«Остроты и причуды: квинтэссенция странного, причудливого, курьезного и достойного цитирования»

Мы сидели в артистической уборной однажды вечером во время представления, болтая и смеясь, у нее [миссис Несбитт] в руке была книга, которую она должна была взять с собой на сцену в следующей сцене, когда Бриндол, полезный член труппы, но не особенно примечательный остроумием или юмором, подошел к двери и, прислонившись к ней, сентиментально протянул —

«Если на ее долю выпадают некоторые женские ошибки, Посмотри ей в лицо...»

Он сделал паузу. Она подняла на него свои прекрасные глаза и сознательно улыбнулась — своей улыбкой — в ожидании известного комплиментарного завершения двустишия, когда он с глубоким вздохом добавил —

«...и ты поверишь им всем!»

Дж. Р. Планше, «Воспоминания».

ДЕВУШКИ.

Возможно, о любовники, если бы мы делали прическу А-ля Медея, и если бы наши одежды были Драпированы классически, мы казались бы более прекрасными.

ЮНОШИ.

Делая это, вы бы нас не одурачили; Медея! от этой идеи у нас кровь стынет; К тому же, классики нам хватило в школе.

«Once a Week».

Окружите меня, я приказываю вам объявить, Все добрые молодцы, чьи бороды седы, Не стала ли прекраснейшая из прекрасных Обычной и утомительной, прежде чем Прошел хоть месяц? Самые красные губы, которые когда-либо целовались, Самые яркие глаза, которые когда-либо сияли, Могут молить и шептать, а мы не слушаем, Или отвести взгляд, и никогда не быть замеченными, Прежде чем пройдет месяц.

У. М. Теккерей.

Было известно, что лорд Сент-Джером давал на своих бальных ужинах то же шампанское, что и на обедах, и оно было высшего класса: короче говоря, патриот. Мы говорим с изумленным проклятием о великих отравителях прошлых веков, Борджиа, изобретателе Аква тофана и любезной маркизе де Бренвилье; но Пинто был того мнения, что в наши дни социальных отравителей больше, чем в самые темные и деморализованные периоды, и при этом никто из них не наказан; что так странно, добавил бы он, поскольку их всех разоблачают.

Лорд Биконсфилд, «Лотар».

Напугано, конечно, мое сердце: — но не покорен Мой, и будет, аппетит к еде.

Ч. С. Калверли, «Стихи и переводы».

Хейл выучил и забыл начало речи, которая начиналась со слова «Необходимость». Это слово он повторил трижды, когда сэр Роберт Пил прервал его: «...не всегда мать изобретения».

Абрахам Хейворд, «Эссе».

О МИСТЕРЕ ФРУДЕ И КАНОНИКЕ КИНГСЛИ.

Фруд сообщает шотландской молодежи, Что пасторы мало заботятся об истине; Преподобный каноник Кингсли кричит, Что История — это куча лжи. Какая причина для такого злобного суждения? Краткое размышление решает загадку: Фруд считает Кингсли божественным, А Кингсли идет к Фруду за историей.

Аноним.

Обедал с Сиднеем Смитом. Он сказал, что его брат Роберт во времена короля Георга III перевел девиз «Libertas sub rege pio» как «Благочестивый король получил свободу под собой».

Р. Х. Бархэм, «Жизнь».

Помещик: Он всего лишь гений. Главис: Кто? Помещик: Гений! — человек, который может делать все в жизни, кроме чего-то полезного — вот это гений.

Лорд Литтон, «Леди из Лиона».

Первая любовь — это красивый роман, Но не наполовину такой сладкий, как считают; И когда просыпаешься от транса, Есть огромный запас блаженства во втором. И даже если второй угаснет, Любовник никогда не должен отчаиваться; Мир необычайно широк, А женщины необычайно прекрасны. Поэты могут рассказывать о своих восторгах, Те, кто никогда не был испытан; Первая любовь — это все очень хорошо, Но, поверьте мне, последняя любовь — лучшая.

Мистер Бернал.

«Ничего не имею против ее благочестия, дорогая; но я очень хорошо знаю, что не хотел бы, чтобы она готовила мне еду. Когда человек приходит голодный и усталый, благочестие его не накормит, я полагаю. Жесткая морковь будет лежать тяжелым грузом в его желудке, благочестие или нет. Правильно быть духовным — я не враг этому; но я люблю свою картошку рассыпчатой».

Миссис Линнет в романе Джордж Элиот «Покаяние Джанет».

Почему-то, сидя здесь уютно, Я думаю о солнечных летних часах, Когда эта как-ее-там щебечет ясно, И дуют бризы — так же, как и цветы.

«Once a Week».

Краткое изложение юриста будет кратким, прежде чем вольнодумец начнет мыслить свободно.

«Догадки об истине».

Сопоставление, в конце концов; и что такое сопоставление? Послушайте, мы едем по железной дороге, в карете или на пароходе, И, pour passer le temps, пока утомительное путешествие не закончится, Откладываем газету или книгу, чтобы поговорить с девушкой, которая рядом; И, pour passer le temps, когда конечная станция уже почти в поле зрения, Говорим о вечных узах и браках, заключенных на небесах.

Клод в романе Клафа «Amours de Voyage».

Мы измеряем превосходство других людей некоторым превосходством, которое мы считаем присущим нам самим.

Селден, «Застольная беседа».

О! пощадите те Сады, где лиственная поляна Побуждает к предложению, отложенному кокетству; Где слезы на веках, сдавленный голос, подавленные рыдания, Вырывают признание из сомневающейся груди; Откуда те, кто тщетно посещал балы и прогулки, Выходят победителями со стороны жениха.

Альфред Остин, «Сезон».

У них странные отели в Орегоне. Помню один, где мне дали мешок овса вместо подушки. У меня, конечно, были ночные кошмары.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

Человек, который хочет избежать Харибды, Должен сделать осторожное движение, Иначе он попадет в Сциллу — Что не было бы улучшением. Рыба, которая покинула сковородку, Почувствовав это желание, сэр, Мало что выиграла от смены плана, Барахтаясь в огне, сэр.

Лорд Нивз, «Песни и стихи».

Лесть, которая больше всего нравится действительно красивым или решительно некрасивым женщинам, — это та, которая обращена к интеллекту.

Лорд Честерфилд, «Письма к сыну».

Безумие Джонсона — будем откровенны — было диким желанием угостить Каждого дееспособного белого гражданина мужского пола, которого он встречал на улице; И их были тысячи — но зачем продолжать эту тему? Сегодня мы имеем дело с Перкинсом, а не с Джонсоном.

Брет Гарт, «Полное собрание сочинений».

Хорошие маленькие девочки не должны строить рожи своим учителям из-за каждого пустякового проступка. К такого рода возмездию следует прибегать только при особо отягчающих обстоятельствах.

Если у вас есть только тряпичная кукла, набитая опилками, в то время как у одной из ваших более удачливых маленьких подружек есть дорогая фарфоровая, вы все равно должны относиться к ней с проявлением доброты. И вы не должны пытаться совершить насильственный обмен с ней, если только ваша совесть не оправдывает вас в этом, и вы знаете, что способны это сделать.

Если ваша мать говорит вам сделать что-то, неправильно отвечать, что вы не будете. Лучше и приличнее дать понять, что вы сделаете так, как она велит, а затем впоследствии действовать спокойно в этом вопросе в соответствии с велениями вашего лучшего суждения.

Марк Твен, «Избранные произведения».

Мы считаем человечество и ведем нашу перепись, Мы считаем звезды, населяющие ночь; Но кто, со всеми своими вычислениями, может Правильно сосчитать нации?

Р. Х. Ньюэлл, «Бумаги Орфея К. Керра».

Думаю, это Джекилл имел обыкновение говорить, что «чем дальше он ехал на Запад, тем больше убеждался, что мудрецы действительно пришли с Востока».

Сидней Смит, «Жизнь и письма».

Что часто мешает нам предаться одному пороку, так это то, что у нас их несколько.

Ларошфуко, «Размышления».

Я заметил, что если тщеславие людей удовлетворено, они живут вместе достаточно хорошо. Оскорбленное тщеславие — великий разделитель.

Эллсмир в книге Хелпса «Друзья в совете».

ОБ ЭДИНБУРГЕ.

Помпезное хвастовство, и все же оно говорит правду: «Современные Афины» — подходят для современных греков.

Джеймс Хэнней, «Очерки и характеры».

Лорда Андовера, очень толстого человека, на благотворительном базаре сильно донимали, чтобы он купил какую-нибудь безделицу в женских лавках. Наконец он довольно грубо сказал: «Я как блудный сын, преследуемый дамами». — «Нет, нет, — парировала миссис —, — скажите лучше: откормленный теленок».

Б. Р. Хейдон, «Дневник».

Спокойная совесть делает человека таким безмятежным! Христиане сжигали друг друга, будучи вполне убеждены, Что все Апостолы поступили бы так же, как они.

Лорд Байрон, «Дон Жуан».

«Вы родились в законном браке?» — спросил адвокат свидетеля. — «Нет, сэр, в Девоншире», — был ответ.

Хорас Смит, «Оловянная труба».

Эвансон в своем «Диссонансе Евангелий» считает, что Лука наиболее достоин доверия. П. сказал, что Эвансон — теплохладный христианин.

Крабб Робинсон, «Дневник».

ПОКОНЧЕНО С НИМ.

Читая газету, Лора сидела, «Мама, что такое среднее время по Гринвичу?» — «Милая, это когда твой скупой папа Не хочет везти нас на Трафальгар».

Ширли Брукс, «Остроумие и юмор».

Я был однажды так же отчаянно влюблен, как вы сейчас. Я обожал и был отвергнут. «Вы влюблены в определенные атрибуты», — сказала леди. — «К черту ваши атрибуты, мадам, — сказал я, — я ничего не знаю об атрибутах». — «Сэр, — сказала она с достоинством, — вы пили». Так мы расстались. Позже она вышла замуж за другого, который, полагаю, что-то знал об атрибутах. Я видел ее однажды, и только однажды. У нее был ребенок в желтом платье. Ненавижу ребенка в желтом платье!

Беркли в романе Лонгфелло «Гиперион».

Человек обычно обладает хорошими или дурными качествами, которые он приписывает человечеству.

Шенстоун, «Эссе».

Как маленький крокодил Улучшает свой блестящий хвост, И льет воды Нила На каждую блестящую чешуйку! Как весело он, кажется, ухмыляется, Как аккуратно расправляет когти, И приветствует маленьких рыбок В своих нежно улыбающихся челюстях!

Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране чудес».

Кстати о котлетах, я однажды зашел к одной пожилой леди, которая так настойчиво просила меня остаться и пообедать с ней, что, поскольку у меня не было других дел, я не мог отказать. Когда мы сели, слуга открыл блюдо, в котором было две бараньи отбивные; и моя старая подруга сказала: «Мистер Хук, вы видите свой обед». — «Спасибо, мэм, — сказал я, — а где же ваш?»

Теодор Хук, apud Планше.

Во всех бедах наших друзей Мы сначала преследуем свои личные цели; В то время как природа, любезно стремясь облегчить нас, Указывает на некоторые обстоятельства, чтобы порадовать нас.

Свифт, «Стихи на собственную смерть».

Никто не дает ничего так щедро, как свои советы.

Ларошфуко, «Размышления».

РОМАН В ОРЕХОВОЙ СКОРЛУПКЕ.

ДЛЯ МИНИАТЮРНОГО МЬЮДИ.

ТОМ I.

Победная уловка, Солнечная улыбка, Перышко: Крошечный разговор, Приятная прогулка, Вместе!

ТОМ II.

Игривое надувание губ, Капризное: Веселая промашка, Украденный поцелуй, Восхитительно!!

ТОМ III.

Вы спрашиваете маму, Советуетесь с папой, С удовольствием: И оба раскаиваются В этом опрометчивом событии, На досуге!!!

Дж. Эшби Стерри, «Будуарные баллады».

Женщина утешает нас, это правда, пока мы молоды и красивы! Когда мы стары и уродливы, женщина нас попрекает и ругает.

Лорд Литтон, «Что он с этим сделает?»

Общество состоит из двух больших классов: тех, у кого больше обедов, чем аппетита, и тех, у кого больше аппетита, чем обедов.

Шамфор, «Максимы».

Вышла ли она замуж за какого-нибудь гигантского креветочника, Тот милый крошка, с которым я любил играть? Окружена ли она детьми, которые ноют и хнычут, То яркое существо, которое всегда было веселым? Да — у нее по крайней мере дюжина крошечных созданий! Да — я вижу, как она штопает вельветовые штаны, Драит полы и расставляет чайные принадлежности Для воющей орды голодных мальчишек.

Ч. С. Калверли, «Fly Leaves».

«Вы можете доложить своему правительству, что британская молодежь наших дней, только что из университета, очень часто является педантами». — «Непременно доложу, — сказал мистер Вог, — последнее слово, однако, мне не знакомо». — «Это старый английский термин для глубокого мыслителя», — ответил я.

Л. Олифант, «Пикадилли».

Женщина берет на себя инициативу во всех департаментах, оставляя нам только политику. Пока нас развлекают голосованием, женщина тихо берет все в свои руки.

Ч. Д. Уорнер, «Мое лето в саду».

Если бы это были только ветер и волна! Ужасы жаркого пояса, Неизбирательный циклон, Человек мог бы парировать; Но только вера, или «тройная медь», Может помочь «отплывающим» пройти Безопасно сквозь тот восточный класс, Который плывет, чтобы выйти замуж. Для него любящие матери, полные и красивые, Поднимаются по извилистой лестнице каюты Только для того, чтобы проводить вокруг его кресла Коварные сессии; Для него опускаются глаза дочерей Над тарелкой поданного супа, Намекая на места на корме, И мягкие признания.

Остин Добсон, «Виньетки в рифмах».

«Это плохое дело — всегда ставить мертвых выше живых. Было бы лучше, если бы люди ценили нас заранее, вместо того чтобы начинать, когда нас уже нет».

Миссис Пойзер в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

Авторесса «Дикой ирландской девушки», леди Морган, справедливо гордившаяся своей одаренной сестрой Оливией, имела привычку обращаться к каждому новоприбывшему со словами: «Я должна познакомить вас с моей Ливи». Однажды она использовала эту форму слов с джентльменом, который только что потерпел поражение в остроумном поединке с упомянутой леди. «Да, мэм, — был ответ, — мне довелось знать вашу Ливи, и я бы хотел, чтобы ваша Ливи была Тацитом».

Лорд Албемарл, «Пятьдесят лет моей жизни».

«Вставай с жаворонком и с жаворонком ложись», — Замечает какая-то торжественная, сентиментальная сова; Такие максимы очень дешево сказаны; Но прежде чем сделать себя дураком или птицей, Пожалуйста, просто поинтересуйся его подъемом и падением, И есть ли у жаворонков вообще кровать! «Время для честных людей быть в постели» — Это утром, если я рассуждаю правильно; И тот, кто не может удержать свою драгоценную голову На подушке, пока не станет совсем светло, И так насладиться своими сорока утренними минутами сна, Тот замышляет плутовство; или иначе — он пьет!

Джон Годфри Сакс, «Стихотворения».

ПОПУЛЯРНЫЙ ЧЕЛОВЕК. — Тот, кто настолько смело вульгарен, что робко вульгарные восхищаются им.

Энн Эванс, «Стихи и музыка».

Мы не можем наверняка сказать, Какое веселье может беспокоить нас в понедельник; Но, по крайней мере, чтобы начать неделю хорошо, Давайте все будем несчастны в воскресенье. Эти сады, их аллеи и зеленые беседки, Могли бы быть бесплатными для бедняка на один день; Но нет, радостные растения и веселые цветы Не должны цвести или пахнуть сладко в воскресенье. За границей мы запрещаем людям бродить Из страха, что они станут общительными или игривыми; Но, конечно, они могут сидеть дома И мрачно напиваться виски.

Лорд Нивз, «Песни и стихи».

Ненависть слабых не так опасна, как их дружба.

Вовенарг, «Размышления».

К Мэтью Арнольду мы должны идти, чтобы он поставил нас на правильный путь, сэр, Насчет его возвышающей схемы «сладости» и «света», сэр, Которую, как говорят некоторые люди, однажды ждет заметное превосходство, Хотя «Провидение» он разбавляет до «потока тенденции».

Ф. Д. в «Pall Mall Gazette».

Горничные используют больше масла для волос, чем любые шесть мужчин. Если их обвиняют в краже оного, они лгут об этом. Что им до загробной жизни? Абсолютно ничего.

Марк Твен, «Избранные произведения».

Когда сильно искушен украсть Твою «pietà» Марка Антуана, Честная добродетель предписывает честную игру, Честный Виртуоз!

Фредерик Локер, «Лондонские стихи».

Никто не может быть мудрым на пустой желудок.

Бартл Мэсси, в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

Все трагедии заканчиваются смертью, все комедии — браком; будущее и тех, и других отдано на откуп вере, ибо авторы боятся, что описание может принизить грядущие миры обоих или оказаться ниже их.

Лорд Байрон, «Дон Жуан».

Байи де Ферретт всегда носил кюлоты, треуголку и шпагу, тонкие очертания которой сильно напоминали его собственные ноги. «Скажите, мой дорогой Байи, — спросил его однажды Монтрон, — у вас три ноги или три шпаги?»

Гроноу, «Воспоминания».

Волосы мексиканки никогда не вьются — они прямые, как у индейца. У некоторых людей волосы не будут виться ни при каких обстоятельствах. Мои волосы не вьются дешевле чем за два шиллинга.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

Я читал поэтов нашей страны, что поют о красоте и любви, что бредят ямочками на руках и пишут нежные сонеты перчаткам. Но куда слаще поцелуя девы и куда прекраснее лучших перчаток Жувена — одна пинта с красной этикеткой, я полагаю, с хорошо известным клеймом Басса. И годы могут приходить, и годы могут уходить, и фортуна может меняться, как ей угодно, но пусть мой бертонский источник бьет ключом, в тени и на солнце, все так же ясно, и до тех пор, пока ночь жизни не сомкнется серыми сумерками, мое сердце всегда будет хранить самое дорогое — напиток, который я воспеваю сегодня: друг моего детства, пиво Басса!

Г. Сэвил Кларк.

Женщины гораздо больше похожи друг на друга, чем мужчины; по правде говоря, у них всего две страсти: тщеславие и любовь: это их универсальные характеристики.

Лорд Честерфилд, «Письма к сыну».

«В конце концов, разве женщины не необходимы для вашего счастья?» «Увы! — вздохнул Максимилиан, — это слишком верно. Но, к несчастью, у женщин есть лишь один способ сделать нас счастливыми, в то время как у них есть тридцать тысяч различных способов сделать нас несчастными».

Генрих Гейне, «Флорентийские ночи».

Я люблю вас! Да! Это кажется абсурдным, хотя я и старался это доказать; чернила черны, когда пишут это слово, но вы прочтете его с недоверием. Где был мой разум, некогда столь острый, чтобы мечтать о себе как о многообещающем поклоннике? Мне следовало быть куда проницательнее; я пришел к вам, вы же знаете, как наставник! Моя страсть вспыхнула мгновенно — (спонтанная любовь едва ли преступление!). Как быстро пролетели те ранние минуты! И, странно сказать, это было в вечерний час! Обезумев от любви, я написал записку и положил ее там, где она попалась бы вам на глаза; увы мне! Но когда я писал, я, конечно, думал, что поступаю правильно!

Роберт Рис, в «Комических поэтах».

Самое ужасное, что можно сказать о женщинах, — это характер мужчин, которые их хвалят.

Леди Эшбертон, apud лорд Хоутон.

Есть некий Томас Бокль, лондонский юноша, который учил, что мир был слеп, пока он не родился, чтобы провозгласить истину: материя — это слепок разума; но я никак не могу вообразить, как пшеница, рис и ячмень сделали Дика, Тома и Чарли такими опрятными и аккуратными без помощи Того, о Ком проповедовали и Платон, и Павел.

Дж. С. Блэки, «Musa Burschicosa».

Ответ Шеридана лорду Лодердейлу был превосходен, когда последний сказал, что повторит некое острое словцо, которое я ему упомянул: «Прошу вас, не надо, мой дорогой Лодердейл; шутка в ваших устах — дело нешуточное».

Томас Мур, «Дневник».

Знаете ли вы, почему кролики попадают в силки или почему полосатую кошку подстреливают на черепице? Почему тигры и львы выползают из своих логовищ? Почему страус путешествует на многие мили? Знаете ли вы, почему здравомыслящий человек хнычет и плачет, проливая слезы над лентой или перчаткой? Почему повар кладет в пирог сахар вместо соли? Знаете? Что ж, я скажу вам — это Любовь.

Флэппер, в «Билли Тейлоре» Г. П. Стивенса.

Помню, Карран однажды — в иске о нарушении обещания вступить в брак, где он был адвокатом ответчика, молодого священника, — так взывал к присяжным: «Джентльмены, умоляю вас, не губите этого молодого человека мстительным вердиктом, ибо, хотя у него есть таланты и он в церкви, он может пойти на повышение!»

Филлипс, «Жизнь Каррана».

Бывают женщины женственные, а бывают женщины мужеподобные.

Чарльз Бакстон, «Заметки о мышлении».

Собственные милые лица не милее в Эттрике, чем на Портман-сквер, а глупые волокиты столь же глупы в Шервуде, как и на Пикадилли.

У. М. Прэд.

Я слышал в Оксфорде анекдот о стороже, который встретил во время обхода двух студентов, бывших без мантий, или вне территории, или в неурочное время. Он окликнул одного: «Ваше имя и колледж?» Они были названы. Повернувшись к другому: «А скажите, сэр, как бы вас звали?» «Юлий Цезарь», — последовал ответ. «Что, сэр, вы хотите сказать, что вас зовут Юлий Цезарь?» «Сэр, вы не спрашивали меня, как меня зовут, а как бы меня могли звать».

У. Г. Харрисон, «Воспоминания».

Я всегда узнаю рассеянного человека по его помятому зонтику.

Леди Матильда, в «Дамах в парламенте» Г. О. Тревельяна.

Говоря о неразборчивом почерке доктора [Парра], «Да, — сказал [Бэзил Монтегю], — его письма неразборчивы, если только они не содержат поручение или объявление о том, что он едет навестить вас, и тогда никто не может писать яснее».

Мисс Митфорд, «Жизнь и письма».

Я никогда не нянчил милую газель; но мне подарили попугая — (как же я нянчил его, если он был нездоров!) Он слабоумный, но все еще жив. Он зеленый, с очаровательным хохолком; он растапливает меня своим маленьким черным глазом; он выглядел бы неподражаемо в чучеле, и он это знает — но он не хочет умирать!

Ч. С. Калверли, «Fly Leaves».

Какой-то реформатор требовал изгнания епископов из Палаты лордов, но сказал, что не хотел бы, чтобы они ушли все; он оставил бы двоих. «Чтобы сохранить породу, полагаю», — сказал Алванли.

Чарльз Гревилл, «Дневник».

Вы, женщины, относитесь к мужчинам так же, как покупаете книги — вас никогда не заботит, что внутри, а только то, как они переплетены и озаглавлены.

Дамас, в «Леди из Лиона» лорда Литтона.

ЭПИТАФИЯ ЛОРДУ Л——.

Здесь лежит тело Л., от души отделенное: он когда-то был на дерне, а теперь под ним.

Скроуп Дэвис, apud Мур.

ПОДХОДЯЩАЯ НЕВЕСТА.

Мой друг адмирал Э. Э. вскоре после возвращения из плавания встретил на улицах —— старого знакомого, который после обычных приветствий сказал: «Мне говорили, адмирал, что вы женились». Адмирал, надеясь на комплимент, ответил: «Ну, бейли, я старею; я уже не так молод, как был, видите ли, и ни одна девушка не хочет меня». На что бейли с полным простодушием ответил: «Действительно, адмирал, я вас не сватаю к девице, но есть много прекрасных, уважаемых, поношенных женщин, которые были бы рады взять вас».

Фредерик Локер, «Лоскутное одеяло».

О ТВОРЧЕСТВЕ ОЗЕРНЫХ ПОЭТОВ.

Они пришли с Озер — подходящее место для стихов, разбавленных большим количеством воды.

Преподобный Генри Тауншенд.

И я прошептал: «Я угадал тот сладкий секрет, что ты хранишь, и то изящное горе, о котором ты с тоской плачешь; и вопрос в том: лицензия или оглашение? хотя, несомненно, оглашение дешевле». Затем я сжал ее белую руку и покрыл ее поцелуями. Но она сверкнула глазами и ахнула, и пробормотала: «К черту!» Или, по крайней мере, это было что-то вроде того, но шум омнибуса заглушил это.

Льюис Кэрролл, «Фантасмагория».

Именно леди Корк породила мысль, что, в конце концов, небеса, возможно, окажутся для нее очень скучными, когда она туда попадет; сидение на сырых облаках и пение «Боже, храни короля» были ее представлением о главных тамошних развлечениях.

Фанни Кембл, «Записки о девичестве».

О ЖЕНСКОЙ БОЛТЛИВОСТИ.

Как мудро Природа, управляя всем внизу, запретила бороде расти на женском подбородке! Ибо как бы она брилась, при всем умении, если бы ее язык никогда не позволял подбородку оставаться в покое?

Аноним.

Когда Теннисон вошел в Оксфордский театр, чтобы получить почетную степень доктора гражданского права, с локонами, свисающими на плечи в восхитительном беспорядке, растрепанный и непричесанный, из галереи раздался голос, кричащий ему: «Матушка не звала тебя пораньше, милый?»

Дж. К. Янг, «Дневник».

«Ха! Ха!» — говорит он, — «вы ненавидите свои пути, вы корчитесь от этих моих слов предостережения, в агонии вы воздеваете руки!» (И так они и делали, ибо они зевали.) «Хо! Хо!» — кричит он, — «вы склоняете головы — мое красноречие заставило вас плакать; в стыде вы сгибаетесь на груди!» (И так они и делали, ибо они спали.)

У. С. Гилберт, «Бэб-баллады».

Вы можете смело льстить любой женщине, от ее ума до изысканного вкуса ее веера.

Лорд Честерфилд, «Письма к сыну».

О ЖЕНСКИХ ДОСТОИНСТВАХ.

Наряды, танцы, прогулки — какая от них польза? Милая леди, скажите мне — умеете ли вы готовить пудинг?

Эпиграммы в двустишиях.

Лорд Брэксфилд во время виста воскликнул даме, с которой играл: «Что ты делаешь, проклятая старая ——?» а затем, спохватившись: «Прошу прощения, мадам; я принял вас за свою собственную жену».

Лорд Маколей, «Жизнь».

Когда жизнь была для нас без шипов, и, Брамбл-Райз, твои холмы были тогда подъемом без ежевики.

Фредерик Локер, «Лондонские стихи».

Джон Гамильтон Рейнольдс особенно отличался уместностью своих цитат. Застав его однажды за обедом в «Гаррике», я спросил его, хороша ли говядина, которую он ест. «Была бы, — ответил он, — если бы проклятый обычай не зажарил ее до такой степени».

Дж. Р. Планше, «Воспоминания».

Во время вечера в доме [Мендельсона] мне в руки попала записка с приложенным билетом. Записка гласила: «Директора Лейпцигских концертов просят позволения преподнести мистеру Шурели билет на завтрашний концерт». Услышав это, Мендельсон подбежал к фортепиано и немедленно начал играть тему из хора «Мессии»: «Surely he hath borne» и т. д.

Г. Ф. Чорли, «Жизнь».

У Хэйршона был сын, который женился на дочери Ноя и чуть не испортил потоп, выпив всю воду: что он бы и сделал, я, по крайней мере, верю в это, если бы смесь была лишь наполовину из Гленливета.

Баллады Бона Готье.

После казни восемнадцати преступников [в 1787 году] одна женщина выкрикивала отчет о них, но назвала их девятнадцатью. Джентльмен сказал ей: «Почему вы говорите девятнадцать? Повешено было только восемнадцать». Она ответила: «Сэр, я не знала, что вас помиловали».

Гораций Уолпол, «Переписка».

О БРАКЕ ДЖОБА УОЛЛА И МЭРИ БЕСТ.

Джоб, желая найти спутницу, подумал, что был бы счастлив, если бы из всего женского рода выбрал Лучшую (Best); ибо, сказал он, из всех зол, что окружают земной шар, плохая жена больше всего испытала бы терпение Джоба. Лучшую, значит, он выбрал и сделал плоть от плоти своей, хотя друзьям было ясно, что ее лучше было бы оставить в покое; ибо, хотя она Лучшая из своего пола, она слабейшая из всех, если верно, что слабейший должен идти к Стене (Wall).

Хикс, apud Дж. К. Янг.

Добродетель женщин — это, возможно, вопрос темперамента.

Бальзак, «Физиология брака».

О ТОМ, КТО УКРАЛ ФУНТ СВЕЧЕЙ.

Ловкий Кэтч, чтобы держать руки в тонусе, крал все подряд — будьте уверены, он считает своим все, к чему прикасается, — ради практики украл фунт свечей; был пойман на месте преступления: о, глупый малый! Красть такие вещи, которые неизбежно должны выйти на свет!

Сборник эпиграмм (1727).

У Хука однажды разговор зашел о герцоге Камберлендском, и был задан вопрос, на ком он женился. «Разве вы не знаете? — сказал Кэннон, — на принцессе де Псалмс (Salms) — достаточно хорошо для Гимна (Hymn)».

У. Джердан, «Мемуары».

Что до меня, я не знаю и не забочусь, должен ли священник носить черное платье или белое; я полон собственной беды — жена, которая проповедует в своем платье и читает лекции в ночной рубашке!

Томас Гуд.

Мадам де —— сказав в своей страстной манере: «Я хотела бы выйти замуж по-английски, на языке, на котором клятвы хранятся так верно», кто-то спросил Фрера: «На каком языке, интересно, она вышла замуж?» «На ломаном английском, полагаю», — ответил Фрер.

Томас Мур, «Дневник».

Ваши сороки и горлицы могут флиртовать среди деревьев и болтать о своих восторгах в рощах, если им угодно; но дом мне гораздо больше по вкусу, чем дерево, а что до рощ, о! хорошая роща дымоходов — это для меня.

Чарльз Моррис, «Lyra Urbanica».

Они снова просили меня жениться на них, и снова я отказал, когда они закричали: «О, жестокий человек! Это слишком — слишком!» Я сказал им, что отказал именно из-за этой чрезмерности.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

Когда один из сельских джентльменов сказал в парламенте: «Мы должны вернуться к пище наших предков», кто-то спросил: «Какую пищу он имеет в виду?» «Чертополох, полагаю», — сказал Тирни.

Томас Мур, «Дневник».

Девы тогда были невинны, краснели от комплимента или взгляда. Но румянец — это исчезнувшая грация, ибо молодые леди красят лица в наши дни, чернят веки, пока не начнут пялиться, умываются содой, пока волосы не станут похожи на кукурузу; сейчас модно быть блондинкой в стиле полусвета в наши дни.

Дж. Джемметт Браун, «Песни многих времен года».

[Леди Шарлотта Линдсей] сказала, что она «так часто растягивала лодыжку, и ей говорили, что это хуже, чем сломать ногу, что она сказала, что стала рассматривать сломанную ногу как положительное преимущество».

Лорд Хоутон, «Монографии».

Удары — это сарказм, ставший глупым.

Джордж Элиот, «Феликс Холт».

Они скорбели о тех, кто погиб на куттере, а также о бочонках с сухарями и масле.

Лорд Байрон, «Дон Жуан».

Социальные устройства — ужасные выкидыши; причина всех преступлений — наша система браков. Поэты с сонетами и любовники со свиданиями разжигают гнев позитивистов. Мужья и жены должны быть одной общиной: изысканная свобода с абсолютным единством. Обручальные кольца хуже, чем закованные запястья — таков символ веры позитивистов.

Мортимер Коллинз, «Британские птицы».

Фокс, чьи денежные затруднения были общепризнаны, будучи пораженным тяжелым недугом, который приковал его к квартире, Дадли часто навещал его. В ходе разговора Фокс, намекая на свои жалобы, заметил, что вынужден соблюдать большую регулярность в диете и часах; добавив: «Я живу по правилам, как часы». «Да, — ответил Дадли, — полагаю, вы имеете в виду, что вы идете по тику, тику, тику».

Сэр Натаниэль Раксолл, «Мемуары».

ДОКАЗАНО.

У одной потери всегда есть спутник. Semper, когда люди теряют поезд, они теряют самообладание.

Ширли Брукс, «Остроумие и юмор».

Работа по часам имеет тенденцию делать человека моральным. Сантехник, работающий по сделке, пытаясь отвинтить ржавую, неподатливую гайку в тесном положении, где щипцы постоянно соскальзывали, ругался бы; но я никогда не слышал, чтобы кто-то из них ругался или проявлял хоть малейшее нетерпение при такой досаде, работая по часам. Ничто не может вывести из себя человека, которому платят по часам. Как сладок полет времени кажется его спокойному разуму!

Ч. Д. Уорнер, «Мое лето в саду».

Оно приветствует меня в мои праздничные часы, оно приносит облегчение моей грусти; оно осыпает жизнь прекраснейшими цветами и вырывает жало из горя. Я бы улыбался бедности и боли; я бы приветствовал смерть с радостью — если бы до самого конца я мог сохранить свою — свою верхнюю соль!

Г. С. Ли, «Кокни-колядки».

«Мильтон Перкинс, — сказала Сирена, — не богатством твоим я восхищаюсь, а интеллектом, что сверкает из этих глаз опалового огня; и мне кажется, имя, которое ты носишь, не может быть неуместным; и — обними меня, мистер Перкинс!» Мильтон Перкинс ее обнял.

Брет Гарт, «Полное собрание сочинений».

Продавцы истины и продавцы лекарств обычно рекомендуют глотать. Когда человек видит свой заработок в пилюле или предложении, он любит получать заказы на дозу, а не любопытные расспросы.

Феликс Холт, в романе Джордж Элиот.

Стюарт Милль о Разуме и Материи рассеял бы все наши старые Верования: Стюарт Милль проявляет свое мастерство, чтобы положить конец Разуму и Материи. Но если бы у меня было мастерство, как у Стюарта Милля, я мог бы разрушить его собственную позицию: вес Милля я считаю Нулем — если у Милля нет ни Разума, ни Материи.

Лорд Нивз, «Песни и стихи».

«А сколько часов в день вы занимались уроками?» — сказала Алиса. «Десять часов в первый день, — сказал Черепаха Квази; — девять на следующий, и так далее». «Какой любопытный план!» — воскликнула Алиса. «Вот почему они называются уроками, — заметил Грифон, — потому что они уменьшаются (lessen) день ото дня».

Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране чудес».

Тот, у кого нет характера, — не человек: это вещь.

Шамфор, «Максимы».

Трудно понять, кто такой Старый Гарри (черт), когда все в сапогах.

Миссис Пойзер, в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

Я хочу, чтобы вы пришли и вынесли приговор двум или трем книгам с сюжетом; конечно, вы знаете «Раскаяние Джанет»? Я читаю сэра Уэверли Скотта, историю Эдгара и Люси, как захватывающе, романтично и правдиво! Мастер (его невеста была гусыней!) напоминает мне вас. Мне говорят, что Кокни короновал поэта, чей венок долговечен: это вы первым прочли мне Браунинга — этого глупого старого Браунинга вашего! Его мода и его задор тревожат; я хочу отдать ему должное, но, Фред, он совсем не такой очаровательный поэт, как вы!

Фредерик Локер, «Лондонские стихи».

Джозеф Гиллон был писателем при Сигнете. Зайдя к нему однажды в его кабинет, сэр Вальтер Скотт сказал: «Ну, Джозеф, здесь жарко, как в печи». «Что ж, — сказал Гиллон, — разве не здесь я зарабатываю на хлеб?»

Локхарт, «Жизнь Скотта».

Навсегда! это одно слово! Наши грубые предки считали его двумя; можете ли вы представить столь абсурдный взгляд? Навсегда! какие бездны горя открывает это слово, какое безумие, какое отчаяние! Навсегда (напечатанное так) — нет. И никогда больше печатник не должен делать так, как люди делали давным-давно; но соединять «На» и «всегда», приказывая двум быть одним. Навсегда! наполненное страстью, оно бросает на тусклую страницу мрак, очарование: это сладко, это странно, и я полагаю, это грамматика.

Ч. С. Калверли, «Fly Leaves».

Прогуливаясь по Сент-Джеймс-стрит, лорд Челмсфорд был остановлен незнакомцем, который воскликнул: «Мистер Берч, я полагаю?» «Если вы верите в это, сэр, вы поверите во что угодно», — ответил экс-канцлер, проходя мимо.

Беркли, «Жизнь и воспоминания».

Ты заманила меня, Роза, лентами, твой розовый рот сделал меня рабом. Краткий — гораздо более краткий, чем у Гиббона, был мой «Упадок и падение».

Остин Добсон, «Виньетки в рифмах».

Причина, по которой мы не любим тщеславие в других, заключается в том, что оно постоянно задевает наше собственное.

«Пелэм» лорда Литтона.

Когда у нимф глаза были синее чулок, Англия тогда измеряла людей ударами, а время — свечами.

Фредерик Локер, «Лондонские стихи».

Женский выбор обычно означает выбор единственного мужчины, которого она может получить.

Миссис Кэдвалладер, в романе Джордж Элиот «Миддлмарч».

Чтобы очаровать девушек, он никогда не говорил — хотя голос его был хорош; он нашел, что самый удобный способ — это просто написать строчку. И многие пескари в пруду, если бы могли говорить сегодня, признали бы с грустью, что у этого рыболова был весьма «захватывающий» способ.

Джон Годфри Сакс, «Стихотворения».

Я всегда боюсь дурака: нельзя быть уверенным, что он не является еще и негодяем.

У. Хэзлитт, «Характеристики».

Народ очень склонен побивать камнями своих пророков, чтобы с тем большим рвением поклоняться их реликвиям: собаки, которые лают на нас сегодня, завтра лижут наши кости с истинной собачьей верностью.

Генрих Гейне, «Людвиг Берне».

Деньги заставляют человека смеяться. Слепой скрипач играл перед компанией, и играл довольно скверно, компания смеялась над ним. Его мальчик, который водил его, заметив это, закричал: «Отец, пойдемте прочь; они только и делают, что смеются над вами». «Помолчи, мальчик, — сказал скрипач; — мы скоро получим их деньги, и тогда мы посмеемся над ними».

Селден, «Застольная беседа».

В палящем гневе пылает солнечное великолепие; листва, увядая, свисает с сухих ветвей; гражданин, задыхаясь, вытирает влажный лоб и мечтает о блуждании по ветреным берегам. Как сладко жить скрытым от смертных глаз, спать на траве, когда никто не присматривает, срывать нежные ягоды с растущей лозы и пить поток от длиннохвостых коров! Я несчастный! Позвольте мне бежать в дубовые тени! Излейте свои белые потоки, молочные девы! О, если бы я мог улететь в какую-нибудь тенистую чащу — уйти — убраться — испариться — ускользнуть — вырваться!

Оливер Уэнделл Холмс.

Он слегка хлопает меня по спине. Он слишком долго задержался в винном погребе. Немного дегустации — опасная вещь.

Ф. К. Бернанд, «Счастливые мысли».

ДЕВУШКИ.

Любовники, мы молим вас, добиваясь нашего согласия, позвольте и нам иметь наши средневековые наклонности; дайте нам вместо крикетных матчей турниры.

ВДОВЦЫ.

Мы дородны и не будем неудобно связывать наши руки и ноги, как у птиц; никаких рыцарских поединков для нас; в доспехах мы выглядели бы нелепо.

ОТЦЫ.

Турниры стоили бы кучу денег; потакайте своим возлюбленным, сыновья, чем-нибудь дешевым; но позаботьтесь о расчетах, прежде чем прыгать.

Once a Week.

Он [Сэмюэл Бизли] значительно страдал незадолго до своей кончины, и, поскольку его обычное настроение иногда покидало его, он однажды написал столь меланхоличное письмо, что друг, которому оно было адресовано, заметил в своем ответе, что оно «похоже на первую главу Иеремии». «Вы ошибаетесь, мой дорогой друг, — парировал остроумец, — это последняя глава Самуила».

Дж. Р. Планше, «Воспоминания».

Никто не может заметить, клянусь грешником, очень заметного улучшения в обеде. Мы все еще потребляем, со смешанным стыдом и горем, телятину, которая балансирует на грани говядины, телятину без начинки, овдовевшую без ветчины, или жареную лопатку древнего барана.

Деций Мус, в «Горации в Афинах» Г. О. Тревельяна.

«Что касается этого, — сказал Уолдершер, — здравомыслящие люди все одной веры». «И скажите, какой же?» — поинтересовался принц. «Здравомыслящие люди никогда не говорят».

Лорд Биконсфилд, «Эндимион».

О СТАРОЙ ЛЮБВИ.

На трапе каюты мы встретились, путешествие почти окончено; ты опиралась на его руку, милая, от Кале до Дувра! И он выглядит очень довольным, хотя я чувствую себя грустнее, что я не твой спутник на этой трап-лестнице!

Дж. Эшби Стерри, в «Английских эпиграммах».

Мне кажется, что одной тещи вполне достаточно в семье — если только вы не очень любите волнения.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

«Иди сюда, мой мальчик, подними голову и выгляди как джентльмен, сэр; просто скажи мне, кем был царь Иона; теперь скажи мне, если можешь, сэр». «Царь Иона был самым сильным человеком, который когда-либо носил корону, сэр; ибо хотя кит проглотил его, он не смог удержать его внутри, сэр». «Ты прав, мой мальчик, подними голову и выгляди как джентльмен, сэр; просто скажи мне, кем был этот Моисей; теперь скажи мне, если можешь, сэр». «Конечно, Моисей было христианским именем дочери доброго царя фараона; она была дояркой и получила прибыль (profit) от воды».

Дж. А. Сиди, «Mistura Curiosa».

Маленький случай, который Шарлотта Кушман однажды рассказала мне. Она сказала, что человек на галерее театра устроил такой беспорядок, что спектакль не мог продолжаться. Со всех сторон зала раздались крики «Выбросьте его», и шум стал неистовым. Все наверху было шумно, пока в партере не раздался нежный и мягкий женский голос, восклицающий: «Нет! Умоляю вас, не выбрасывайте его! Прошу вас, дорогие друзья, не выбрасывайте его, а — убейте его там, где он есть».

Дж. Т. Филдс, «Вчера с авторами».

Со всей своей совестью и одним глазом набок, такой лживый, он отчасти принимал себя за истинного; чьи благочестивые речи, когда его сердце было наиболее сухо, увлажняли хитрые «гусиные лапки» вокруг его глаз; кто, никогда не называя Бога, кроме как ради выгоды, никогда не произносил это полезное имя всуе; сделал Его своим орудием, а Крест — своим инструментом, и Христа — приманкой, чтобы поймать своего простака и дурака; и ковал не дарственные, а грамоты милости, и, подобно змее, покрывал слизью свою жертву, прежде чем проглотить; и часто на библейских собраниях, возвышаясь над остальными, делал свое святое елейное лучшее, отбрасывая слишком грубую «Х» в «Аду» и «Небесах», чтобы распространять Слово, благодаря которому он сам преуспел.

Альфред Теннисон, «Морские сны».

Порадуйте глаза и уши, они приведут вас к сердцу, и в девяти случаях из десяти сердце управляет разумом.

Лорд Честерфилд, «Письма к сыну».

Чашку дрожащими руками он хватает, к своим жаждущим губам прижимает, окаймленную оловянным ободком — он задыхается. Вращающийся пол под ним ползет, он цепляется за летящие стены, затем, как кусок свинца, он падает.

The Shotover Papers.

Часто делают добро, чтобы иметь возможность безнаказанно творить зло.

Ларошфуко, «Размышления».

Есть радость без язвы и забот, есть удовольствие вечно новое, это — любоваться глазурью и клеймом фарфора, что древний и голубой; неповрежденный все века он прошел, с тех пор как прозвенел его звон, и они создали его, форму и оттенок, в правление императора Хванга.

Эндрю Лэнг, «Баллады в голубом китайском фарфоре».

ЦЕРЕМОНИЯ. — Все, что считается необходимым многими в религии и дружбе.

Гораций Смит, «Оловянная труба».

Мошенники получают свое, когда ссорятся, и каждый винит другого, сэр, горшок не должен называть чайник позорными именами, сэр.

Лорд Нивз, «Песни и стихи».

Я ничего не имею против Крейга, только жаль, что его нельзя было высидеть заново, и высидеть иначе.

Миссис Пойзер, в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

Давайте пить вино и женщин, веселиться и смеяться, а на следующий день — проповеди и содовую воду.

Лорд Байрон, «Дон Жуан».

[Д-р Басби] был однажды приглашен во время проживания в Диле старым вестминстерцем — который, будучи очень ленивым, часто битым мальчиком, после курса выдающейся службы был назначен на командование прекрасным фрегатом в Даунсе — посетить его на борту корабля. Доктор принял приглашение; и после того, как он поднялся на борт, капитан вызвал всех на наказание и сказал изумленному доктору: «Вы проклятый старый негодяй, я рад, что у меня есть возможность наконец отплатить вам. Эй, боцман, дай ему три дюжины».

Гроноу, «Воспоминания».

ХОРОШАЯ И ПЛОХАЯ УДАЧА.

Хорошая Удача — самая веселая из всех веселых девушек; долго на одном месте она не задержится: она откидывает локоны с вашего лба, быстро целует вас и улетает. Но мадам Плохая Удача приходит трезво и остается — у нее нет склонности к бегству — она напевает отрывки песен о настоящей любви, садится у вашей кровати и достает свое вязание.

Джон Хэй, «Стихотворения».

Я хотел бы, чтобы девять десятых картин, которые были написаны, никогда не были сохранены; это такая обуза — ходить и смотреть на них.

Элсмир, в «Друзьях на совете» Хелпса.

Виктор Гюго — эгоист, или, если использовать более сильный термин, он — Гюгоист.

Генрих Гейне, «Музыкальные заметки из Парижа».

О ЖЕНЩИНАХ КАК ЮНИОНИСТКАХ.

Среди мужчин возникают ужасные разногласия — один кричит «Союз», другой — «Никакого союза». Позор полу, который начал такой спор — дамы все за союз — до единого!

Аноним.

Если преступление — любить ее, то справедливо винить в этом лишь те красоты, что есть в ней; вина лежит на богах, которые сделали ее столь прекрасной, а не на моих глазах.

Жан де Лингенд.

«Был ли —— очень неприятен?» «Ну, он был настолько неприятен, насколько позволял случай», — сказал Латтрелл.

Сидней Смит, «Жизнь и письма».

«Я верю, что ничего в газетах никогда не бывает правдой», — сказала мадам Феб. «И именно поэтому они так популярны, — добавила Эфросинья; — вкус эпохи так решительно склоняется к вымыслу».

Лорд Биконсфилд, «Лотарь».

Тот, кто хочет блистать и приводить в оцепенение своего наставника, должен пить разливной «Оллсопп» из «родного олова».

Ч. С. Калверли, «Стихи и переводы».

Чушь, сэр! Любовь — это все воображение. Ее не едят и не пьют: а что касается остального — ну, это беспокойство.

Капрал Бантинг, в романе Литтона «Юджин Арам».

Дела мистера О—— складываются так печально, что он не может иметь удовольствия ждать его светлость в его приятном доме в следующий понедельник. — N.B. Его жена умерла.

Дж. К. Янг, «Дневник».

Почему, шотландские мелодии — это просто как ворчливая, придирчивая женщина. Они продолжают одно и то же снова и снова и никогда не приходят к разумному концу. Кто угодно подумал бы, что шотландские мелодии всегда задавали вопрос кому-то такому же глухому, как старый Тафт, и до сих пор не получили ответа.

Бартл Мэсси, в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

ДУША ЛЕДИ.

Скажи мне, в эту снежную ночь, о счастливом Алмаксе или о Роу! Скажи, в каких экипажах какие красавицы едят мороженое на Беркли-сквер; или кто в магазинах с сомнением изучает шелка, которые никогда не купят; и как причесаны волосы в городе, и какова форма ботинок и платьев?

ПУСТОЗВОН.

Снежная тень, хочешь ли ты знать моду мира внизу? Все еще свернутый шиньон тянется к звездам, все еще фальшивые накладные волосы падают ливнями; но теперь все тонкие души возвращаются к укороченной юбке, чьи бархатные панье лишь обозначают платье, которое иначе было бы нижней юбкой. И такого наивного наряда недостаточно: архаичный воротник Елизаветы опоясывает каждую шею; кроме того, они соперничают с возрождением высокой готической шляпы, старой Матушки Хаббард, и обновляют по-аркадски туфли с пряжками, чтобы показать, что является лишь пустяковой шокирующей деталью, ямочку снежного чулка.

У. Дж. Кортоп, «Рай птиц».

Будьте добродетельны, и вы будете эксцентричны.

Марк Твен, «Избранные произведения».

РАЗВЕ МЫ НЕ ТАКОВЫ?

Нам сообщают, что в Счастливой Японии люди вольны верить во что могут; но если они приходят учить, и проповедовать, и визжать, они отправляются в тюрьму в фургоне. Разве вы не хотите, чтобы это была Счастливая Япония?

Ширли Брукс, «Остроумие и юмор».

Надеюсь, я ценю значение детей. Мы бы скоро сошли на нет без них. Без них обычная школа зачахла бы. Но проблема в том, что с ними делать в саду. Ибо они не годятся в пищу, и есть закон против того, чтобы избавляться от них. Закон не очень хорошо соблюдается, это правда; ибо люди прореживают их постоянными дозами, парегориком, успокоительными сиропами и скудной одеждой. Но я, например, чувствую, что было бы неправильно, помимо закона, отнимать жизнь даже у самого маленького ребенка ради небольшого количества фруктов, больше или меньше, в саду. Я могу ошибаться; но таковы мои чувства, и я их не стыжусь.

Ч. Д. Уорнер, «Мое лето в саду».

О ПЕРЕВОДЕ ВЕРГИЛИЯ ДОКТОРОМ ТРАППОМ.

Оставь свои проповеди, Трапп; не переводи дальше: разве не написано: «Не убий»?

«Поэтическое ассорти» (1794).

Незадолго до смерти, когда его посетил священник, чьи черты лица, как и речь, были более скорбными, чем утешительными, Гуд посмотрел на него с состраданием и сказал: «Мой дорогой сэр! Боюсь, ваша религия вам не подходит».

Дж. Р. Планше, «Воспоминания».

О ВИНОГРАДЕ И КОЛИКАХ.

В Испании, стране монахов и обезьян, / Вино рождается из винограда; / Но на благородном Рейне / Из вина рождается «виноградная косточка» (колики).

С. Т. Кольридж, apud Дж. К. Янг.

Бархэм, по словам Диггла, часто рассказывал множество нелепых историй. Самой забавной из его проделок была та, в которой участвовал и сам Бархэм. Два мальчика, во время одной из своих прогулок обнаружив молитвенный дом квакеров, немедленно купили у соседнего кондитера пирожок за пенни; вооружившись им, Диггл смело вошел в здание и, подняв лакомство посреди серьезного собрания, с полнейшей торжественностью произнес: «Кто заговорит первым, получит этот пирог». «Друг, иди своим путем», — начал было подниматься джентльмен в сером, — «иди своим путем, и...» — «Пирог ваш, сэр!» — вежливо воскликнул мастер Диггл и, положив его перед ошеломленным оратором, поспешно скрылся.

Р. Х. Д. Бархэм, «Жизнь Бархэма».

Говоря о бедных родственниках, которые годами пользовались его щедростью, Комптон сказал: «Да, сэр, все это племя годами сидело у меня на шее», а затем добавил в своей неподражаемой манере: «Сорок лет я был огорчен родом сим».

Мемуары Генри Комптона.

АПЕЛЬСИН.

Он созрел на берегах реки, / Где под масками и лунным светом / Доны Блас и Хуан плетут интриги, / Серенады распевая смуглым доннам. / Его сорвала мавританская дева / Под золотым дневным солнцем; / А в Лондоне его сосал прохожий, / Что бросил корку прочь. / Он не мог знать в Пимлико, / Как и она в Севилье, / Что я поскользнусь на этой корке / И — пошлю их к черту.

Фредерик Локер, «Лондонские стихи».

Пенни сказал, что Энтони Пасквин (который был очень грязным малым) «умер от простуды, подхваченной во время умывания лица».

Томас Мур, «Дневник».

О БОЛЕЗНИ ПРИНЦА-РЕГЕНТА.

Регент, сэр, занемог; / И все зависит от мастерства Халфорда; / «Скажите, — спросил мудрый врач, — / Что довело его до такого печального состояния?» / Когда Блумфилд рискнул предположить: / «Немного лишнего вишневого пунша», / Регент, услышав, что было сказано, / Приподнял с кушетки свою ноющую голову / И воскликнул: «Нет, Халфорд, это не так! / Лечите нас, о доктор, — Кюрасао!»

Г. Латтрелл, apud Бархэм.

У Бригама Янга двести жен. Он любит их не то чтобы мудро, но двести раз хорошо. Он ужасно женат. Это самый женатый человек, которого я когда-либо видел в своей жизни. Он говорит, что теперь хочет лишь прожить остаток своих дней в мире и чтобы его смертный одр был услажден любящими руками его семьи. Что ж, полагаю, это хорошо; но если вся его семья будет услаждать его смертный одр, ему придется умирать на улице.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

И я спросил: «Что написано, милая сестра, / На противоположном конце комнаты?» / Она всхлипнула, отвечая: «За все спиртное / Нужно заплатить, прежде чем покинуть комнату».

Брет Гарт, «Полное собрание сочинений».

Будь мудрее других, если сможешь, но не говори им об этом.

Лорд Честерфилд, «Письма к сыну».

Морж и Плотник / Прогуливались рядом; / Они рыдали навзрыд, видя / Такое количество песка: / «Если бы только его убрали, — / Сказали они, — это было бы грандиозно!» / «Если бы семь горничных с семью швабрами / Подметали его полгода, / Как ты думаешь, — сказал Морж, — / Смогли бы они его расчистить?» / «Сомневаюсь», — сказал Плотник / И пролил горькую слезу.

Льюис Кэрролл, «Алиса в Зазеркалье».

Мы легко превращаем собственные пороки в добродетели других людей, а добродетели других — в пороки.

У. Хэзлитт, «Характеристики».

Лучше держись подальше от любовных писем / Или пиши их с осторожностью и осмотрительностью; / Поверь, они могут затянуть твои оковы, / Если в них сквозит супружеский тон.

Лорд Нивз, «Песни и стихи».

Против глупости сами боги бороться бессильны.

Генрих Гейне, «Заметки об искусстве из Парижа».

О ЛЮБВИ И БРАКЕ.

Весьма разумно, спору нет, / Что Любовь, будучи нагой, должна искать костюм; / Но не странно ли, что к тому привязывается чудачество, / Чей огонь так часто гасится спичкой?

Р. Гарнетт, «Идиллии и эпиграммы».

Лорд Шелберн умел говорить самые провокационные вещи, при этом делая вид, что не осознает их таковыми. В одной из своих речей, намекая на лорда Карлайла, он сказал: «Благородный лорд написал комедию». — «Нет, трагедию». — «О, прошу прощения, я думал, это комедия».

Роджерс, «Застольная беседа».

Нет ничего, без сомнения, что так успокаивает дух, / Как ром и истинная религия.

Лорд Байрон, «Дон Жуан».

Она никогда ни с кем не разговаривает, что, конечно, является большим преимуществом для любого.

Леди Эшбертон, apud лорд Хоутон.

Я не отрицаю, что женщины глупы: Господь Всемогущий создал их под стать мужчинам.

Миссис Пойзер в романе Джордж Элиот «Адам Бид».

«Ты не знал, что я рисую? Я учился в школе». — «Может быть, ты учился только вытаскивать (draw) свою шпагу?» — «Ну, это я могу, конечно, — а также вытаскивать пробки — и накрывать на стол — ха-ха-ха! Но я имею в виду фортификацию — ха! — тушью, такого рода вещи — и хотя я рисую (draw) это мягко, все же это — ха-ха! — можно назвать моим коньком (forte)». — «О, стыдись! Куда, по-твоему, ты попадешь за то, что нагородил такую кучу глупых каламбуров?» — «Ну, думаю, в Пенджаб — ха-ха! Такая работа, знаешь ли, подошла бы мне больше всего».

Ч. Дж. Кейли, «Las Alforgas».

Весь мир жалуется на свою память, и никто не жалуется на свое суждение.

Ларошфуко, «Размышления».

О ПАЛАТЕ ОБЩИН.

Когда недавно Пим сошел в Ад, / Прежде чем испить чаши Леты, / Он громко спросил, что это за место; / На что Дьявол ответил: «Это Нижняя Палата».

Уильям Драммонд (1585-1649).

Рабочий человек — благородное создание, когда он совершенно трезв.

Алексис в опере У. С. Гилберта «Чародей».

ПЕСНЯ ПОДСУДИМОГО.

Когда я впервые узнал свою старую, старую любовь, / Моя грудь наполнилась радостью; / Я бросил свои богатства к ее ногам, — / Я был влюбленным мальчиком! / Никакие слова не казались слишком экстравагантными, / Чтобы использовать их для нее — / Я привык хандрить, вздыхать и задыхаться, / Совсем как влюбленный мальчик! / Но постоянная радость притупляет чувства, / И любовь, неизменная, приедается, / И она стала невыносимой занудой / Для своего влюбленного мальчика! / Мое пламя горело неровным мерцанием, / И я стал холодным и застенчивым, / Наконец, однажды утром, я стал / Влюбленным мальчиком другой!

У. С. Гилберт, «Суд присяжных».

Обедая однажды там, где хозяин пришел в крайнее возбуждение и гнев из-за того, что не смог найти начинку в жареной свиной ноге, Пул тихо предположил: «Может быть, она в другой ноге?»

Дж. Р. Планше, «Воспоминания».

В 1848 году Фергуса О'Коннора обвинили в Палате в том, что он республиканец. Он отрицал это и сказал, что ему все равно, кто на троне — Королева или Дьявол. Пил ответил: «Когда достопочтенный джентльмен увидит суверена своего выбора на троне этих королевств, я надеюсь, он будет наслаждаться, и я уверен, он заслужит доверие Короны».

Абрахам Хейворд, «Эссе».

Я слоняюсь по деревням и городам; / Я готов на любую работу; / Беру тут и там медный грош, / А тут и там шиллинг. / Я торгую всем подряд, / У меня есть кольца для юной Салли, / Что сверкают, как ее глаза; / У меня есть выпивка для камердинера. / То, что я делал под луной и звездами, / Втягивало меня в неприятности; / Я видел небо сквозь тюремные решетки, / Я рвал тюремную одежду. / Но я снова выхожу и показываю / Свое лицо, не заботясь ни о чем; / Ибо торговля бывает бойкой и вялой, / Но моя продолжается вечно.

Ч. С. Калверли, «Fly Leaves».

Они могут говорить о преданности пола, но самая верная привязанность в жизни — это привязанность женщины, влюбленной в саму себя.

Дамас в пьесе лорда Литтона «Леди Лиона».

Они могут болтать сколько угодно о том, что называют наживой, / И о том, что никогда не следует думать о себе, / И о том, что удовольствия мысли превосходят еду и питье — / Мое удовольствие от мысли — это удовольствие думать / О том, как приятно иметь деньги, эй-хо! / Как приятно иметь деньги!

Дух в поэме А. Х. Клафа «Дипсихус».

Женщины, как правило, последовательны в своей неискренности, если уж ни в чем другом.

Анна К. Стил.

Самый потерянный из всех дней — тот, в который мы не смеялись.

Шамфор, «Максимы».

О, как может скромный молодой человек / Хоть надеяться на малейшее продвижение — / Профессия уже так полна / Юристами, полными профессионализма?

Джон Годфри Сакс, «Стихотворения».

Я говорил [Чарльзу Лэму] о своем первом судебном деле, когда он спросил: «Не воскликнул ли ты: «О, великая первопричина, наименее понятая»?»

Крабб Робинсон, «Дневник».

МОНОКЛЬ — игрушка, позволяющая хлыщу видеть других, а другим — видеть, что он хлыщ.

Гораций Смит, «Оловянная труба».

Некоторые хвастаются телеграфами и рельсами, / Углем, паром, газом и всем таким, / Но грохочущие почтовые кареты и тюки хлопка / Никогда не делали человека человеком; / Несмотря на все это, / Их цифры, факты и все такое, / Первый из фактов — Мысль, и то, / Что порождает Высокая Мысль!

Дж. С. Блэки, «Musa Burschicosa».

Вирджиния-Сити — дикий молодой мегаполис нового Серебряного штата. Состояния там делаются за день. Зафиксированы случаи, когда молодые люди приезжали в это место без гроша — бедные и без друзей, — но благодаря энергии, интеллекту и тщательному пренебрежению к делам они смогли уехать оттуда, задолжав сотни фунтов.

Ч. Ф. Браун, «Лекция Артемуса Уорда».

Ничто не считается в Англии столь подобающим, как собственность.

«Догадки об истине».

Каков муж, такова и жена, — он измучен желудком и стар; / И его карри сделает твои щеки цвета его золота. / Когда его слабая любовь насытится, он будет держать тебя, конечно, / Ниже своего кальяна, — меньше, чем своего кайенского перца. / Что это? Его глаза покраснели. Это было кларет? О, нет, нет — / Благослови вашу душу! это был лосось — лосось всегда делает его таким.