя книга «Философские воззрения» просветит вас лучше. И таким образом, восприятие, на мой взгляд, не создается ни давлением, ни видами, ни материей, переходящей от органа к объекту или от объекта в орган. Из этого также очевидно, что понимание исходит не от внешних объектов или внешних органов чувств; ибо, как внешние объекты не создают восприятия, так они не создают и понимания, но это делает разумная материя, ибо понимание может существовать и без внешних объектов и органов чувств; и это вкратце мнение

Сударыня,

Ваш верный друг

и слуга.

[1] Часть 1, гл. 1.

V.

Сударыня,

Мнение вашего автора [1] состоит в том, что когда вещь пребывает в покое, она будет пребывать в покое вечно, если только что-то другое не приведет ее в движение; но когда вещь находится в движении, она будет вечно находиться в движении, если только что-то другое не остановит ее; причина этого, говорит он, в том, что ничто не может изменить само себя. По правде говоря, сударыня, я не разделяю его мнения, ибо если материя движет сама себя, как она, безусловно, и делает, то малейшая часть материи, будь она столь мала, что кажется неделимой, будет двигать сама себя; правда, она не могла бы прекратить движение, поскольку в ее природе — двигаться, а ничто не может изменить свою природу; ибо даже сам Бог, обладающий большей властью, чем самодвижущаяся материя, не может перестать быть Богом; но то, что движение должно исходить от другого внешнего тела, соединяющегося с тем телом, которое оно движет, или касающегося его, на мой взгляд, неправдоподобно; ибо хотя природа вся телесна, а ее действия — телесные движения, это не доказывает, что движение отдельных творений или частей вызвано соединением, касанием или давлением частей на части; ибо не отдельные части создают движение, а движение создает их; и все же движение не является причиной материи, но материя является причиной движения, ибо материя могла бы существовать без движения, но не движение без материи, только не было бы никакого восприятия без движения, и никакого разнообразия, если бы материя не была самодвижущейся; но материя, если бы она была вся неодушевленной и лишенной движения, лежала бы как тупая, мертвая и бесчувственная груда; но то, что всякое движение происходит от соединения или давления других частей, я отрицаю, ибо если бы чувствующие и разумные восприятия, которые суть чувствующие и разумные движения в теле и в уме, создавались давлением внешних объектов, давящих на органы чувств, а через них на мозг или внутренние части тела, они вызывали бы в них такие вмятины и дыры, что в короткое время сделали бы их болезненными и залатанными; к тому же то, что было представлено таким образом, всегда оставалось бы или, по крайней мере, не растворялось бы так быстро, и тогда эти давления создавали бы странную и ужасную путаницу фигур, ибо ни одна фигура не была бы отчетливой; поэтому мое мнение состоит в том, что чувствующая и разумная материя создает или вычерчивает фигуры различных объектов и растворяет их в мгновение ока; как, например, когда глаз видит объект сначала человека, затем лошади, затем другого творения, чувствующие движения в глазу движутся сначала в фигуру человека, затем сразу в фигуру лошади, так что фигура человека растворяется и изменяется в фигуру лошади и так далее; но если глаз видит много фигур сразу, то чувствующие телесные движения создают столько же различных фигур, и столько же — разумные движения, которые суть зрение и память, одновременно: Но во сне как чувствующие, так и разумные движения создают фигуры без вычерчивания, то есть без внешних объектов, что и является причиной того, что они часто ошибочны, тогда как, если бы это было прежнее запечатление объектов, не могло бы быть несовершенных сновидений или воспоминаний, ибо угасание фигур требует столько же движения, сколько и запечатление, а запечатление и угасание — это очень разные и противоположные движения; более того, если бы восприятие создавалось запечатлением, не могло бы быть угасания или распада фигур, отпечатанных в уме или теле, тогда как, поскольку в самодвижущейся материи происходит изменение движений, происходит и изменение фигур, созданных этими движениями. Но вы скажете, что из того, что восприятие создается запечатлением, не следует, что оно должно обязательно продолжаться и не распадаться; ибо если вы коснетесь струны и приведете ее в движение, движение не будет продолжаться вечно, а постепенно прекратится; я отвечу: существует большая разница между первичным самодвижением и принудительными или искусственными движениями; ибо искусственные движения — это лишь подражание естественным движениям, а не сами они, но вызваны они естественными движениями; ибо хотя нет искусства, которое не было бы создано природой, природа не создана искусством; поэтому мы не можем рационально судить о восприятии, сравнивая его с движением струны, а его изменение — с прекращением этого движения, ибо природа движется не силой, а свободно. Правда, в природе свобода для одного человека — дать другому пощечину, или подставить подножку, или для одного или нескольких людей — сражаться друг с другом; однако эти действия не похожи на действия любовных объятий и поцелуев; также не являются одними и теми же действия, когда человек бьет себя и когда он бьет другого; и точно так же действие запечатления и действие самовычерчивания — не одно и то же, а разные; ибо действие запечатления принудительно, а действие самовычерчивания свободно; поэтому сравнение с принудительными движениями струны, веревки, часов или тому подобного здесь неуместно; ибо хотя веревка, сделанная из льна или конопли, может иметь восприятие овоща, но не руки или чего-то подобного, что коснулось ее или ударило; и хотя рука побуждает веревку двигаться таким образом, это не движение руки, посредством которого она движется, и когда оно прекращается, ее естественная и присущая ей сила двигаться не уменьшается; подобно тому как человек, который перестал заниматься резьбой или живописью, обладает не меньшим мастерством, чем прежде, и это мастерство не теряется, когда он играет на лютне или вирджиналах, или пашет, сажает и тому подобное, но он лишь изменил свое действие, как с резьбы на живопись, или с живописи на игру, и так далее к пахоте и посадке, что происходит не из-за неспособности, а по выбору. Но вы скажете, что это тем не менее прекращение такого движения. Я соглашусь: но прекращение такого движения не есть прекращение самодвижущейся материей всех движений, также прекращение не равносильно уничтожению, ибо движение лежит в силе материи повторять его, как часто она захочет, если ее не подавят, ибо большее количество частей, или большая сила, или больше движений могут подавить меньшие; поэтому принудительные, или искусственные, и свободные естественные движения различны по своим эффектам, хотя они имеют лишь одну причину, которая есть самодвижущаяся материя, и хотя материя лишь активна и пассивна, существует огромное разнообразие и столь большая разница в силе и свободе, объектах и восприятиях, чувстве и разуме и тому подобном. Но в заключение: восприятие не создается давлением объектов, не более чем пенька создается веревочником, или металл — литейщиком колоколов или звонарем, и все же ни веревка, ни металл не лишены чувства и разума, но естественные движения металла и искусственные движения звонаря различны; поэтому естественный эффект, по правде говоря, не может быть произведен искусственной причиной, также прекращение отдельных принудительных или искусственных движений не может быть доказательством прекращения общих, естественных, свободных движений, чтобы сама материя перестала двигаться; ибо в природе нет такого понятия, как покой, но есть изменение движений и фигур в самодвижущейся материи, которое вызывает разнообразие как в мнениях, так и во всем остальном; поэтому, на мой взгляд, хотя чувство изменяется, оно не распадается, ибо разумная и чувствующая часть материи столь же долговечна, как и сама материя, но то, что называют распадом чувства, есть лишь изменение движений, а не их неясность, подобно тому как движения памяти и забывчивости, а повторение одних и тех же движений называется воспоминанием. И на этом пока закончу с данной темой, добавив лишь, что остаюсь

Сударыня,

ваш верный друг,

и слуга.

[1] Левиафан, часть 1, гл. 2.

VI.

СУДАРЫНЯ,

Ваш автор, рассуждая о воображении, говорит [1], что как только какой-либо объект удаляется от наших глаз, хотя запечатление, сделанное в нас, остается, другие, более близкие объекты, сменяя его и воздействуя на нас, делают воображение о прошлом неясным и слабым. На это я отвечаю, во-первых, что он считает чувство и воображение одним и тем же, ибо говорит, что воображение есть не что иное, как угасающее или распадающееся чувство; тогда как, на мой взгляд, они различны, причем не только их материя, но и их движения также являются отчетливыми и различными; ибо воображение — это разумное восприятие, а чувство — чувствующее восприятие; поэтому насколько разумная материя отличается от чувствующей, настолько воображение отличается от чувства. Далее я говорю, что запечатления не остаются в теле чувствующей материи, но в ее власти — создавать или повторять подобные фигуры; также воображение не становится меньше, когда объект отсутствует, по сравнению с тем, когда он присутствует, но фигура, вычерченная в органах чувств, будучи измененной и оставаясь только в разумной части материи, не столь отчетлива и ясна, как когда она была и в чувстве, и в уме: И чтобы доказать, что воображение о вещах прошлых не слабеет с течением времени, как говорит ваш автор, замечу, что многие люди в старости имеют столь же совершенное воображение о том, что прошло в их молодые годы, как если бы они видели это в настоящем. А что касается мнения вашего автора, что воображение и память — одно и то же, я соглашусь, что они сделаны из одного вида материи; но хотя материя одна и та же, различные движения в различных частях делают воображение и память разными вещами: например, человек может вообразить то, что никогда не приходило в его чувства, поэтому воображение не есть одно и то же с памятью. Но ваш автор, кажется, делает все чувство как бы одним движением, но не все движение — чувством, тогда как, безусловно, нет движения, которое не было бы либо чувствующим, либо разумным; ибо разум — это лишь чистое и утонченное чувство, а чувство — более грубый разум. Однако все чувствующие и разумные движения не являются одними и теми же; ибо принудительные или искусственные движения, хотя они исходят из чувствующей материи, настолько отличаются от свободных и первичных естественных движений, что кажутся как бы совсем другой природы: И это пренебрежение различием является причиной того, что многие считают аппетиты и страсти, восприятия и объекты и тому подобное одним и тем же, без какой-либо или почти без какой-либо разницы. Но, рассудив о различии этих движений в моем предыдущем письме, я не буду утомлять вас повторением этого, а остаюсь

Сударыня,

Ваш верный друг

и слуга.

[1] Левиафан, часть 1, гл. 2.

VII.

СУДАРЫНЯ,

Мнение вашего автора относительно сновидений [1] кажется мне отчасти очень разумным и вероятным, а отчасти нет; ибо когда он говорит, что сновидения — это лишь воображения тех, кто спит, которые были до этого полностью или по частям в чувстве; и что органы чувств, такие как мозг и нервы, будучи онемевшими во сне, так что их нелегко привести в движение внешними объектами, эти воображения происходят только от возбуждения внутренних частей человеческого тела, которые из-за связи, которую они имеют с мозгом и другими органами, когда они расстроены, поддерживают их в движении, благодаря чему воображения, ранее там созданные, кажутся такими, как если бы человек бодрствовал; это кажется моему разуму не очень вероятным: ибо, во-первых, сновидения — это не абсолютно воображения, если только мы не называем воображениями все движения и действия чувствующей и разумной материи. Также не обязательно, чтобы все воображения были до этого полностью или по частям в чувстве; также нет никакого онемения органов чувств во сне. Но сновидения, согласно моему мнению, создаются чувствующими и разумными телесными движениями путем вычерчивания различных объектов, как и при бодрствовании; разница лишь в том, что чувствующие движения во сне работают механически и внутри органов чувств, тогда как при бодрствовании они работают в соответствии с вычерчиваниями внешних объектов и снаружи органов чувств, так что сон или сновидения — это не что иное, как изменение движений с внешнего на внутреннее и с работы по вычерчиванию на работу механическую: я не говорю, что тело лишено всех внешних движений, когда спит, таких как дыхание и биение пульса (хотя эти движения скорее внутренние, чем внешние), но что только органы чувств снаружи закрыты, чтобы не получать вычерчивания внешних объектов, тем не менее чувствующие движения не перестают двигаться внутри или на внутренней стороне органов чувств; но разумная материя часто, как во время бодрствования, так и во сне, создает такие фигуры, которые чувствующая никогда не создавала ни от внешних объектов, ни по своей собственной воле; ибо чувствующая иногда имеет свободу работать без объектов, но разумная — гораздо больше, которая не связана ни вычерчиваниями внешних объектов, ни чувствующими произвольными фигурами. Поэтому не различные расстройства, как говорит ваш автор, вызывают разные сновидения, или золото, или жар; также сновидения не являются обратной стороной наших бодрствующих воображений, и не все фигуры в сновидениях созданы вверх ногами, хотя некоторые — да; но эта ошибка или нерегулярность происходит от отсутствия внешних объектов или вычерчиваний, и по той причине, что чувствующие движения работают механически; также движения не являются обратными, потому что они работают внутренне во сне и внешне при бодрствовании, ибо безумные люди в бодрствовании видят различные фигуры без объектов. Короче говоря, сон и бодрствование — это нечто подобное тому, когда людей зовут либо выйти за двери, либо они остаются внутри своих домов; или как корабль, где матросы работают под палубой, о чем вы найдете больше в моих «Философских воззрениях»; и на этом, прощаясь, я остаюсь