«Словарь ислама»

Но, несмотря на эти категорические утверждения со стороны их Пророка относительно его неспособности совершать чудеса, в Коране есть по меньшей мере четыре места, где, как полагают мусульмане, упоминаются чудеса.

1. Раскол луны (сура liv. 1, 2): «Час приблизился, и луна раскололась. Но если неверные видят знамение (айя), они отворачиваются и говорят: «Магия! Это пройдет!»

Аль-Байдави говорит в своем комментарии к этому стиху: «Некоторые говорят, что неверные потребовали этого знамения от Пророка, и луна раскололась надвое; но другие говорят, что это относится к знамению грядущего Воскресения, поскольку слова «расколется» выражены в пророческом прошедшем времени».

Родуэлл переводит это как «раскололась», поскольку он полагает, что Мухаммад, возможно, намекает на какой-то метеор или комету, которые он принял за часть луны.

2. Помощь, оказанная мусульманам в битве при Бадре. Сура iii. 120, 121: «Когда ты сказал верующим: «Разве не достаточно вам того, что ваш Господь помогает вам тремя тысячами ангелов, ниспосланных свыше?» Да; но если вы будете стойки и будете бояться Бога, и враг нападет на вас в пылу, ваш Господь поможет вам пятью тысячами ангелов с их отличительными знаками».

Эти «отличительные знаки», говорят комментаторы, были тогда, когда ангелы ехали на черных и белых конях и имели на головах белые и желтые тюрбаны, концы которых свисали между плеч.

3. Знаменитое ночное путешествие. Сура xvii. 1: «Мы провозглашаем славу Того, кто перенес Своего раба ночью из Масджиду ʾл-Харам в Масджиду ʾл-Акса (т. е. из Мекки в Иерусалим)».

4. Сам Коран, который, по словам мусульман, является великим чудом ислама, подобного которому не было создано и никогда не будет создано силой человека. В доказательство этого они цитируют суру xxix. 48: «Это ясное знамение (айя) в сердцах тех, до кого дошло знание».

Хотя эти весьма сомнительные утверждения в Коране не подтверждают чудотворные способности Пророка, Предания фиксируют многочисленные случаи, когда он совершал чудеса в присутствии своего народа.

Следующие из них записаны в преданиях аль-Бухари и Муслима:—

(1) Во время бегства из Мекки, когда Пророк проклял Сураку, его лошадь провалилась по брюхо в твердую землю.

(2) Пророк отметил при Бадре точное место, на котором должен быть убит каждый из идолопоклонников, и Анас говорит, что ни один из них не прошел живым дальше места, отмеченного Пророком.

(3) Он исцелил сломанную ногу Абдаллаха ибн Атика одним прикосновением.

(4) Он превратил твердую землю в кучу песка одним ударом топора.

(5) Он накормил тысячу человек одним козленком и са’ ячменя.

(6) Он чудесным образом обеспечил водой во время битвы при аль-Худайбии.

(7) Два дерева чудесным образом сдвинулись, чтобы образовать тень для Пророка.

(8) Он сделал Джабира хорошим наездником своими молитвами.

(9) Деревянный столб плакал до такой степени, что почти раскололся на две части, потому что Пророк перестал опираться на него.

(10) Вялая лошадь стала быстрой после того, как на ней проехал Пророк.

(11) Семьдесят или восемьдесят человек чудесным образом насытились несколькими ячменными лепешками и небольшим количеством масла.

(12) Триста человек наелись одним хлебцем.

Следующие случаи записаны различными авторами:—

(1) Пророка приветствовали холмы и деревья близ Мекки словами: «Мир тебе, о Посланник Бога!»

(2) Дерево сдвинулось со своего места, чтобы создать тень, когда Пророк спал под ним.

(3) Пророк исцелил безумного мальчика, сказав: «Выйди из него».

(4) Пророк заставил волка заговорить.

(Для получения дополнительной информации см. «Китабу ʾл-Муджизат», «Сахиху ʾл-Бухари», «Мишкату ʾл-Масабих», «Сахиху Муслим».)

МИРАДЖ (معراج‎). Букв. «восхождение». Предполагаемое путешествие Мухаммада на небо; также называется Исра (اسرى‎), «ночное путешествие». Говорят, что оно произошло на двенадцатом году пророческой миссии, в месяце Рабиу ʾл-Авваль.

Согласно Абду ʾл-Хакку, есть богословы, которые рассматривали это чудесное событие как простое видение, но, добавляет он, большинство считает его буквальным путешествием.

Единственное упоминание об этом видении в Коране содержится в суре xvii. 1: «Хвала Тому, кто перенес Своего раба ночью из Масджиду ʾл-Харам (т. е. Мекканского храма) в Масджиду ʾл-Акса (т. е. Иерусалимский храм)».

Ниже приводится описание предполагаемого путешествия, данное в «Мишкату ʾл-Масабих». Передают, что Мухаммад сказал:—

«Пока я спал на боку, он (Джабраил) пришел ко мне, разрезал меня от груди до низа пупка, вынул мое сердце, промыл полость водой Замзам, а затем наполнил мое сердце верой и знанием. После этого привели белое животное, чтобы я мог на нем ехать. Его размер был между мулом и ослом, и оно простиралось так далеко, как видел глаз. Имя животного было Бурак. Затем я сел на животное и вознесся, пока мы не прибыли на низшее небо, и Джабраил потребовал, чтобы дверь была открыта. И спросили: «Кто это?» и он сказал: «Я Джабраил». И тогда они сказали: «Кто с тобой?» и он ответил: «Это Мухаммад». Они сказали: «Был ли Мухаммад призван к пророческому служению?» Он сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем дверь была открыта; и когда я прибыл на первое небо, я увидел Адама. И Джабраил сказал мне: «Это твой отец Адам, поприветствуй его». Затем я поприветствовал Адама, и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, о хороший сын и хороший Пророк!» После этого Джабраил взял меня выше, и мы достигли второго неба; и он попросил открыть дверь, и было сказано: «Кто это?» Он сказал: «Я Джабраил». Было сказано: «Кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Было сказано: «Был ли он призван?» Он сказал: «Да». Было сказано: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем дверь была открыта; и когда я прибыл на второе небо, я увидел Йахью и Ису (сыновей сестер). И Джабраил сказал: «Это Йахья и Иса; поприветствуй их обоих». Затем я поприветствовал их, и они ответили. После этого они сказали: «Добро пожаловать, хороший брат и Пророк». После этого мы поднялись на третье небо и попросили открыть дверь; и было сказано: «Кто это?» Джабраил сказал: «Я Джабраил». Они сказали: «Кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Они сказали: «Был ли он призван?» Джабраил сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем дверь была открыта; и когда я вошел на третье небо, я увидел Юсуфа. И Джабраил сказал: «Это Юсуф, поприветствуй его». Затем я сделал это, и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, хороший брат и хороший Пророк». После этого Джабраил взял меня на четвертое небо и попросил открыть дверь; было сказано: «Кто это?» Он сказал: «Я Джабраил». Было сказано: «Кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Было сказано: «Был ли он призван?» Он сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». И дверь была открыта; и когда я вошел на четвертое небо, я увидел Идриса. И Джабраил сказал: «Это Идрис, поприветствуй его». И я сделал это, и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, хороший брат и Пророк». После этого Джабраил взял меня на пятое небо и попросил открыть дверь; и было сказано: «Кто там?» Он сказал: «Я Джабраил». Было сказано: «Кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Они сказали: «Был ли он призван?» Он сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем дверь была открыта; и когда я прибыл на пятое небо, я увидел Харуна. И Джабраил сказал: «Это Харун, поприветствуй его». И я сделал это, и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, хороший брат и Пророк». После этого Джабраил взял меня на шестое небо и попросил открыть дверь; и они сказали: «Кто там?» Он сказал: «Я Джабраил». Они сказали: «А кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Они сказали: «Призван ли он?» Он сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем дверь была открыта; и когда я вошел на шестое небо, я увидел Мусу. И Джабраил сказал: «Это Муса, поприветствуй его». И я сделал это; и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, хороший брат и Пророк». И когда я прошел мимо него, он заплакал. И я сказал ему: «Что заставляет тебя плакать?» Он сказал: «Потому что после меня послан человек, из чьего народа в Рай войдет больше, чем из моего». После этого Джабраил взял меня на седьмое небо и попросил открыть дверь; и было сказано: «Кто это?» Он сказал: «Я Джабраил». И было сказано: «Кто с тобой?» Он сказал: «Мухаммад». Они сказали: «Был ли он призван?» Он сказал: «Да». Они сказали: «Добро пожаловать, Мухаммад; его приход — благо». Затем я вошел на седьмое небо, и я увидел Ибрахима. И Джабраил сказал: «Это Ибрахим, твой отец, поприветствуй его»; что я и сделал, и он ответил на это и сказал: «Добро пожаловать, хороший сын и хороший Пророк». После этого я был вознесен к дереву, называемому Сидрату ʾл-Мунтаха; и его плоды были как кувшины для воды, а листья как уши слона. И Джабраил сказал: «Это Сидрату ʾл-Мунтаха». И я увидел там четыре реки; две из них скрытые, а две явные. Я сказал Джабраилу: «Что это?» Он сказал: «Эти две скрытые реки находятся в Раю; а две явные — это Нил и Евфрат». После этого мне показали Байту ʾл-Мамур. После этого мне принесли сосуд, полный вина, другой — полный молока, и еще один — полный меда; и я взял молоко и выпил его. И Джабраил сказал: «Молоко — это религия; ты и твой народ будете привержены ей». После этого последовали божественные повеления о пятидесяти молитвах каждый день. Затем я вернулся и прошел мимо Мусы; и он сказал: «Что тебе было приказано?» Я сказал: «Пятьдесят молитв каждый день». Затем Муса сказал: «Поистине, твой народ не сможет совершать пятьдесят молитв каждый день; и поистине, я клянусь Богом, я испытывал людей до тебя; я применял средство к сынам Израиля, но оно не имело желаемого эффекта. Тогда вернись к своему Господу и попроси освободить твой народ от этого». И я вернулся; и десять молитв были отменены. Затем я пошел к Мусе, и он сказал то же, что и прежде; и я вернулся к Божественному двору, и еще десять молитв были сокращены. Затем я вернулся к Мусе, и он сказал то же, что и прежде; затем я вернулся к Божественному двору, и еще десять были отменены. И я пошел к Мусе, и он сказал то же, что и прежде; затем я вернулся к Богу, и еще десять были уменьшены. Затем я пошел к Мусе, и он сказал то же, что и прежде; затем я пошел к Божественному двору и получил повеление о пяти молитвах каждый день. Затем я пошел к Мусе, и он сказал: «Сколько тебе было приказано?» Я сказал: «Пять молитв каждый день». Он сказал: «Поистине, твой народ не сможет совершать пять молитв каждый день; ибо, поистине, я испытывал людей до тебя и применял самое суровое средство к сынам Израиля. Тогда вернись к своему Господу и попроси облегчить их». Я сказал: «Я просил Его до тех пор, пока мне не стало совсем стыдно; я не могу вернуться к Нему снова. Но я удовлетворен и вверяю дело моего народа Богу». Затем, когда я прошел то место, глашатай воскликнул: «Я установил Мои божественные заповеди и сделал их легкими для Моих рабов».

Сурату ʾл-Мирадж — это название XVII главы Корана, в первом стихе которой есть отсылка к ночному путешествию Мухаммада. Она также называется Сурату Бани Исраил, или Глава о сынах Израилевых.

МИРАС (ميراث‎). [НАСЛЕДСТВО.]

МИРЗА (ميرزا‎). Почетный титул, даваемый лицам из хороших семей.

МИРЗАБА, МИРЗАББА (مرزبة‎). «Молот для разбивания комьев». Железный молот, которым избивают мертвых, не сумевших удовлетворительно ответить на вопросы, заданные им Мункаром и Накиром. Также называется Митрака (مطرقة‎). [НАКАЗАНИЯ В МОГИЛЕ.]

МИСАК (ميثاق‎). «Завет». Слово, используемое в Коране для обозначения завета Бога со Своим народом. [ЗАВЕТ.]

МИШКАТУ ʾЛ-МАСАБИХ (مشكاة المصابيح‎). Хорошо известная книга суннитских преданий, широко используемая суннитскими мусульманами в Индии и часто цитируемая в настоящей работе. Она была первоначально составлена имамом Хусейном аль-Багави, знаменитым комментатором, который умер в 510 или 516 г. х., и называлась «Масабиху ʾс-Сунна», или «Светильники преданий». В 737 г. х. шейх Валийу ʾд-дин переработал труд аль-Багави, добавив дополнительную главу к каждому разделу, и назвал его «Мишкату ʾл-Масабих», или «Ниша для светильников». Во времена императора Акбара шейх Абду ʾл-Хакк перевел этот труд на персидский язык и добавил комментарий. (См. «Кашфу ʾз-Зунун», in loco.)

МИСКИН (مسكين‎). «Бедный человек». Евр. Еккл. ix. 15, ‏מִסְכֵּן‎. Согласно мусульманскому праву, человек, который не имеет никакой собственности, в отличие от факира (فقير‎), или человека, который обладает небольшим имуществом, но является бедным. (Хидая, т. i, стр. 54.)

МИСКАЛЬ (مثقال‎). Арабская мера веса, которая часто встречается в мусульманских юридических книгах. Ричардсон определяет ее как драхму и три седьмых. Она также используется для обозначения золотой монеты такого веса. [ДЕНЬГИ.]

МИСР (مصر‎). [ЕГИПЕТ.]

МИСВАК (مسواك‎). (1) Зубочистка, сделанная из дерева, длиной около пяди. Предпочтительнее, когда она сделана из дерева, имеющего горький вкус. Salvadora Indica — это дерево, древесина которого используется в Индии.

(2) Акт чистки зубов, который является религиозным обрядом, основанным на примере Мухаммада, и составляет первую часть вуду, или «омовения перед молитвой».

Пророк был особенно внимателен к соблюдению мисвака (см. Мишкат, книга iii, гл. 4). Это относится к числу тех вещей, которые называются фитра (см. соотв. статью).

МИТРАКА (مطرقة‎). Железный молот или булава, которыми неверные будут поражаемы в своих могилах ангелами Мункаром и Накиром. Персидское гурз. [НАКАЗАНИЯ В МОГИЛЕ.]

МИЯН (ميان‎). Персидское слово, используемое как почетный титул для потомков прославленных мусульманских святых.

МИЗАН (مـيـزان‎), мн. ч. мавазин. Евр. мн. ч. ‏מֹאזְנַיִם‎. Букв. «весы». (1) Закон, содержащийся в Коране, сура xlii. 16: «Бог — Тот, кто ниспослал Книгу с истиной и весы». (2) Весы, на которых будут взвешены деяния всех людей. Сура xxi. 47: «Справедливые весы будут установлены для Дня Воскресения, и ни одна душа не будет обижена ни в чем; даже если дело будет весом с горчичное зерно, Мы принесем его для взвешивания: и нашего расчета будет достаточно».

Передают со слов Абдаллаха ибн Амра, что Мухаммад сказал: «Поистине, Бог приведет мусульманина в присутствие всех людей в Судный день и покажет ему девяносто девять больших книг, и каждая книга длиной, насколько хватает глаз. Затем Бог скажет ему: «Отрицаешь ли ты что-нибудь в этих книгах? Обидели ли тебя Мои писцы?» И мусульманин скажет: «О мой Господь, я ничего не отрицаю из того, что в них». Затем Бог скажет: «Есть ли у тебя какое-нибудь оправдание?» И он скажет: «Нет». Затем Бог скажет: «У Меня есть для тебя благая весть, ибо в этот день нет угнетения». Затем Бог принесет клочок бумаги, на котором написано: «Я свидетельствую, что нет божества, кроме Бога, и я свидетельствую, что Мухаммад — Его раб и посланник». И Бог скажет: «Иди и взвесь свои деяния». И мусульманин скажет: «Что этот клочок бумаги по сравнению с теми большими книгами?» И Бог скажет: «Этот клочок бумаги тяжел, взвесь его». Затем книги будут положены на чашу весов, а клочок бумаги — на другую, и книги, содержащие деяния, будут легкими, а клочок бумаги, на котором написано исповедание веры мусульманина, будет тяжелым». (См. Сборник хадисов ат-Тирмизи.)

Комментаторы говорят, что весы будет держать ангел Джабраил и что они настолько огромны, что одна чаша висит над Раем, а другая над Адом, и они достаточно вместительны, чтобы содержать и небо, и землю. Хотя некоторые готовы понимать то, что сказано в Преданиях об этих весах, аллегорически и лишь как образное представление Божественной справедливости, все же более древнее и ортодоксальное мнение состоит в том, что это следует понимать буквально; и поскольку слова и действия, будучи лишь акциденциями, не способны быть взвешенными сами по себе, они говорят, что книги, в которых они записаны, будут брошены на весы, и в зависимости от того, перевесят ли те, в которых записаны добрые или злые дела, будет вынесен приговор; те, чьи весы, нагруженные добрыми делами, будут тяжелыми, будут спасены; но те, чьи весы будут легкими, будут осуждены. И никто не будет иметь повода жаловаться на то, что Бог оставляет какие-либо добрые дела без вознаграждения, потому что нечестивые получают награды за добро, которое они совершают в настоящей жизни, и поэтому не могут ожидать никакой милости в следующей.

Древние еврейские авторы упоминают книги, которые будут представлены в Последний день, где зарегистрированы действия людей, как и весы, на которых они будут взвешены, и сама Библия, по-видимому, дала первое представление о том и другом. Но то, во что верят персидские маги относительно весов, ближе всего к мусульманскому мнению. Они полагают, что в Судный день два ангела по имени Михр и Соруш будут стоять на мосту между раем и адом и проверять каждого человека, когда он проходит; что первый, который олицетворяет божественное милосердие, будет держать в руке весы, чтобы взвешивать действия людей; что в соответствии с отчетом, который он представит об этом Богу, будет вынесен приговор, и тем, чьи добрые дела окажутся более весомыми, если они перевесят чашу весов хотя бы на вес волоска, будет позволено пройти дальше в Рай; но те, чьи добрые дела окажутся легкими, будут другим ангелом, который олицетворяет Божественную справедливость, низвергнуты с моста в ад.

УМЕРЕННОСТЬ. Арабское иктисад (اقتصاد‎). Согласно учению Мухаммада, умеренность во всех религиозных делах лучше, чем чрезмерное благочестие, и этой теме посвящена глава в Преданиях. Передают, что он сказал:—

«Лучшее деяние в глазах Бога — это то, которое постоянно соблюдается, даже если в малой степени».

«Делай то, что ты можешь делать удобно; ибо Бог не устанет вознаграждать, пока ты не устанешь делать».

«Ты должен продолжать свои молитвы до тех пор, пока это приятно тебе, а когда устанешь — садись».

«Поистине, религия легка, поэтому держись ее твердо». (См. Мишкат, Бабу ʾл-Иктисад.)

СКРОМНОСТЬ (арабское хайаʾ حياء‎) часто восхваляется в традиционных изречениях Мухаммада, который, как передают, сказал:—

«Скромность — это ветвь веры».

«Поистине, скромность и вера соединены вместе». (Мишкат, книга xxii, гл. xix.)

МОНАШЕСТВО. Арабское рахбания (رهبانية‎) было запрещено Мухаммадом. В Преданиях рассказывается, что Усман ибн Мазун пришел к Пророку с просьбой разрешить ему удалиться от общества и стать монахом (рахиб). Пророк ответил: «Уединение, которое подобает моему народу, — это сидеть в углу мечети и ждать времени молитвы» (Мишкат, книга iv, гл. 8).

В Коране христиан обвиняют в изобретении монашеской жизни. Сура lvii. 27: «Мы даровали им Евангелие, и Мы вложили в сердца тех, кто следует за ним, доброту и сострадание; но что касается монашеской жизни, они изобрели ее сами».

Согласно «Хидае» (т. ii, стр. 215), подушный налог не должен взиматься с рахибов, будь то христиане или язычники, но это предмет спора.

ДЕНЬГИ. В Коране упоминаются три монеты: (1) Кинтар (قنطار‎), (2) Динар (دينار‎), (3) Дирхам (درهم‎), мн. ч. Дарахим.

Кинтар. Сура iii. 68: «Среди людей Писания есть такие, которым если доверишь кинтар, они вернут его тебе».

В «Камусе» сказано, что кинтар — это золотая монета стоимостью в 200 динаров, однако Мухаммад Тахир, автор «Маджмау-ль-Бихар» (стр. 173), утверждает, что это понятие подразумевает весьма значительную сумму денег, столько золота, сколько может поместиться в коровью шкуру. Обычно это слово переводят как «талант».

(2) Динар. Сура iii. 68: «Есть такие, которым если доверишь динар, они не вернут его тебе». Это был денарий или небольшая золотая монета.

(3) Дирхам. Сура xii. 20: «И продали они его за бесценок, за отсчитанные дирхамы». Серебряная драхма. [КИНТАР, ДИНАР, ДИРХАМ, ВЕСЫ].

Г-н Принсеп пишет: «Серебряная рупия (rupya, серебряная монета), имеющая хождение в мусульманских странах в настоящее время, была введена, согласно Абуль-Фазлу, Шер-шахом, который узурпировал делийский престол у Хумаюна в 1542 году. До него валютой Могольской империи были арабский дирхам (серебряная драхма), золотой динар (denarius auri) и медный фулус (follis). На одной стороне рупии Шер-шаха было начертано мусульманское исповедание веры, а на другой — имя императора и дата на персидском языке, окруженные кольцевой надписью на хинди. Поскольку "та же монета была возрождена и очищена" в правление Акбара, мы можем предположить, исходя из утверждения Абуль-Фазла, что первоначальный вес рупии составлял 11¼ маша. Квадратная рупия Акбара, называемая по своей надписи джалали, была того же веса и достоинства. Эту монету также называли чахар-яри в честь четырех друзей Пророка — Абу Бакра, Умара, Усмана и Али, чьи имена были начертаны на ее полях. В народе считается, что эта рупия обладает магической силой».

МОНОГАМИЯ. Хотя многоженство санкционировано Кораном, слова «а если боитесь, что не будете справедливы, то [женитесь] только на одной» (Сура iv. 3), по-видимому, подразумевают склонность к моногамии как к наиболее безопасной и осмотрительной форме брака. Автор «Ахляк-и-Джалали» пишет: «За исключением, пожалуй, королей, которые женятся для умножения потомства и по отношению к которым у жены нет иного выбора, кроме повиновения, многоженство не является оправданным. Даже в их случае лучше проявлять осторожность; ибо муж и жена подобны сердцу и телу, и подобно тому, как одно сердце не может дать жизнь двум телам, одному человеку едва ли под силу управлять двумя домами» (Английский перевод Томпсона, стр. 266).

МОНОПОЛИЯ. Арабское ихтикар (احتكار). Монополия на предметы первой необходимости (например, накопление зерна с целью повышения цены на него) запрещена в мусульманском праве. Ибо Пророк сказал:

«Тот, кто монополизирует, — грешник».

«Тот, кто удерживает зерно сорок дней, чтобы повысить его цену, является и отступником от Бога, и отвергнутым Богом» («Мишкат», книга xii, гл. x; «Хидая», том iv, стр. 114).

МЕСЯЦ. Арабское шахр (شهر), мн. ч. шухур. Месяцы мусульманского года являются лунными, и начало месяца отсчитывается от заката, непосредственно следующего за появлением новой луны (хиляль). Названия месяцев: (1) Мухаррам (محرّم); (2) Сафар (صفر); (3) Рабиу-ль-Авваль (ربيع الاول); (4) Рабиу-ль-Ахир (ربيع الاخر); (5) Джумада-ль-Уля (جمادى الاولى); (6) Джумада-ль-Ухра (جمادى الاخرى); (7) Раджаб (رجب); (8) Шаабан (شعبان); (9) Рамазан (رمضان); (10) Шавваль (شوّال); (11) Зу-ль-Каада (ذو القعدة); (12) Зу-ль-Хиджа (ذو الحجة).

Четыре из этих месяцев считаются священными, а именно: Мухаррам, Раджаб, Зу-ль-Каада и Зу-ль-Хиджа, и согласно учению Корана (Сура ix. 36), мусульманам не дозволено сражаться в течение этих месяцев, за исключением случаев, когда они нападают на тех, «кто приобщает к Богу других богов, подобно тому как они нападают на вас все вместе».

Названия месяцев, по-видимому, были даны в то время, когда действовал високосный год, хотя мусульманские авторы предполагают, что названия были просто даны месяцам в том виде, в каком они существовали в то время, когда их так называли. Для обсуждения формирования мусульманского года читателю следует обратиться к соответствующей статье. [ГОД].

(1) Мухаррам — первый месяц мусульманского календаря, и так он называется потому, что как в языческую эпоху, так и во времена Мухаммада считалось незаконным (харам) вести войну в этот месяц. Он считается весьма благоприятным месяцем, и, как передают, Мухаммад сказал: «Тот, кто будет поститься в четверг, пятницу и субботу этого месяца, будет удален от адского огня на расстояние семисотлетнего пути; и тот, кто проведет в бодрствовании первую ночь этого месяца, получит прощение всех грехов прошлого года; а тот, кто будет поститься весь первый день, будет огражден от греха на следующие два года» («Ханису-ль-Ваизин», стр. 154). Первые десять дней этого месяца соблюдаются в память о мученической смерти аль-Хусейна, а десятый день — это пост Ашура.

(2) Сафар, второй месяц, как полагают, происходит от слова сафир («пустой»), либо потому, что в этот месяц арабы отправлялись на войну и оставляли свои дома пустыми, либо, по словам Рубеха, потому, что они оставляли тех, на кого нападали, опустошенными. По мнению некоторых авторов, он был так назван от суфар («желтизна»), потому что, когда его впервые так назвали, была осень, когда листья приобретали желтоватый оттенок. (См. «Арабский словарь» Лейна; «Гиясу-ль-Лугат».) Он считается самым неудачным и неблагоприятным месяцем во всем году, ибо, как говорят, именно в этот месяц Адам был изгнан из Эдема. (См. «Ханису-ль-Ваизин».) Именно в этот месяц Пророк заболел, но его частичное выздоровление произошло в последнюю среду.

(3) Рабиу-ль-Авваль и (4) Рабиу-ль-Ахир, первый и второй весенние месяцы, как говорят, были так названы, когда календарь был впервые сформирован и когда эти месяцы приходились на весну. Мухаммад скончался на 12-й день месяца Рабиу-ль-Авваль.

(5) Джумада-ль-Уля и (6) Джумада-ль-Ухра — пятый и шестой месяцы, относительно происхождения названия которых ведутся дискуссии. Г-н Лейн в своем словаре говорит, что два месяца, к которым применяется название джамада («замерзание»), так называются потому, что, когда они получили это название, они приходились на сезон замерзания воды; но это производное, по-видимому, было придумано, когда два месяца, названные таким образом, сместились на зиму или за ее пределы, ибо когда они получили это наименование, первый из них явно начинался в марте, а последний заканчивался в мае. Поэтому я придерживаюсь мнения М. Коссена де Персеваля, что они были так названы, потому что приходились на период, когда земля становилась сухой и твердой из-за недостатка дождей, так как джамад — это эпитет, применяемый к земле, на которую не выпадал дождь, что подтверждается очевидным происхождением названий других месяцев. (См. «Арабский словарь» Лейна, in loco.)

(7) Раджаб, «почитаемый» месяц, так назван из-за уважения, которым этот месяц пользовался во времена Джахилии, поскольку в этот месяц война не разрешалась. Передают, что Пророк сказал, что месяц Раджаб подобен белоснежному источнику, текущему с самих небес, и что тот, кто постится в этот месяц, будет пить из вод жизни. Он называется Раджаб-и-Музар, потому что племя Музар высоко ценило его. У религиозных мусульман принято проводить первую пятничную ночь (т. е. нашу ночь на четверг) этого месяца в молитве.

(8) Шаабан, месяц разделения (называемый также Шахру-н-Наби, «месяц Пророка»), так называется потому, что древние арабы имели обыкновение разделяться или рассеиваться в этот месяц в поисках воды (ибо когда месяцы регулировались солнечным годом, этот месяц соответствовал частично июню, а частично июлю), или, как говорят некоторые, для грабительских набегов. На пятнадцатый день этого месяца приходится Шаб-и-Барат, или «Ночь записи», в которую, как говорят, Бог ежегодно регистрирует все действия человечества, которые они должны совершить в течение года, и в которую Мухаммад заповедал своим последователям бодрствовать всю ночь и совершать сто ракятов молитв. [ШАБ-И-БАРАТ].

(9) Рамазан, девятый месяц мусульманского года, соблюдается как месяц строгого поста. Слово происходит от рамз («жечь»), потому что, как говорят, когда месяц был впервые назван, он приходился на жаркий сезон; или потому, что пост этого месяца призван сжечь грехи людей. (См. «Гиясу-ль-Лугат».) Достоинства этого месяца высоко превозносятся Мухаммадом, который сказал, что в течение этого месяца врата Рая открыты, а врата Ада закрыты. («Мишкат», книга vii, гл. i, разд. 1.) [РАМАЗАН].

(10) Шавваль, букв. «хвост», — десятый месяц лунного года, и, согласно арабским лексиконам (см. «Гиясу-ль-Лугат», «Камус» и др.), он так называется потому, что при первом наименовании он совпадал с сезоном, когда верблюдицы, будучи на седьмом или восьмом месяце беременности, поднимали хвосты; или потому, что это был месяц охоты. Арабы имели обыкновение говорить, что это неудачный месяц для заключения брачных контрактов, но Пророк проигнорировал эти суеверия и женился на Аише в этот месяц. Иду-ль-Фитр, или «Праздник разговения», приходится на первое число этого месяца.

(11) Зу-ль-Каада, или месяц перемирия, — одиннадцатый месяц, так названный древними арабами, потому что это был месяц, в который не велись военные действия и люди были заняты мирными делами.

(12) Зу-ль-Хиджа, месяц паломничества, — последний месяц мусульманского календаря. Это месяц, в который должно быть совершено паломничество в Мекку, поскольку посещение священного города в другое время никоим образом не обладает достоинствами паломничества. Хадж, или «паломничество», совершается седьмого, восьмого, девятого и десятого числа этого месяца. Иду-ль-Адха, или «Праздник жертвоприношения», проводится десятого числа. [ХАДЖ].

ИПОТЕКА. [ИДЖАРА].

ЛУНА. Арабское камар (قمر). Луна часто упоминается в Коране. Мухаммад трижды клянется ею (Суры lxxiv. 35; lxxxiv. 18; xci. 2), и говорится, что она была помещена на небесах для света (Суры x. 5; lxxi. 15), чтобы двигаться к своему назначенному пределу (Суры xxxv. 14; xxxi. 7), и что она будет затмена в День Суда (Сура lxxv. 8). LIV сура Корана, которая озаглавлена «Сурату-ль-Камар», начинается с упоминания о расколе луны, что является предметом споров. В ней говорится: «Час приблизился, и луна раскололась. Но если они видят знамение, они отворачиваются и говорят: магия продолжается».

Аль-Байдави относит это к чуду и говорит, что неверующие попросили Мухаммада о знамении, и луна предстала расколотой надвое. Но наиболее естественное объяснение этого отрывка заключается в том, что выражение относится к одному из знамений Воскресения.

Во время лунного затмения благочестивый мусульманин должен совершить молитву в два ракята.

МАВРЫ. Название, данное мусульманским завоевателям Испании из-за того, что они пришли из древней Мавритании, ныне известной как Марокканская империя. Слово Mauri, как предполагается, произошло от александрийского слова μαυροί — «черные». (См. «Словарь греческой и римской географии» Смита: Мавритания.)

МУСА (МОИСЕЙ). Арабское Муса (موسى). Евр. מֹשֶׁה. Согласно исламу, он является одним из шести великих пророков, основавших религиозные установления, и тем, кому был ниспослан Таврат. Его особый титул, или калима, — Калимулла, «Тот, кто беседовал с Богом». В Коране приводится подробный рассказ о его общении с фараоном и его делах с сынами Израилевыми, который мы берем из «Избранного» г-на Лейна вместе с примечаниями Джалалана, аль-Байдави и других комментаторов, выделенными курсивом. (Новое издание «Избранного» Лейна под ред. Стэнли Лейн-Пула, стр. 97.)

«Мы перескажем тебе историю Мусы и фараона с истиной для людей, которые веруют. Воистину, фараон возгордился на земле Египта и разделил его жителей на группы, чтобы они служили ему. Он ослабил один класс из них, а именно сынов Израилевых, забивая их сыновей и оставляя в живых их дочерей, потому что один из прорицателей сказал ему: "Среди сынов Израилевых родится ребенок, который станет причиной гибели твоего царства"; ибо он был одним из творящих нечестие. И Мы пожелали оказать милость тем, кто был сочтен слабым на земле, и сделать их образцами религии, и сделать их наследниками владений фараона, и утвердить их на земле Египта и в Сирии, и показать фараону, Хаману и их войскам то, чего они опасались от них. И Мы сказали через откровение матери Мусы, ребенка, упомянутого выше, о рождении которого никто не знал, кроме его сестры: "Корми его грудью; а когда убоишься за него, брось его в реку Нил и не бойся, что он утонет, и не скорби о разлуке с ним; ибо Мы вернем его тебе и сделаем его одним из посланников". И она кормила его три месяца, в течение которых он не плакал; а затем она убоялась за него, поэтому она положила его в ковчег, обитый изнутри и снабженный постелью для него, и она закрыла его и бросила в реку Нил ночью. И семья фараона нашла его в ковчеге на следующее утро после той ночи; они принесли его перед ним, и он был открыт, и Муса был взят из него, сосущий молоко из своего большого пальца: чтобы он стал для них в конечном счете врагом и бедствием; ибо фараон, Хаман (его визирь) и их войска были грешниками; поэтому они были наказаны его рукой. И жена фараона сказала, когда он и его слуги намеревались убить его: "Он — отрада глаз для меня и для тебя: не убивайте его: быть может, он будет полезен нам, или мы усыновим его". И они исполнили ее желание; и они не знали последствий».

«И сердце матери Мусы, когда она узнала, что его нашли, стало встревоженным; и она почти открыла, что он ее сын, если бы Мы не укрепили ее сердце терпением, чтобы она могла быть одной из верующих в Наше обещание. И она сказала его сестре Марьям (Марии): "Проследи за ним, чтобы ты узнала о его судьбе". И она наблюдала за ним издалека, в то время как они не знали, что она его сестра и что она наблюдает за ним. И Мы запретили ему груди, не давая ему брать грудь любой кормилицы, кроме его матери, до его возвращения к ней; поэтому его сестра сказала: "Не указать ли вам на людей из дома, которые будут кормить его для вас и которые будут верны ему?". И ее предложение было принято; поэтому она привела его мать, и он взял ее грудь: так она вернулась с ним в свой дом, как сказал Бог, — "И Мы вернули его его матери, чтобы ее глаз был радостным и чтобы она не скорбела, и чтобы она знала, что обещание Бога вернуть его ей было истинным: но большая часть их (то есть человечества) не знает этого". И не было заметно, что это его сестра, а это его мать; и он оставался с ней, пока она не отняла его от груди; и ее плата была выплачена ей, по динару за каждый день, который она брала, потому что это было богатство враждебного человека. Затем она принесла его фараону, и он воспитывался в его обители, как Бог рассказал о нем в Суре Поэтов (Сура xxvi. 17), где фараон сказал Мусе: "Разве мы не воспитали тебя среди нас ребенком, и разве ты не прожил среди нас тридцать лет своей жизни?"

«И когда он достиг возраста силы (тридцать лет или тридцать три) и стал совершеннолетним (сорок лет), Мы даровали ему мудрость и знание в религии, прежде чем он был послан как пророк; и так Мы вознаграждаем творящих добро. И он вошел в город фараона, который был Мунф [Мемфис], после того как он отсутствовал в нем некоторое время, в то время, когда его жители были беспечны, в час полуденного сна, и он нашел там двух людей, сражающихся; один из его партии (а именно израильтянин), а другой из его врагов, египтянин, который заставлял израильтянина носить дрова на кухню фараона без оплаты: и тот, кто был из его партии, умолял его помочь ему против того, кто был из его врагов. Поэтому Муса сказал последнему: "Отпусти его". И говорят, что он ответил Мусе: "Я намерен возложить бремя на тебя". И Муса ударил его кулаком и убил его. Но он не намеревался убивать его; и он похоронил его в песке. Он сказал: "Это от дел дьявола, который возбудил мой гнев; ибо он враг сыну Адама, явный сбивающий с пути его". Он сказал в раскаянии: "О мой Господь, воистину я поступил несправедливо по отношению к своей собственной душе, убив его; поэтому прости меня". И Он простил его: ибо Он — Прощающий, Милосердный. — Он сказал: "О мой Господь, милостями, которыми Ты одарил меня, защити меня, и я никоим образом не буду помощником грешников после этого". И на следующее утро он был в страхе в городе, наблюдая за тем, что может случиться с ним из-за убитого человека; и вот, тот, кто просил его о помощи накануне, взывал к нему о помощи против другого египтянина. Муса сказал ему: "Воистину, ты — человек, явно заблуждающийся из-за того, что ты сделал вчера и сегодня". Но когда он собирался применить силу к тому, кто был врагом им обоим (а именно Мусе и тому, кто просил его о помощи), последний сказал, воображая, что он применит силу к нему из-за того, что он сказал ему: "О Муса, желаешь ли ты убить меня, как ты убил душу вчера? Ты не желаешь ничего, кроме как быть угнетателем на земле, и ты не желаешь быть [одним] из примирителей". И египтянин услышал это: поэтому он узнал, что убийцей был Муса; поэтому он отправился к фараону и сообщил ему об этом, и фараон приказал палачам убить Мусу, и они принялись искать его. Но человек, который был верующим из семьи фараона, пришел с самого края города, бежав путем, который был ближе, чем путь, по которому они пришли: он сказал: "О Муса, воистину вожди народа фараона советуются относительно тебя, чтобы убить тебя; поэтому выйди из города: воистину я для тебя один из увещевателей". И он вышел из него в страхе, наблюдая в страхе перед преследователем или ради помощи Бога. Он сказал: "О мой Господь, избавь меня от несправедливых людей фараона!"

«И когда он направлялся в Мадьян, который был городом Шуайба, в восьми днях пути от Мисра (названного в честь Мадьяна, сына Ибрахима), и он не знал пути к нему, он сказал: "Быть может, мой Господь направит меня на правильный путь или на средний путь". И Бог послал к нему ангела, имевшего в руке короткое копье; и он пошел с ним туда. И когда он пришел к воде (или колодцу) Мадьяна, он нашел у него группу людей, поивших своих животных; и он нашел рядом с ними двух женщин, отгонявших своих овец от воды. Он сказал им (а именно двум женщинам): "Что с вами, что вы не поите?". Они ответили: "Мы не будем поить, пока пастухи не отгонят своих животных; и наш отец — очень старый человек, который не может поить овец". И он напоил для них из другого колодца рядом с ними, из которого он поднял камень, который никто не мог поднять, кроме десяти человек. Затем он удалился в тень египетского терновника из-за сильного зноя солнца: и он был голоден, и он сказал: "О мой Господь, воистину я нуждаюсь в благе, которое Ты ниспошлешь мне". И две женщины вернулись к своему отцу быстрее, чем обычно: поэтому он спросил их о причине этого; и они сообщили ему о человеке, который напоил для них; после чего он сказал одной из них: "Позови его ко мне".

«И одна из них пришла к нему, идя застенчиво, с рукавом своей рубахи на лице из-за ее смущения перед ним: она сказала: "Мой отец зовет тебя, чтобы он мог вознаградить тебя наградой за то, что ты напоил для нас". И он согласился на ее призыв, не желая в душе получать награду: но кажется, что она намеревалась предложить компенсацию, если он был из тех, кто желал ее. И она шла перед ним; и ветер раздул ее одежду, и ее ноги были обнажены: поэтому он сказал ей: "Иди позади меня и направляй меня в пути". И она сделала так, пока не пришла к своему отцу, который был Шуайб, мир ему! и с ним был приготовлен ужин. Он сказал ему: "Садись и ужинай". Но он ответил: "Я боюсь, как бы это не было компенсацией за то, что я напоил для них, а мы — семья, которая не ищет компенсации за совершение добра". Он сказал: "Нет, это мой обычай и был обычаем моих отцов — принимать гостя и давать пищу". И он поел; и ознакомил его со своим делом. И когда он пришел к нему и рассказал ему историю о том, как он убил египтянина, и об их намерении убить его, и о его страхе перед фараоном, он ответил: "Не бойся: ты спасся от несправедливых людей". (Ибо фараон не имел власти над Мадьяном.) Одна из них [а именно из женщин] сказала (и она была той, которую послали): "О мой отец, найми его пасти наших овец вместо нас; ибо лучший, кого ты можешь нанять, — это сильный, заслуживающий доверия". Поэтому он спросил ее о нем, и она ознакомила его с тем, что было рассказано выше, о его поднятии камня колодца и о его словах ей: "Иди позади меня"; — и, кроме того, что когда она пришла к нему и он узнал о ее присутствии, он опустил голову и не поднимал ее. Поэтому он сказал: "Воистину я желаю выдать за тебя замуж одну из этих двух моих дочерей при условии, что ты будешь наемным работником у меня, чтобы пасти моих овец, восемь лет; и если ты выполнишь десять лет, то это будет по твоей собственной воле; и я не желаю возлагать на тебя трудность, налагая в качестве условия десять лет: ты найдешь меня, если Бог пожелает, одним из справедливых, которые верны своим заветам". Он ответил: "Это будет завет между мной и тобой; какой бы из двух сроков я ни выполнил, не будет несправедливости против меня, требуя добавки к нему; и Бог — свидетель того, что мы говорим". И брачный контракт был заключен в соответствии с этим; и Шуайб приказал своей дочери дать Мусе посох, чтобы отгонять диких зверей от его овец: и посохи пророков были в его владении; и посох Адама, из райского мирта, попал ей в руку; и Муса взял его с ведома Шуайба. (Сура xxviii. 21–28.)

«Была ли рассказана тебе история Мусы? Когда он увидел огонь во время своего путешествия из Мадьяна на пути в Египет и сказал своей семье, или своей жене: "Оставайтесь здесь; ибо я увидел огонь: быть может, я принесу вам головню из него или найду у огня проводника, чтобы направить меня в пути". Ибо он сбился с пути из-за темноты ночи. И когда он подошел к нему (а это был терновый куст), его позвал голос, говорящий: "О Муса, воистину Я — твой Господь; поэтому сними свою обувь; ибо ты в священной долине Тува. И Я избрал тебя из своего народа; поэтому внимательно слушай то, что открывается тебе Мною. Воистину Я — Бог: нет Божества, кроме Меня; поэтому поклоняйся Мне и совершай молитву в память обо Мне. Воистину Час приближается: Я проявлю его человечеству, и его близость проявится им через его знамения, чтобы каждая душа могла получить воздаяние в нем за свои добрые и злые дела: поэтому пусть не помешает тебе верить в него тот, кто не верит в него и следует своей похоти, чтобы ты не погиб. И что это в твоей правой руке, о Муса?" — Он ответил: "Это мой посох, на который я опираюсь и которым я сбиваю листья для своих овец, чтобы они могли есть их; и у меня есть другие применения для него, такие как переноска провизии и бурдюка с водой, и отгон рептилий". Он сказал: "Брось его, о Муса". И он бросил его; и вот, это была змея, бегущая вперед. Бог сказал: "Возьми его и не бойся его: Мы вернем его в прежнее состояние". И он просунул руку в его пасть; после чего он снова стал посохом. И Бог сказал: "И приложи свою правую руку к своей левой подмышке и вынь ее: она выйдет белой, без изъяна (то есть без проказы; сияющей, как лучи солнца, ослепляющей взор), как другое знамение, чтобы Мы могли показать тебе величайшее из Наших знамений твоей апостольской миссии". (И когда он пожелал вернуть свою руку в прежнее состояние, он приложил ее, как описано выше, и вынул ее.) Иди как посланник к фараону и тем, кто с ним; ибо он поступил с чрезмерным нечестием, присвоив себе божественность. — Муса сказал: "О мой Господь, расширь мою грудь, чтобы она могла нести послание, и облегчи мое дело для меня, и развяжи узел моего языка (это произошло из-за того, что он обжегся во рту горячим углем, когда был ребенком), чтобы они могли понять мою речь, когда я доставлю послание. И назначь мне визиря из моей семьи, а именно Харуна, моего брата. Укрепи мою спину им и сделай его соратником в моем деле, чтобы мы могли прославлять Тебя много и поминать Тебя много; ибо Ты знаешь нас".

«Бог ответил: "Ты получил свою просьбу, о Муса, и Мы были милостивы к тебе в другой раз: поскольку Мы открыли твоей матери то, что было открыто, когда она родила тебя и боялась, что фараон убьет тебя среди других, которые родились, говоря: "Брось его в ковчег, а затем брось его, в ковчеге, в реку Нил, и река выбросит его на берег; тогда враг Мой и враг его (а именно фараон) возьмет его". И Я даровал тебе, после того как он взял тебя, любовь от Меня, чтобы ты был любим людьми, так что фараон и все, кто видел тебя, любили тебя; и чтобы ты воспитывался на Моих глазах. Также поскольку твоя сестра Марьям пошла, чтобы узнать, что стало с тобой, после того как они привели кормилиц и ты отказался брать грудь любой из них (после чего ее предложение было принято, и она привела его мать): так Мы вернули тебя твоей матери, чтобы ее глаз стал радостным и чтобы она не скорбела. И ты убил душу, а именно копта в Египте, и сожалел о его убийстве из-за фараона, и Мы избавили тебя от печали; и Мы испытали тебя другим испытанием и избавили тебя от него. И ты пробыл десять лет среди людей Мадьяна, после того как ты пришел туда из Египта, в обители пророка Шуайба, и он выдал тебя замуж за свою дочь. Затем ты пришел согласно Моему указу, относительно времени твоей миссии, когда ты достиг возраста сорока лет, о Муса; и Я избрал тебя для Себя. Иди ты и твой брат к людям с Моими девятью знамениями и не переставайте поминать Меня. Идите к фараону; ибо он поступил с чрезмерным нечестием, присвоив себе божественность, и говорите с ним мягкой речью, увещевая его отказаться от этого поведения: быть может, он задумается или убоится Бога и покается". (Надежда в отношении двух [результат выражен] из-за знания Бога о том, что он не покается.) — Они ответили: "О наш Господь, воистину мы боимся, что он может быть поспешно жестоким к нам, спеша наказать нас, или что он может поступить с чрезмерной несправедливостью по отношению к нам". Он сказал: "Не бойтесь; ибо Я с вами: Я буду слышать и буду видеть. Поэтому идите к нему и скажите: "Воистину мы — посланники твоего Господа: поэтому отправь с нами сынов Израилевых в Сирию и не мучай их, но перестань использовать их в своих трудных работах, таких как копание, строительство и переноска тяжелого бремени". Мы пришли к тебе со знамением от твоего Господа, подтверждающим нашу правдивость в утверждении себя посланниками: и мир тому, кто следует правильному руководству: — то есть он будет в безопасности от наказания. Воистину нам было открыто, что наказание [будет наложено] на того, кто обвиняет во лжи то, с чем мы пришли, и отворачивается от него". (Сура xx. 8–50.)

«Затем Мы послали после них, а именно посланников, упомянутых ранее [которые были Шуайб и его предшественники], Мусу с Нашими знамениями к фараону и его знати, и они поступили несправедливо по отношению к ним, не веря в знамения: но посмотри, каков был конец творящих нечестие. И Муса сказал: "О фараон, воистину я — посланник от Господа миров к тебе". Но он обвинил его во лжи: поэтому он сказал: "Я прав, не говоря о Боге ничего, кроме истины. Я пришел к вам с доказательством от вашего Господа: поэтому отправь со мной в Сирию сынов Израилевых". — Фараон сказал ему: "Если ты пришел со знамением, подтверждающим твое притязание, предъяви его, если ты из тех, кто говорит истину". И он бросил свой посох; и вот, это была явная змея. И он вынул свою руку из-за пазухи; и вот, она была белой и сияющей для зрителей. Знать народа фараона сказала: "Воистину это знающий колдун: он желает изгнать вас из вашей земли. Что же вы прикажете?". — Они ответили: "Отложите на время его и его брата и пошлите в города сборщиков [жителей], чтобы они привели к тебе каждого знающего колдуна". И колдуны пришли к фараону. Они сказали: "Будет ли у нас награда, если мы окажемся стороной, которая победит?". Он ответил: "Да; и воистину вы будете из тех, кто допущен близко к моей особе". Они сказали: "О Муса, либо ты брось свой посох, либо мы бросим то, что у нас с собой". Он ответил: "Бросайте". И когда они бросили свои веревки и свои посохи, они очаровали глаза людей, отвлекая их от истинного восприятия их; и они устрашили их; ибо они вообразили их бегущими змеями; и они совершили великое колдовство. И Мы сказали через откровение Мусе: [говоря,] "Брось свой посох". И вот, он проглотил то, что они заставили казаться измененным. Так истина была подтверждена, и то, что они совершили, стало тщетным; и они были побеждены там и были сделаны презренными. И колдуны пали ниц: они сказали: "Мы веруем в Господа миров, Господа Мусы и Харуна". Фараон сказал: "Уверовали ли вы в Него до того, как я дал вам разрешение? Воистину это заговор, который вы устроили в городе, чтобы вы могли заставить его жителей выйти из него. Но вы узнаете, что случится с вами от моей руки. Я непременно отсеку ваши руки и ваши ноги на противоположных сторонах — правую руку каждого и его левую ногу: затем я распну вас всех". — Они ответили: "Воистину к нашему Господу мы вернемся после нашей смерти, какой бы она ни была; и ты мстишь нам только потому, что мы уверовали в знамения нашего Господа, когда они пришли к нам. О наш Господь, излей на нас терпение и упокой нас мусульманами!" (Сура vii. 101–123).

«И фараон сказал: "Оставьте меня, чтобы я мог убить Мусу (ибо они отговорили его от убийства его), и пусть он взывает к своему Господу, чтобы защитить его от меня". Воистину я боюсь, как бы он не изменил вашу религию и не помешал вам поклоняться мне, или чтобы он не вызвал нечестие на земле (то есть убийства и другие преступления). — И Муса сказал своему народу, услышав это: "Воистину я ищу защиты у моего Господа и вашего Господа от каждого горделивого человека, который не верит в день отчета". И человек, который был верующим из семьи фараона (говорят, что он был сыном его дяди по отцу), который скрывал свою веру, сказал: "Убьете ли вы человека за то, что он говорит: "Мой Господь — Бог", — когда он пришел к вам с явными доказательствами от вашего Господа? И если он лжец, то на нем [будет] злое последствие его лжи; но если он говорит истину, то нечто из того наказания, которым он угрожал вам, постигнет вас быстро. Воистину Бог не направляет того, кто является преступившим, или многобожником, [и] лжецом. О мой народ, сегодня у вас власть, будучи победителями на земле Египта; но кто защитит нас от наказания Бога, если вы убьете Его любимых слуг, если оно придет к нам?". — Фараон сказал: "Я не посоветую вам делать [ничего], кроме того, что я считаю целесообразным, а именно убить Мусу; и я не направлю вас никуда, кроме как на правильный путь". И тот, кто уверовал, сказал: "О мой народ, воистину я боюсь для вас подобного дню союзников, подобного положению народа Нуха, Ада, Самуда и тех, кто жил после них: и Бог не желает несправедливости Своим слугам. И, о мой народ, воистину я боюсь для вас дня призыва (то есть дня воскресения, когда люди Рая и те, кто в Аду, будут часто взывать друг к другу). В день, когда вы повернете назад от места отчета к аду, у вас не будет защитника против Бога. И тот, кого Бог заставит заблудиться, не будет иметь наставника. Более того, Юсуф (который был Юсуфом, сыном Якуба, согласно одному мнению, и который жил до времени Мусы; и Юсуф, сын Ибрахима, сына Юсуфа, сына Якуба, согласно другому мнению) пришел к вам до Мусы с явными чудесными доказательствами; но вы не переставали сомневаться относительно того, с чем он пришел к вам, пока, когда он умер, вы не сказали без доказательств: "Бог никоим образом не пошлет посланника после него". Так Бог заставляет заблудиться того, кто является преступившим, или многобожником, [и] скептиком. Те, кто спорит относительно знамений Бога, без того, чтобы к ним пришло какое-либо убедительное доказательство, их спор очень ненавистен Богу и тем, кто уверовал. Так Бог запечатывает каждое сердце (или все сердце) горделивого упрямого человека".

«И фараон сказал: "О Хаман, построй для меня башню, чтобы я мог достичь путей, путей небес, и взойти к Богу Мусы; но воистину я считаю его, а именно Мусу, лжецом в его утверждении, что у него есть какой-либо бог, кроме меня". И так злодеяние его дела было представлено фараону как благовидное, и он был отвращен от пути праведности; и хитрость фараона [закончилась] не иначе как потерей. И тот, кто уверовал, сказал: "О мой народ, следуйте за мной: я направлю вас на правильный путь. О мой народ, эта настоящая жизнь — лишь временное наслаждение; но мир грядущий — это обитель прочного пребывания. Тот, кто совершает зло, не получит воздаяния, кроме как подобным ему; и тот, кто совершает добро, будь то мужчина или женщина, и является верующим, они войдут в Рай; они будут обеспечены там без счета. И, о мой народ, как это так, что я приглашаю вас к спасению, а вы приглашаете меня к Огню? Вы приглашаете меня отрицать Бога и приобщать к Нему то, о чем у меня нет знания; но я приглашаю вас к Могущественному, Очень Прощающему. [Нет] сомнения, что ложные боги, к поклонению которым вы приглашаете меня, не должны быть призываемы в этом мире, ни в мире грядущем, и что наше возвращение [будет] к Богу, и что преступившие будут обитателями Огня. И вы вспомните, когда увидите наказание, то, что я говорю вам; и я вверяю свое дело Богу; ибо Бог видит Своих слуг". — Это он сказал, когда они угрожали ему за противодействие их религии. Поэтому Бог сохранил его от зол, которые они коварно замыслили (а именно убийства), и самое злое наказание охватило народ фараона, вместе с самим фараоном (а именно утопление); затем они будут подвергаться воздействию Огня утром и вечером; и в день, когда наступит час [суда], будет сказано ангелам: "Введите народ фараона в самое суровое наказание". (Сура xl. 27–49.)

«И знать народа фараона сказала ему: "Позволишь ли ты Мусе и его народу уйти, чтобы они могли творить нечестие на земле, приглашая к неповиновению тебе, и оставить тебя и твоих богов? (Ибо он сделал для них маленьких идолов, чтобы они поклонялись им, и он сказал: "Я — ваш Господь и их Господь; — и поэтому он сказал: "Я — ваш Господь Всевышний"). Он ответил: "Мы будем забивать их сыновей и позволим их дочерям жить: и воистину мы одолеем их". И так они поступили с ними; поэтому сыны Израилевы жаловались, и Муса сказал своему народу: "Ищите помощи у Бога и будьте терпеливы; ибо земля принадлежит Богу: Он дает наследовать ее тому, кому пожелает из Своих слуг; и процветающий конец — для тех, кто боится Бога". Они ответили: "Мы были мучимы до того, как ты пришел к нам, и с тех пор, как ты пришел к нам". Он сказал: "Быть может, ваш Господь уничтожит вашего врага и заставит вас сменить [его] на земле, и Он увидит, как вы будете поступать там". — И Мы наказали семью фараона засухой и нехваткой плодов, чтобы они могли быть увещеваемы и могли уверовать. Но когда добро приходило к ним, они говорили: "Это наше: — то есть мы заслуживаем этого; — и они не были благодарны за это; и если зло постигало их, они приписывали это невезению Мусы и тех верующих, которые были с ними. Нет, их невезение было только у Бога, Он навел его на них: но большая часть их не знает этого. И они сказали Мусе: "Какое бы знамение ты ни принес нам, чтобы околдовать нас им, мы не поверим в тебя". Поэтому он произнес проклятие на них, и Мы послали на них потоп, который вошел в их дома и достиг горла сидящих людей, семь дней, и саранчу, которая съела их зерно и их плоды, и куммаль, или личинок, или вид клеща, который искал то, что оставила саранча, и лягушек, которые наполнили их дома и их пищу, и кровь в их водах; явные знамения: но они были горды, отказываясь верить в них, и были нечестивым народом. И когда наказание пало на них, они сказали: "О Муса, взови для нас к своему Господу, согласно тому, что Он завещал тебе, а именно, что Он отведет от нас наказание, если мы уверуем: воистину, если ты удалишь от нас наказание, мы непременно поверим тебе и мы непременно отправим с тобой сынов Израилевых". Но когда Мы удалили от них наказание до периода, к которому они должны были прийти, вот, они нарушили свое обещание. Поэтому Мы отомстили им и утопили их в море, потому что они обвинили наши знамения во лжи и были беспечны к ним. И Мы заставили людей, которые были ослаблены, будучи порабощенными, наследовать восточные части земли и ее западные части, которые Мы благословили водой и деревьями (а именно Сирию); и милостивое слово твоего Господа исполнилось на сынах Израилевых, потому что они были терпеливы; и Мы разрушили сооружения, которые фараон и его народ построили, и то, что они воздвигли". (Сура vii. 124–133.)

«Мы переправили сынов Исраила через море, а Фараон и его войско преследовали их по злобе и вражде, пока, когда его настигло потопление, он не сказал: “Я уверовал в то, что нет божества, кроме Того, в Кого уверовали сыны Исраила, и я — один из мусульман”. Но Джабраил вложил ему в рот немного морской тины, чтобы не была дарована ему милость, и сказал: “Теперь ты уверовал, а ведь до этого ты был непокорным и был [одним] из нечестивцев. Но сегодня Мы спасем тебя с твоим безжизненным телом из моря, чтобы ты стал знамением для тех, кто будет после тебя”. (Передается со слов Ибн Аббаса, что некоторые из сынов Исраила сомневались в его смерти, поэтому он был явлен им, чтобы они могли увидеть его.) Но, поистине, многие люди беспечны к Нашим знамениям». (Сура x. 90–92.)