«Словарь ислама»

ЯЗЫЧНИКИ (GENTILES). Арабское «умми» (امى, от «умм» — «мать»); мн. ч. «уммийун», букв. «невежественные, как новорожденные младенцы». Еврейское «гойим». Согласно аль-Байдави, это все народы земли, не обладающие божественным Писанием. В Коране этот термин специально применяется к идолопоклонникам Аравии.

Сура lxii. 2: «Он (Бог) — Тот, кто послал к язычникам Пророка из их среды, чтобы читать им Его знамения, очищать их и учить их Писанию и мудрости, хотя прежде они пребывали в явном заблуждении».

ГЕОРГИЙ, Св. [ДЖИРДЖИС, АЛЬ-ХИДР.]

АЛЬ-ГАБА (الـغـابة). «Пустыня». Название, данное открытой равнине близ Медины.

ГАБН (غبن). Мошенничество или обман при продаже.

ГАДДАР (غدار). Вид демона, который, как говорят, встречается на границах Йемена. [ДЖИННЫ.]

ГАДИР (غدير). Праздник шиитов 18-го числа месяца зуль-хиджа, когда изготавливаются три изображения из теста, наполненные медом, представляющие Абу Бакра, Умара и Усмана, которые протыкают ножами, а мед потягивают, что символизирует кровь узурпировавших власть халифов. Праздник назван от «гадир» — «пруд», и, как говорят, он увековечивает то, что Мухаммад объявил Али своим преемником в Гадир Хум, месте водопоя на полпути между Меккой и Мединой.

ГАЙБ (غيب). Букв. «тайное». Термины «гайбу-ль-хувийя» («тайная сущность») и «аль-гайбу-ль-мутлак» («абсолютное непознаваемое») используются суфийскими мистиками для выражения природы Бога. (Словарь суфийских терминов Абду-р-Раззака.)

ГАЙРА (غيرة). «Ревность». Передают, что Мухаммад сказал: «Есть вид ревности (гайра), которую Бог любит, и есть вид ревности, которую Он ненавидит. Ревность, которую Бог любит, — это когда человек подозревает, что его жена или рабыня приходит и садится рядом с чужим мужчиной; ревность, которую Бог ненавидит, — это когда человек без причины питает в своем сердце дурное мнение о своей жене». («Мишкат», книга xiii, гл. xv, ч. 2.)

ГАЙР-И-МАХДИ (غير مهدى). Букв. «без Махди». Небольшая секта, которая верит, что имам Махди не появится вновь. Они говорят, что некий Сайид Мухаммад из Джайпура был настоящим Махди, двенадцатым имамом, и что он ушел навсегда и больше не вернется. Они почитают его так же высоко, как Пророка, и считают всех остальных мусульман неверующими. В ночь, называемую Лайлату-ль-Кадр, в месяц Рамазан, они собираются и совершают молитву в два ракята. После завершения этого акта поклонения они говорят: «Бог Всемогущ, Мухаммад — наш Пророк, Коран и Махди — справедливы и истинны. Имам Махди пришел и ушел. Тот, кто не верит в это, — неверный». Это очень фанатичная секта. (См. «Канун-и-Ислам».)

ГАМАРАТ (غمرات), мн. ч. от «гамра» — «бездна». Слово, используемое для выражения предсмертных мук. Оно встречается в Коране, сура vi. 93: «Если бы ты видел, как нечестивцы пребывают в пучине смерти (гамарату-ль-маут), и ангелы простирают свои руки, говоря: “Отдайте ваши души: сегодня вы получите воздаяние унизительным наказанием”».

АЛЬ-ГАНИ (الغنى). «Независимый». Одно из девяноста девяти особых имен или атрибутов Бога, выражающее превосходство Всевышнего над нуждами и потребностями человечества. Это слово встречается в Коране, сура lx. 6, и переведено Палмером как «Он богат».

ГАСБ (غصب). «Использование силой; узурпация».

Гасб в буквальном смысле означает насильственное отнятие вещи у другого. На языке закона это означает присвоение чужого имущества, которое является ценным и неприкосновенным, без согласия владельца, таким образом, что владение собственника прекращается; именно поэтому узурпация устанавливается путем принуждения к труду чужого раба или путем возложения груза на чужое четвероногое животное, но не путем сидения на чужом ковре; ибо при использовании чужого раба и при нагружении чужого животного владение собственника прекращается, тогда как при сидении на чужом ковре владение собственника не прекращается. Следует отметить, что если какое-либо лицо сознательно и преднамеренно узурпирует чужую собственность, оно по закону считается правонарушителем и становится ответственным за компенсацию. Если же, напротив, оно совершило узурпацию не сознательно и не преднамеренно (например, когда человек уничтожает имущество, полагая, что оно принадлежит ему, а впоследствии оказывается, что оно является правом другого), то в этом случае он также обязан выплатить компенсацию, поскольку компенсация — это право людей; но он не является правонарушителем, так как его ошибочное деяние аннулируется. («Хидая», том iii, стр. 522.)

АЛЬ-ГАШИЯ (الغاشية). «Покрывающая, Всепоглощающая». Название, данное LXXXVIII суре Корана; слово встречается в первом аяте применительно к Дню Суда: «Дошло ли до тебя повествование о Всепоглощающей?»

ГАСИЛЬ (غاسل). «Омывающий покойников». Должностное лицо, обычно назначаемое для этой цели имамом прихода.

ГАССАН (غسان). Племя арабов, населявшее западную сторону Сирийской пустыни во времена Мухаммада. (См. «Жизнь Магомета» Мьюра, том i, стр. clxxxiii.)

ГАТАФАН (غطفان). Арабское племя, происходящее от Кайса.

ГАУС (غوث). Букв. «Тот, к кому мы можем взывать о помощи». Посредник. Титул, даваемый мусульманскому святому. Некоторые считают это высшей степенью святости, в то время как другие рассматривают ее как вторую по рангу после «Кутб». Согласно «Гиясу-ль-Лугат», это ранг святости ниже, чем у «Кутб».

ГАДАБ (غـضـب). «Гнев», «ярость». Слово, часто используемое в Коране для обозначения гнева Божьего, например, сура iv. 95: «Бог разгневается на него».

ГАЗИ (غازى). Тот, кто сражается за дело ислама. Герой; воин. Тот, кто убивает неверного. Это также почетный титул, присваиваемый мусульманскими правителями генералам и прославленным воинам. В Турецкой империи титул «гази» означает нечто подобное нашему «фельдмаршалу». Передают, что Пророк сказал: «Бог — покровитель того, кто выходит сражаться на пути Божьем ради Его довольства и довольства Его Пророка. Если он не будет убит, он вернется домой с добычей и наградами. А если он умрет, его награда — рай». («Мишкат», книга xvii, гл. 1.)

ГАЗВА (غـزوة). Военный отряд, когда его возглавляет либо Посланник (Расуль), либо имам. Небольшой отряд, командуемый одним из лейтенантов имама, — это «сария», или бригада. (См. «Гиясу-ль-Лугат», в соответствующем месте.)

АЛЬ-ГАЗЗАЛИ (الغزالى). Абу Хамид Мухаммад ибн Мухаммад ибн Ахмад аль-Газзали — известный суннитский ученый, прозванный «Худжату-ль-Ислам» («довод ислама»). Он был уроженцем Туса и некоторое время профессором в медресе в Нишапуре. Родился в 450 г. х. (1058 г. н. э.), умер в 505 г. х. (1111 г. н. э.) в Тусе. Его изложение природы Бога можно найти в статье БОГ. Его великий богословский труд — «Ихья улюм ад-дин».

ГИБА (غـيبة). «Клевета; злословие». Все, что шепотом говорится об отсутствующем человеке во вред ему, даже если это правда. («Бухтан» выражает ложное обвинение.) Гиба осуждается в Коране (сура xlix. 12): «О верующие, избегайте частых подозрений, ибо некоторые подозрения — грех; и пусть никто из вас не злословит (гиба) другого в его отсутствие». В преданиях целая глава посвящена осуждению злословия и клеветы (см. «Мишкат», книга xxii, гл. x).

ГИФАР (غـفـار). Арабское племя во времена Мухаммада, населявшее участок земли в окрестностях Медины. Они были потомками Абу Зарра аль-Гифари.

ГИШАВА (غشاوة). Букв. «покрывало». Помутнение в глазах. Слово, используемое в Коране для обозначения духовной слепоты. Сура ii. 6: «Бог запечатал их сердца и их слух, а на глазах у них — покрывало».

ГИСЛИН (غسلين). Вода, кровь и гной, которые, как полагают мусульмане, стекают с кожи и плоти проклятых в аду. См. Коран, сура lxix. 36: «Нет у него сегодня здесь друга, и нет пищи, кроме гислина».

ГУЛЬ (غول). Пожирающий людей демон лесов. Разновидность джиннов. [ДЖИННЫ.]

ГУЛЯМ (غلام), мн. ч. «гильма». Мальчик, не достигший совершеннолетия. Термин, используемый в современных мусульманских странах для обозначения раба, хотя юридическим словом является «абд». В Коране встречается в значении «сын». Сура iii. 42: «Она (Марьям) сказала: “Как может быть у меня сын, когда меня не касался мужчина?”»

ГУЛАТ (غلاة). Букв. «Зелоты». Титул, даваемый ведущей секте шиитов, которые из-за своего чрезмерного рвения к имамам возвысили их над уровнем человеческих существ.

ГУЛЮЛЬ (غلول). Присвоение или хищение любой части законной добычи в джихаде, или священной войне. Запрещено в Коране, сура iii. 155: «Но тот, кто совершит хищение, придет с тем, что он похитил, в день воскресения: тогда каждой душе будет сполна воздано за то, что она приобрела, и с ними не поступят несправедливо».

ГУРАБ (غراب). Букв. «ворона». Гурабу-ль-байн: «ворона разлуки». Термин, используемый суфийскими мистиками для обозначения определенного состояния разлуки с Богом. (Словарь суфийских терминов Абду-р-Раззака.)

ГУРРА (غرة). Штраф в пятьсот дирхамов. Раб такой стоимости. Это штраф за удар женщины, повлекший выкидыш. («Хидая», том iv, стр. 552.)

ГУСЛЬ (غسل), в отличие от «гасль» (омывание), — это религиозный акт омовения всего тела после ритуальной нечистоты. Он основан на прямом предписании Корана, сура v. 9: «Если вы осквернены, то очищайтесь». И предания очень подробно описывают случаи, когда Пророк совершал церемонию гусля, или купания. Мусульманские учителя всех сект единодушны в предписании омывания всего тела после следующих действий, которые делают тело «джунуб», или нечистым: (1) хайд — менструация; (2) нифас — послеродовой период; (3) джима — половой акт; (4) ихтилям — поллюция. Абсолютно необходимо, чтобы каждая часть тела была омыта, ибо Али передает, что Пророк сказал: «Тот, кто оставит неомытым хотя бы один волос на своем теле, будет наказан в аду соответственно». («Мишкат», книга ii, гл. viii.)

ГУСЛЬ МАСНУН (غسل مسنون). Букв. «омовения, которые являются сунной».

Такие омовения основаны на сунне, или наставлении и практике Мухаммада, хотя они не считаются божественным установлением. Их четыре: (1) при принятии ислама новообращенным; (2) перед пятничной молитвой и в великие праздники; (3) после омовения покойника; (4) после кровопускания. (См. «Сахих аль-Бухари», стр. 39, «Бабу-ль-гусль».) Акрима передает, что люди пришли из Ирака и спросили Ибн Аббаса, считает ли он купание по пятницам божественным установлением, на что Ибн Аббас ответил: «Нет, но купание — великое очищение, и я расскажу вам, как возник обычай купания. Люди были заняты повседневным трудом и носили шерстяные одежды, и люди потели до такой степени, что это вызывало дурной запах, поэтому Пророк сказал: “О люди! Купайтесь по пятницам и наносите немного благовоний на свою одежду”». («Мишкат» Мэтьюза, том i, стр. 120, из хадиса Абу Дауда.)

ВЕЛИКАНЫ. В Коране есть только один намек на великанов, а именно на племя Ад, о которых говорится как о людях «высокого роста» (сура lxxxix. 6), и комментатор Шах Абду-ль-Азиз из Дели говорит, что это были люди ростом не менее двенадцати ярдов. Согласно преданию в «Китабу-ш-Шафа» кази Аяза (стр. 65), Адам был шестьдесят ярдов в высоту. В «Гиясу-ль-Лугат» упоминается великан по имени Удж, который родился во времена Адама и дожил до времен Мусы, период в 3500 лет, и что он был настолько высок, что потоп во времена Нуха доходил ему только до пояса. Существуют предания и истории о великанах, чьи могилы существуют по сей день по всей Азии. Напротив Дома церковной миссии в Пешаваре находится могила длиной девять ярдов, которая пользуется большим почтением как у мусульман, так и у индусов. Де ла Белль в своих «Путешествиях по Персии» (том ii, стр. 89) упоминает несколько таких могил, существующих в Персии. Могилы великанов в Индостане многочисленны.

ГИДЕОН. В Коране явно присутствует путаница в одном отрывке между историей о Сауле, как она там рассказана, и описанием Гидеона, данным в Ветхом Завете, что покажут следующие выдержки:

«И когда Саул выступил со своим войском, он сказал: “Бог испытает вас рекой: тот, кто напьется из нее, не будет из моего отряда; но тот, кто не вкусит ее, кроме как выпив пригоршню воды рукой, будет из моего отряда”. И, за исключением немногих из них, они напились из нее. И когда они перешли ее, он и те, кто уверовал вместе с ним, первые сказали: “У нас нет сегодня силы против Голиафа (Джалута) и его войска”. Но те, кто был уверен, что они должны встретиться с Богом, сказали: “Сколько раз по воле Божьей малочисленный отряд побеждал многочисленный отряд! И Бог — со стойкими”». (Сура ii. 250.)

Сравните это с Судьями vii. 5:

«Он привел народ к воде, и Господь сказал Гедеону: кто будет лакать воду языком своим, как лакает пес, того ставь особо, также и всех тех, которые наклоняются на колени свои пить... Господь сказал: тремястами человек, которые лакали, Я спасу вас и предам Мадианитян в руки твои».

ДАРЫ. Арабское «хиба» (هبة), мн. ч. «хибат». Дарственная. Термин «хиба» на языке мусульманского права означает передачу имущества, совершенную немедленно и без обмена. Тот, кто делает дар, называется «вахиб», или даритель; вещь, которая дарится, — «маухуб»; а лицо, которому она дарится, — «маухуб лаху».

Мухаммад санкционировал отмену дара, когда сказал: «Даритель сохраняет право на свой дар до тех пор, пока не получит за него возврат». Хотя существует другое предание, которое гласит: «Пусть даритель не отменяет свой дар; но пусть отец, если пожелает, отменит свой дар сыну». Аш-Шафии утверждает, что отмена дара не является законной, за исключением случая от отца к сыну. Все ученые согласны с тем, что отмена дара — это мерзость, ибо Мухаммад сказал: «Отмена дара подобна поеданию собственной слюны». Общее мнение заключается в том, что дар чужому человеку может быть отменен, но не дар родственнику. Отмена дара по взаимному согласию сторон должна осуществляться по указу кази, или судьи. («Хидая», том iii, стр. 290.)

ПОЯС. Арабское «нитак» (نطاق). Среди бакташи и нескольких других орденов факиров облачение в пояс является знаком принятия в орден. Бакташи говорят, что Адам был первым, кто носил пояс, который носят они, и после него пятнадцать других пророков носили его по очереди, а именно: Сиф, Нух, Шуайб, Айюб, Юсуф, Ибрахим, Хуша, Юша, Джирджис, Юнус, Салих, Закария, аль-Хидр, Ильяс и Иса. («Дервиши» Брауна, стр. 145.)

ГНОСТИКИ. «Удивительное соответствие между намеками на распятие в Коране и дикими спекуляциями ранних еретиков привело к предположению, что Магомет почерпнул свои представления о христианстве из гностического источника. Но гностицизм исчез из Египта до шестого века, и нет оснований полагать, что он когда-либо закрепился в Аравии. Кроме того, нет никакого сходства между сверхъестественным у гностиков и докетов и рационализмом Корана. Согласно первым, Божество должно быть удалено далеко от грубого соприкосновения со злой материей; и эон Христос, который сошел на Иисуса при Его крещении, должен был вознестись в свои родные пределы до распятия. У Магомета, напротив, Иисус Христос был простым человеком — чудесно рожденным, конечно, — но все же обычным человеком, слугой Всевышнего, как и другие до него. Но хотя нет оснований полагать, что гностические доктрины преподавались Магомету, некоторые странные фантазии этих еретиков, сохранившиеся в сирийском предании, могли дойти до ушей его информаторов (главными из которых, даже по христианским темам, по-видимому, были евреи, вероятно, неспособные отличить еретическую басню от христианского учения) и были ими приняты как вероятный и удобный способ объяснить то, что составляло великий барьер между евреями и христианами». («Жизнь Магомета» Мьюра, новое изд., стр. 161.)

БОГ. Имя Творца Вселенной в Коране — Аллах, это титул, даваемый Всевышнему мусульманами любой расы и языка.

Предполагается, что Аллах происходит от «илах» — божество или бог, с добавлением определенного артикля «аль» — «Аль-илах» — «Бог» — или, согласно некоторым авторитетам, от «лах», т. е. «Аль-лах» — «Тайный». Но Абу Ханифа говорит, что подобно тому, как сущность Бога неизменна, так и Его имя, и что Аллах всегда был именем Вечного Сущего. (См. «Гиясу-ль-Лугат».)

Аллах может быть арабской передачей еврейского «эль» и неиспользуемого корня «ул» — «быть сильным», или от «элоах», единственного числа от «элохим». На персидском и хиндустани это выражается словом «Худа», происходящим от персидского «худ» — сам; самосущий.

Другое слово, очень часто используемое для Всевышнего в Коране, — «Рабб», которое в английских версиях Корана обычно переводится как «Господь». По-видимому, оно занимает относительное положение Иеговы Ветхого Завета и «Кириос» Нового Завета. Мусульмане понимают это слово как «поддерживающий», но, вероятно, оно происходит от еврейского «рабба» — «крепость», или от его корня «раб», который, согласно Гезениусу, означает «множество» или что-либо значительное по размеру или важности.

Титул Аллах называется «Исму-з-Зат», или сущностное имя Бога, в то время как все остальные титулы, включая «Рабб», считаются «Асмау-с-Сифат», или «атрибутами» Божественного Существа. Эти атрибуты называются «аль-Асмау-ль-хусна», или «прекраснейшие имена». Это выражение встречается в Коране (сура vii. 179): «У Бога — прекраснейшие имена, взывайте же к Нему ими». Этот аят комментируется в преданиях, и Абу Хурайра говорит, что Мухаммад сказал: «Воистину, у Бога девяносто девять имен, и кто перечислит их, тот войдет в Рай».

В том же предании эти имена (или атрибуты) приводятся следующим образом:

1. Ar-Raḥmān The Merciful.

2. Ar-Raḥīm The Compassionate.

3. Al-Malik The King.

4. Al-Quddūs The Holy.

5. As-Salām The Peace.

6. Al-Muʾmin The Faithful.

7. Al-Muhaimin The Protector.

8. Al-ʿAzīz The Mighty.

9. Al-Jabbār The Repairer.

10. Al-Mutakabbir The Great.

11. Al-K͟hāliq The Creator.

12. Al-Bārīʾ The Maker.

13. Al-Muṣawwir The Fashioner.

14. Al-G͟haffār The Forgiver.

15. Al-Qahhār The Dominant.

16. Al-Wahhāb The Bestower.

17. Ar-Razzāq The Provider.

18. Al-Fattāḥ The Opener.

19. Al-ʿAlīm The Knower.

20. Al-Qābiẓ The Restrainer.

21. Al-Bāsit̤ The Spreader.

22. Al-K͟hāfiẓ The Abaser.

23. Ar-Rāfiʿ The Exalter.

24. Al-Muʿizz The Honourer.

25. Al-Muzīl The Destroyer.

26. As-Sāmiʿ The Hearer.

27. Al-Baṣīr The Seer.

28. Al-Ḥākim The Ruler.

29. Al-ʿAdl The Just.

30. Al-Lat̤īf The Subtle.

31. Al-K͟habīr The Aware.

32. Al-Ḥalīm The Clement.

33. Al-ʿAz̤īm The Grand.

34. Al-G͟hafūr The Forgiving.

35. Ash-Shakūr The Grateful.

36. Al-ʿAlī The Exalted.

37. Al-Kabīr The Great.

38. Al-Ḥafīz̤ The Guardian.

39. Al-Muqīt The Strengthener.

40. Al-Ḥasīb The Reckoner.

41. Al-Jalīl The Majestic.

42. Al-Karīm The Generous.

43. Ar-Raqīb The Watcher.

44. Al-Mujīb The Approver.

45. Al-Wāsiʿ The Comprehensive.

46. Al-Ḥakīm The Wise.

47. Al-Wadūd The Loving.

48. Al-Majīd The Glorious.

49. Al-Bāʿis̤ The Raiser.

50. Ash-Shahīd The Witness.

51. Al-Ḥaqq The Truth.

52. Al-Wakīl The Advocate.

53. Al-Qawī The Strong.

54. Al-Matīn The Firm.

55. Al-Walī The Patron.

56. Al-Ḥamīd The Laudable.

57. Al-Muḥṣī The Counter.

58. Al-Mubdī The Beginner.

59. Al-Muʿīd The Restorer.

60. Al-Muḥyī The Quickener.

61. Al-Mumīt The Killer.

62. Al-Ḥaiy The Living.

63. Al-Qaiyūm The Subsisting.

64. Al-Wājid The Finder.

65. Al-Majīd The Glorious.

66. Al-Wāḥid The One.

67. Aṣ-Ṣamad The Eternal.

68. Al-Qādir The Powerful.

69. Al-Muqtadir The Prevailing.

70. Al-Muqaddim The Bringing forward.

71. Al-Muʾak͟hk͟hir The Deferrer.

72. Al-Awwal The First.

73. Al-Āk͟hir The Last.

74. Az̤-Z̤āhir The Evident.

75. Al-Bāt̤in The Hidden.

76. Al-Wālī The Governor.

77. Al-Mutaʿālī The Exalted.

78. Al-Barr The Righteous.

79. At-Tauwāb The Accepter of Repentance.

80. Al-Muntaqim The Avenger.

81. Al-ʿAfūw The Pardoner.

82. Ar-Raʾuf The Kind.

83. Māliku ʾl-Mulk The Ruler of the Kingdom.

84. Ẕū ʾl-Jalāli wa ʾl-Ikrām The Lord of Majesty and Liberality.

85. Al-Muqsit̤ The Equitable.

86. Al-Jāmīʿ The Collector.

87. Al-G͟hanī The Independent.

88. Al-Mug͟hnī The Enricher.

89. Al-Muʿt̤ī The Giver.

90. Al-Māniʿ The Withholder.

91. Aẓ-Ẓārr The Distresser.

92. An-Nāfiʿ The Profiter.

93. An-Nūr The Light.

94. Al-Hādī The Guide.

95. Al-Badīʿ The Incomparable.

96. Al-Bāqī The Enduring.

97. Al-Wāris̤ The Inheritor.

98. Ar-Rashīd The Director.

99. Aṣ-Ṣabūr The Patient.

Список либо начинается, либо заканчивается именем Аллах, тем самым завершая число в сто имен, которые обычно произносятся на четках во время церемонии зикра [ЗИКР], а также в свободные минуты набожными мусульманами. Ваххабиты не используют четки, а считают имена на пальцах, что, по их словам, было обычаем Пророка, ибо из преданий следует, что Мухаммад не использовал четки.

Согласно преданиям («Мишкат», книга x, гл. i), Всевышний имеет «возвышенное имя», известное как «Исму-ль-Азам», которое, как передают, Мухаммад назвал либо в суре «Аль-Бакара», второй главе Корана, 158-й аят, либо в суре «Али Имран», третьей главе, первом аяте. Имена Бога, которые встречаются в этих двух аятах, — это «ар-Рахман» («Милостивый»), «ар-Рахим» («Милосердный»), «аль-Хай» («Живой») и «аль-Кайюм» («Сущий»). Однако существует другое предание, из которого следует, что это имя может быть либо «аль-Ахад» («Единый»), либо «ас-Самад» («Вечный»).

Абду-ль-Хакк в своих замечаниях к этим преданиям говорит, что, согласно преданию от Аиши, принято считать, что это великое имя известно только пророкам и другим святым людям. Составитель «Китабу-т-Тарифат» говорит, что это не что иное, как имя Аллах.

Поскольку Пророк сказал, что тот, кто взывает к Богу этим именем, получит все свои желания («Мишкат», книга x, гл. i, ч. 2), различные секты факиров и мистиков тратят много времени на попытки выяснить, что это за имя на самом деле [ДАВА], и человек, который может утверждать, что обрел это тайное знание, обладает большим влиянием на умы суеверных.

Мало сомнений в том, что дискуссия относительно этого возвышенного имени возникла из того обстоятельства, что Мухаммад узнал о факте, что евреи никогда не произносили великое имя Иеговы и говорили о нем как о «великом и страшном имени», «особом имени» Бога.

Атрибуты Бога, выраженные в девяноста девяти именах, делятся на «асмау-ль-джалалия», или атрибуты величия, и «асмау-ль-джамалия», или атрибуты красоты. Такие имена, как «ар-Рахим» («Милосердный»), «аль-Карим» («Добрый») и «аль-Афув» («Прощающий»), относятся к первым; а «аль-Кави» («Сильный»), «аль-Мунтаким» («Мститель») и «аль-Кадир» («Могущественный») — ко вторым.

При молитве к Богу молящемуся принято обращаться к Всевышнему тем именем или атрибутом, к которому он хочет воззвать. Например, если он молится о прощении, он будет обращаться к Богу либо как «аль-Афув» («Прощающий»), либо как «ат-Тавваб» («Принимающий покаяние»).

Вера в существование Бога, Его Единство, Его Абсолютную Силу и в другие сущностные атрибуты Вечного и Всемогущего Существа является важнейшей частью мусульманской религии и, как полагают, выражена в двух частях хорошо известной формулы:

لااله الاالله

Ля иляха илля-ллах.

Нет божества, кроме Аллаха.

Первая часть, «Нет божества», известна как «Нафи», или то, что отвергается, а вторая часть, «кроме Аллаха», как «Исбат», или то, что утверждается; термин «Нафи ва-Исбат» применяется к первым двум частям мусульманской «Калимы», или символа веры.

Учение Мухаммада в его Коране о природе Бога составляет столь важный аспект в изложении ислама, что не требуется никаких извинений для полных и пространных цитат из этой книги по данному предмету.

Следующие аяты расположены в хронологическом порядке согласно списку Джалялю-д-дина ас-Суюти:

Сурату-ль-Ихляс. Глава cxiii.

(Одна из самых ранних глав Корана)

«Скажи: Он — Бог, Единый [Бог],

«Бог, Вечный.

«Он не родил и не был рожден,

«И нет никого равного Ему».

Сурату-ль-Араф. Глава vii. 52.

(Ниспослана в Медине.)

«Воистину, ваш Господь — Бог, который создал небеса и землю за шесть дней: затем Он вознесся на трон. Он покрывает ночью день, который следует за ней по пятам: и Он создал солнце, луну и звезды, подчиненные Его повелению. Разве не Ему принадлежат все творение и повеление? Благословен Бог, Господь миров».

Сурату Марьям. Глава xix. 91–96.

(Ниспослана в Мекке.)

«Они говорят: “Милосердный взял Себе потомство”: Вы совершили нечестивое дело.

«Небеса готовы расколоться от этого, земля — разверзнуться, а горы — пасть вдребезги.

«За то, что они приписали потомство Милосердному, когда не подобает Милосердному иметь потомство.

«Нет никого на небесах и на земле, кто не пришел бы к Милосердному как раб. Он охватил их и пересчитал их точным счетом.

«И каждый из них придет к Нему в день воскресения в одиночестве.

«Воистину, тем, кто уверовал и совершал праведные дела, Милосердный дарует [Свою] любовь».

Сурату-ль-Хиджр. Глава xv. 16–25.

(Ниспослана в Мекке.)

«Мы (Бог) поместили на небе двенадцать знаков Зодиака и украсили их для взирающих созвездиями;

«И Мы охраняли их (с помощью падающих звезд) от каждого проклятого дьявола.

«За исключением того, кто подслушивал украдкой, за которым последовала явная падающая звезда.

«Мы также распростерли землю, бросили на нее твердые горы и произрастили на ней всякие [зеленые растения] в меру.

«И Мы обеспечили вас на ней средствами к жизни, и для тех, кого вы не обеспечиваете;

«И нет ничего, хранилища чего не были бы у Нас, и Мы не ниспосылаем его иначе, как в определенном количестве.

«Мы также посылаем оплодотворяющие ветры, и Мы ниспосылаем воду с неба, и даем вам пить ее; и не вы являетесь ее хранителями.

«И воистину Мы даруем жизнь и смерть, и Мы — наследники всего творения.

«Мы также знаем тех, кто прошел до вас, и Мы знаем тех, кто последует [за вами].

«И воистину твой Господь соберет их вместе: ибо Он — Мудрый, Знающий».

Сурату-ль-Анам. Глава vi. 59–64.

(Ниспослана в Мекке.)

«У Него — ключи сокровенного: никто не знает их, кроме Него: и Он знает все, что на суше и в море, и не падает ни один лист без Его ведома, ни зернышко во мраке земли, ни влажное, ни сухое, чего не было бы [отмечено] в ясной Книге».

«Именно Он забирает ваши души ночью и знает, что вы приобрели за день; затем Он воскрешает вас в нем, чтобы исполнился назначенный срок. Затем к Нему вы вернетесь, и тогда Он поведает вам о том, что вы совершили».

«Он — Верховный над Своими рабами, и Он посылает над вами хранителей, до тех пор, пока к кому-либо из вас не придет смерть, и тогда Наши посланцы забирают его душу, и они не упускают [этого]».

«Затем они возвращены к Богу, их Истинному Владыке. Разве не Ему принадлежит суд? И Он — самый быстрый из тех, кто ведет расчет».

«Скажи: “Кто избавляет вас от мрака суши и моря, когда вы взываете к Нему смиренно и тайно, говоря: ‘Если Ты избавишь нас от этих опасностей, мы непременно будем в числе благодарных’?”»

«Скажи: “Бог избавляет вас от них и от всякой скорби”».

Там же, 95–103:

«Воистину, Бог заставляет прорастать зерно и финиковую косточку: Он выводит живое из мертвого, и Он выводит мертвое из живого. Это — Бог; так почему же вы отвращаетесь?»

«Он заставляет появиться рассвет и установил ночь для отдыха, а солнце и луну — для исчисления времени: это — установление Могущественного, Знающего».

«И именно Он установил для вас звезды, чтобы вы находили по ним путь во мраке суши и моря: Мы ясно показали знамения Нашей мощи людям знающим».

«И именно Он произвел вас из одной души, и есть место покоя и место хранения: Мы ясно показали знамения людям понимающим».

«И именно Он ниспослал воду с неба, и Мы произвели посредством нее ростки всего, и Мы вывели из них зелень, из которой Мы извлекаем зерна, сложенные в колосья; и из пальмы, из ее плодовых ветвей — гроздья фиников, свисающие низко; и сады из винограда, оливы и граната, похожие и непохожие. Взгляните на их плоды, когда они приносят плоды, и на их созревание. Воистину, в этом — знамения для людей верующих».

«Однако они сделали джиннов сотоварищами Богу, хотя Он сотворил их, и без всякого знания они ложно приписали Ему сыновей и дочерей. Пречист Он и превыше того, что они приписывают [Ему]!»

«Он — Творец небес и земли. Как же может быть у Него потомство, когда у Него нет супруги, и Он сотворил всякую вещь и знает всякую вещь?»

«Это — Бог, ваш Господь. Нет бога, кроме Него, Творца всякой вещи: поэтому поклоняйтесь Ему; и Он — хранитель всякой вещи».

«Взоры не постигают Его, а Он постигает взоры: и Он — Добрый, Знающий».

Сура «Бани Исраил». Глава lxvii. 1–4.

(Ниспослана в Мекке.)

«Благословен Тот, в Чьей руке власть, и Он всемогущ;

«Который сотворил смерть и жизнь, чтобы испытать вас, кто из вас лучше по деяниям: и Он — Могущественный, Прощающий:

«Который сотворил семь небес одно над другим. Ты не увидишь в творении Милостивого никакого несоответствия. Но взгляни еще раз на небо. Видишь ли ты какие-нибудь трещины?»

«Затем взгляни еще раз дважды; взор вернется к тебе утомленным и тусклым».

Сура «Аль-Анкабут». Глава xxix. 40–43.

(Ниспослана в Мекке.)

«Притча о тех, кто берет себе покровителей помимо Бога, подобна притче о пауке, который соткал себе жилище; и самое непрочное из жилищ — это жилище паука! Если бы они знали!»

«Воистину, Бог знает, к кому они взывают вместо Него; и Он — Могущественный, Мудрый».

«И эти притчи Мы приводим людям; но никто не понимает их, кроме мудрых».

«Бог сотворил небеса и землю по истине: воистину, в этом — знамение для верующих».

Сура «Аль-Бакара». Глава ii. 157–160.

(Ниспослана в Медине.)

«И ваш Бог — Бог Единственный: нет бога, кроме Него, Милостивого, Милосердного».

«Воистину, в сотворении небес и земли, и в смене ночи и дня, и в кораблях, которые плывут по морю с тем, что полезно людям, и в воде, которую Бог ниспослал с неба, оживив ею землю после ее смерти, и рассеяв на ней всякого рода животных; и в смене ветров, и в облаках, покорных [воле Бога] между небом и землей, — знамения для людей понимающих».

«Однако среди людей есть те, кто берет себе, помимо Бога, идолов, которых они любят, как любят Бога: но те, кто уверовал, сильнее любят Бога, чем эти — своих идолов».

Ib., 256:—

«Бог! Нет бога, кроме Него, Живого, Вседержителя. Не овладевает Им ни дремота, ни сон. Ему принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Кто станет заступаться перед Ним, иначе как с Его дозволения? Он знает то, что было до них, и то, что будет после них, и они не постигают ничего из Его знания, кроме того, что Он пожелает. Его Трон объемлет небеса и землю, и не тяготит Его охрана их. И Он — Высокий, Великий».

Сура «Али Имран». Глава iii. 25.

(Ниспослана в Медине.)

«Скажи: “О Бог, Владыка власти, Ты даруешь власть, кому пожелаешь, и отнимаешь власть, у кого пожелаешь; Ты возвеличиваешь, кого пожелаешь, и унижаешь, кого пожелаешь. В Твоей руке — благо. Воистину, Ты всемогущ».

«Ты вводишь ночь в день, и Ты вводишь день в ночь; и Ты выводишь живое из мертвого, и Ты выводишь мертвое из живого; и Ты даруешь пропитание, кому пожелаешь, без счета».

Сура «Ар-Раад». Глава xiii. 13.

(Ниспослана в Медине.)

«Именно Он показывает вам молнию, [вызывающую] страх и надежду на дождь, и создает тяжелые облака».

«И гром прославляет Его совершенство хвалой Ему; и [также] ангелы — от страха перед Ним. И Он посылает удары грома и поражает ими, кого пожелает, в то время как они спорят о Боге; ибо Он могуч в силе».

Сура «Ан-Ниса». Глава iv. 51.

(Ниспослана в Медине.)

«Воистину, Бог не простит придания Ему сотоварищей, но простит иные грехи, кому пожелает; а кто придает сотоварищей Богу, тот совершил великий грех».

Ниже приводится толкование мусульманского вероучения о существовании и природе Бога, принадлежащее знаменитому ученому-богослову имаму аль-Газали, из его книги под названием «Аль-Максад аль-асна», отрывок из которой Окли перевел из «Specimen Historiæ Arabum» Покока:

«Хвала Богу, Творцу и Восстановителю всех вещей; Который делает все, что Ему угодно, Который является властелином славного трона и могучей силы, и направляет Своих искренних рабов на правый путь и прямую стезю; Который благоволит к тем, кто однажды засвидетельствовал единство, оберегая их исповедания от мрака сомнения и колебания; Который направляет их следовать за Своим избранным посланником, да пребудут с ним благословение и мир Божий; и следовать за его достопочтенными сподвижниками, которым Он даровал Свою помощь и руководство, открывающееся им в Его сущности и действиях через совершенство Его атрибутов, к познанию которых не достигает никто, кроме того, кто был научен через слышание. Им, в отношении Своей сущности, Он дает знать, что Он — один и не имеет сотоварища; единственный, не имеющий ничего подобного Себе; единообразный, не имеющий противоположности; отдельный, не имеющий равного. Он — Древний, не имеющий начала; Вечный, не имеющий истока; пребывающий вечно, не имеющий конца; продолжающийся в вечность, без какого-либо завершения. Он существует, не переставая быть; остается, не исчезая, и никогда не переставал, и никогда не перестанет описываться славными атрибутами, и не подвластен никакому указу, чтобы быть ограниченным какими-либо точными пределами или установленными временами, но Он — Первый и Последний, и Он внутри и снаружи».

(О том, чем Бог не является.) Он, прославлено имя Его, не есть тело, наделенное формой, и не есть субстанция, ограниченная пределами или определяемая мерой; также Он не уподобляется телам, поскольку они могут быть измерены или разделены. Также Он не есть субстанция, и субстанции не существуют в Нем; также Он не есть акциденция, и акциденции не существуют в Нем. Также Он не подобен ничему существующему, и ничто не подобно Ему; также Он не определен в количестве и не охвачен границами, не ограничен различиями в положении и не содержится в небесах. Он восседает на троне тем образом, который Он Сам описал, и в том же смысле, который Он Сам подразумевает, что является восседанием, далеким от любого представления о контакте, или опирании, или локальном положении; но и сам трон, и все, что на нем, поддерживаются благостью Его силы и подвластны хвату Его руки. Но Он выше трона и выше всех вещей, вплоть до самых пределов земли; но Он настолько выше, что в то же время не стал ни на йоту ближе к трону и небу; поскольку Он возвышен на (бесконечные) степени над троном не меньше, чем Он возвышен над землей, и в то же время Он близок ко всему, что имеет бытие; более того, «ближе к человеку, чем их яремная вена, и Он свидетель всему»: хотя Его близость не подобна близости тел, как и Его сущность не подобна сущности тел. Также Он не существует в чем-либо, и ничто не существует в Нем; но Он слишком высок, чтобы содержаться в каком-либо месте, и слишком свят, чтобы быть определенным временем; ибо Он был до того, как были сотворены время и место, и сейчас Он пребывает таким же образом, каким был всегда. Он также отличен от творений Своими атрибутами, и нет ничего, кроме Него самого, в Его сущности, и Его сущность не находится ни в ком другом, кроме Него. Он слишком свят, чтобы быть подверженным изменению или какому-либо локальному движению; также никакие акциденции не пребывают в Нем, и никакие случайности не постигают Его; но Он пребывает через все поколения со Своими славными атрибутами, свободный от всякой опасности исчезновения. Что касается атрибута совершенства, Он не нуждается в добавлении к Своему совершенству. Что касается бытия, Он известен как существующий через постижение разумом; и Он видим таким, какой Он есть, через зрительное созерцание, которое будет даровано по Его милости и благодати святым в вечной обители, завершая их радость видением Его славного присутствия.

(Его сила.) Он, восхвалено имя Его, живой, могущественный, сильный, всемогущий, не подверженный никакому изъяну или бессилию; не дремлющий и не спящий, не подверженный тлену или смерти. Ему принадлежит царство, и сила, и мощь. Его — власть, и превосходство, и творение, и повеление ими. Небеса свернуты в Его правой руке, и все творения покоятся в Его хвате. Его превосходство состоит в Его творении и производстве, а Его единство — в сообщении бытия и начала существования. Он сотворил людей и их деяния, и отмерил их пропитание и их определенные сроки. Ничто, что возможно, не может ускользнуть от Его хвата, и превратности вещей не могут избежать Его силы. Эффекты Его мощи бесчисленны, а объекты Его знания бесконечны.

(Его знание.) Он, восхвалено имя Его, знает все вещи, которые могут быть поняты, и объемлет все, что происходит, от пределов земли до высочайших небес. Даже вес муравья не мог бы ускользнуть от Него ни на земле, ни на небе; но Он воспринял бы ползание черного муравья темной ночью по твердому камню и различил бы движение атома в открытом воздухе. Он знает то, что скрыто, и скрывает это, и видит замыслы умов, и движения мыслей, и самые сокровенные тайны, знанием древним и вечным, которое никогда не переставало быть Его атрибутом от вечной вечности, а не каким-либо новым знанием, добавленным к Его сущности, будь то присущим или привходящим.

(Его воля.) Он, восхвалено имя Его, желает, чтобы те вещи, которые есть, были, и распоряжается всеми случайностями. Ничто не происходит в империи, ни в царстве, ни малое, ни большое, ни незначительное, ни великое, ни доброе, ни злое, ни полезное, ни вредное, ни вера, ни неверие, ни знание, ни невежество, ни процветание, ни невзгоды, ни приумножение, ни убыль, ни послушание, ни бунт, кроме как по Его определенному совету и указу, и Его окончательному приговору и воле. И ни подмигивание того, кто видит, ни тонкость того, кто мыслит, не выходят за пределы Его воли; но именно Он дал всем вещам их начало; Он — творец и восстановитель, единственный вершитель того, что Ему угодно; нет отмены Его указу и нет отсрочки тому, что Он определил, и нет человеку убежища от его бунта против Него, кроме как Его помощь и милость; и никто не имеет силы исполнить какой-либо долг перед Ним, кроме как через Его любовь и волю. Хотя люди, джинны, ангелы и дьяволы сговорились бы вместе, чтобы либо привести в движение один единственный атом, либо заставить его прекратить движение, без Его воли и одобрения, они не смогли бы этого сделать. Его воля пребывает в Его сущности среди остальных Его атрибутов и была от вечности одним из Его вечных атрибутов, посредством которого Он желал от вечности существования тех вещей, которые Он определил, которые были произведены в свои надлежащие сроки согласно Его вечной воле, без какого-либо «до» или «после», и в согласии как с Его знанием, так и с волей, и не путем систематизации мыслей, и не ожиданием надлежащего времени, по какой причине ни одна вещь не является в Нем помехой для другой.

(Его слух и зрение.) И Он, восхвалено имя Его, слышащий и видящий, и слышит, и видит. Никакой слышимый объект, как бы тихо он ни звучал, не ускользает от Его слуха; и ничто видимое не является настолько малым, чтобы ускользнуть от Его зрения; ибо расстояние не является помехой для Его слуха, а тьма — для Его зрения. Он видит без зрачка или века и слышит без какого-либо прохода или уха, точно так же, как Он знает без сердца и совершает Свои действия без помощи какой-либо телесной конечности, и творит без какого-либо инструмента, ибо Его атрибуты (или свойства) не подобны человеческим, так же как Его сущность не подобна их сущности.

(Его слово.) Более того, Он говорит, повелевает, запрещает, обещает и угрожает вечным, древним словом, пребывающим в Его сущности. Оно не подобно слову творений и не состоит из голоса, возникающего от движения воздуха и столкновения тел, или букв, которые разделяются соединением губ или движением языка. Коран, Закон, Евангелие и Псалтирь — это книги, ниспосланные Им Своим апостолам, и Коран, действительно, читается языками, пишется в книгах и хранится в сердцах: однако, как пребывающий в сущности Бога, он не становится подверженным разделению и делению, пока он переносится в сердца и на бумагу. Таким образом, Муса также слышал Слово Божье без голоса или буквы, точно так же, как святые созерцают сущность Бога без субстанции или акциденции. И поскольку это Его атрибуты, Он живет и знает, является могущественным, желает и действует, видит и говорит, посредством жизни и знания, и воли, и слуха, и зрения, и слова, а не посредством Своей простой сущности.

(Его дела.) Он, восхвалено имя Его, существует таким образом, что ничто, кроме Него, не имеет бытия, кроме того, что произведено Его действием и исходит из Его справедливости по самой лучшей, самой превосходной, самой совершенной и самой справедливой модели. Он, более того, мудр в Своих делах и справедлив в Своих указах. Но Его справедливость не следует сравнивать со справедливостью людей. Ибо можно предположить, что человек действует несправедливо, вторгаясь во владение другого; но никакая несправедливость не может быть приписана Богу, поскольку нет ничего, что принадлежало бы кому-либо другому, кроме Него самого, так что зло не может быть вменено Ему как вмешательство в дела, не относящиеся к Нему. Все вещи, кроме Него самого, джинны, люди, дьявол, ангелы, небо, земля, животные, растения, субстанция, акциденция, умопостигаемое, чувственное — все были созданы изначально Им. Он сотворил их Своей силой из чистого небытия и вывел их на свет, когда они еще были ничем, но Он один существовал от вечности, и не было никого другого с Ним. Теперь Он сотворил все вещи в начале для проявления Своей силы, и Своей воли, и подтверждения Своего слова, которое было истинным от всей вечности. Не то чтобы Он нуждался в них или хотел их; но Он явно провозгласил Свою славу в творении и производстве, и повелении, не будучи ничем обязанным и не по необходимости. Любящая доброта, проявление благосклонности и благодати, и благодеяние принадлежат Ему; тогда как в Его власти излить на людей множество мучений и поразить их различными видами скорбей и болезней, что, если бы Он сделал, Его справедливость не могла бы быть оспорена, и Он не был бы обвинен в несправедливости. Тем не менее, Он вознаграждает тех, кто поклоняется Ему за их послушание, по причине Своего обещания и благодеяния, а не по их заслугам или по необходимости, поскольку нет ничего, что Он был бы обязан исполнить; и никакая несправедливость не может быть предположена в Нем, и Он не может быть обязанным какому-либо лицу вообще. То, что Его творения, однако, должны быть обязаны служить Ему, проистекает из того, что Он провозгласил устами пророков, что это причитается Ему от них. Поклонение Ему — это не просто диктат разума, но Он послал посланников, чтобы донести до людей Свои повеления, и обещания, и угрозы, чью правдивость Он доказал явными чудесами, посредством чего люди обязаны верить им в тех вещах, которые они рассказывают».

В число атрибутов Бога, как они даны в Его девяноста девяти титулах или именах, входят «Хафт сифат», или Семь Атрибутов; Мухаммад аль-Баркави выразил их следующим образом:

(1) «Хаят», или Жизнь. Бог Всевышний — единственный, кому следует поклоняться. У Него нет ни сотоварища, ни равного. Он свободен от несовершенств человечества. Он не рожден и не рождает. Он невидим. Он без фигуры, формы, цвета или частей. Его существование не имеет ни начала, ни конца. Он неизменен. Если Он пожелает, Он может уничтожить мир в мгновение ока и, если Ему будет угодно, воссоздать его в одно мгновение. Ничто не трудно для Него, будь то создание мухи или семи небес. Он не получает ни прибыли, ни убытка от того, что может произойти. Если бы все неверные стали верующими, а все нерелигиозные — благочестивыми, Он не получил бы никакой выгоды. С другой стороны, если бы все верующие стали неверными, Он не понес бы никакого убытка.

(2) «Ильм», или Знание. Он обладает знанием обо всех вещах, скрытых или явных, будь то на небесах или на земле. Он знает число листьев на деревьях, зерен пшеницы и песка. События прошлого и будущего известны Ему. Он знает, что входит в сердце человека и что он произносит своими устами. Только Он, за исключением тех, кому Он открыл их, знает невидимые вещи. Он свободен от забывчивости, небрежности и ошибки. Его знание вечно: оно не является последующим по отношению к Его сущности.

(3) «Кудра», или Сила. Он Всемогущ. Если Он пожелает, Он может воскресить мертвых, заставить камни говорить, деревья ходить, уничтожить небеса и землю и воссоздать из золота или серебра тысячи подобных тем, что были разрушены. Он может перенести человека в мгновение ока с востока на запад, или с запада на восток, или на седьмое небо. Его сила вечна a priori и a posteriori. Она не является последующей по отношению к Его сущности.

(4) «Ирада», или Воля. Он может делать то, что желает, и все, что Он желает, сбывается. Он не обязан действовать. Все, доброе или злое, в этом мире существует по Его воле. Он желает веры верующего и благочестия религиозного человека. Если бы Он изменил Свою волю, не было бы ни истинного верующего, ни благочестивого человека. Он желает также неверия неверующего и нерелигиозности нечестивца, и без этой воли не было бы ни неверия, ни нерелигиозности. Все, что мы делаем, мы делаем по Его воле: то, чего Он не желает, не происходит. Если кто-то спросит, почему Бог не желает, чтобы все люди верили, мы ответим: «Мы не имеем права спрашивать о том, что Бог желает и делает. Он совершенно свободен желать и делать то, что Ему угодно». В создании неверующих, в желании, чтобы они оставались в этом состоянии; в создании змей, скорпионов и свиней: в желании, короче говоря, всего, что есть зло, Бог имеет мудрые цели, которые нам не обязательно знать. Мы должны признать, что воля Бога вечна и что она не является последующей по отношению к Его сущности.

(5) «Сам», или Слух. Он слышит все звуки, тихие или громкие. Он слышит без уха, ибо Его атрибуты не подобны человеческим.

(6) «Басар», или Зрение. Он видит все вещи, даже шаги черного муравья на черном камне темной ночью; однако у Него нет глаза, как у людей.

(7) «Калам», или Речь. Он говорит, но не языком, как люди. Он говорит с некоторыми из Своих рабов без вмешательства другого, точно так же, как Он говорил с Мусой и с Мухаммадом в ночь вознесения на небо. Он говорит с другими посредством Гавриила, и это обычный способ, которым Он доносит Свою волю до пророков. Из этого следует, что Коран — это слово Божье, и оно вечно и несотворенно. (Сейл, «Вера ислама».)

Что касается мусульманской веры в Верховное Существо, г-н Палгрейв, известный восточный путешественник, выражается следующим образом:

«“Нет бога, кроме Бога” — это слова, которые на английском языке просто равносильны отрицанию любого божества, кроме одного единственного; и именно это они, безусловно, означают на арабском языке, но они подразумевают также гораздо большее. Их полный смысл заключается не только в том, чтобы абсолютно и безоговорочно отрицать всякую множественность, будь то природы или личности, в Верховном Существе, не только в том, чтобы утвердить единство Нерождающего и Нерожденного во всей Его простой и непередаваемой Единственности; но, кроме этого, слова на арабском языке и среди арабов подразумевают, что это одно Верховное Существо является также единственным Деятелем, единственной Силой, единственным Актом, существующим во всей вселенной, и не оставляют всем остальным существам, материи или духу, инстинкту или интеллекту, физическому или моральному, ничего, кроме чистой безусловной пассивности, одинаково в движении или в покое, в действии или в способности. Единственная сила, единственный двигатель, движение, энергия и дело — это Бог; остальное — это полная инерция и простая инструментальность, от высочайшего архангела до простейшего атома творения. Следовательно, в этом одном предложении суммируется система, которую, за неимением лучшего названия, мне позволено назвать пантеизмом Силы, или Акта, таким образом исключительно приписанным Богу, Который поглощает все это, осуществляет все это и Которому одному это может быть приписано, будь то для сохранения или для разрушения, для относительного зла или для столь же относительного добра. Я говорю “относительного”, потому что ясно, что в такой теологии не остается места для абсолютного добра или зла, разума или экстравагантности, все сокращено в автократической воле Одного великого Деятеля: “sic volo, sic jubeo, stet pro ratione voluntas”; или, что еще более значимо, на арабском языке “Kema yeshao” (ka-mā yashāʾu), “как Он желает этого”, цитируя постоянно повторяющееся выражение Корана».

«Таким образом, неизмеримо и вечно возвышенный над всеми творениями и отличный от них, которые лежат перед Ним на одной общей плоскости инструментальности и инертности, Бог есть Един в совокупности всемогущего и вездесущего действия, которое не признает никакого правила, стандарта или предела, кроме Его собственной единственной и абсолютной воли. Он ничего не сообщает Своим творениям, ибо их кажущаяся сила и акт всегда остаются только Его, и в ответ Он не получает от них ничего; ибо кем бы они ни были, они являются таковыми в Нем, Им и только от Него. И, во-вторых, никакое превосходство, никакое различие, никакое преимущество не может быть законно заявлено одним творением над другим в полной уравниловке их исключительного рабства и унижения; все они одинаково инструменты одной единственной Силы, которая использует их, чтобы сокрушать или приносить пользу, для истины или для заблуждения, для чести или позора, для счастья или страдания, совершенно независимо от их индивидуальной пригодности, заслуг или выгоды, а просто потому, что “Он желает этого” и “как Он желает этого”».

«Можно было бы на первый взгляд подумать, что этот огромный Автократ, эта неконтролируемая и несимпатизирующая Сила была бы далеко выше чего-либо подобного страстям, желаниям или склонностям. Однако это не так, ибо Он имеет по отношению к Своим творениям одно главное чувство и источник действия, а именно ревность к ним, чтобы они, возможно, не приписали себе что-то из того, что принадлежит только Ему, и тем самым не посягнули на Его всепоглощающее царство. Следовательно, Он всегда более склонен наказывать, чем вознаграждать, причинять боль, чем даровать удовольствие, разрушать, чем созидать. Его исключительное удовлетворение состоит в том, чтобы позволить сотворенным существам постоянно чувствовать, что они не что иное, как Его рабы, Его инструменты, и притом презренные инструменты, чтобы таким образом они могли лучше признать Его превосходство и знать Его силу как стоящую выше их силы, Его хитрость выше их хитрости, Его волю выше их воли, Его гордость выше их гордости; или, скорее, что нет никакой силы, хитрости, воли или гордости, кроме Его собственной».

«Но Он Сам, бесплодный в Своей недоступной высоте, не любящий и не наслаждающийся ничем, кроме Своего собственного и самоизмеренного указа, без сына, сотоварища или советника, не менее бесплоден Сам по Себе, чем для Своих творений, и Его собственная бесплодность и одинокий эгоизм в Самом Себе является причиной и правилом Его безразличного и невнимательного деспотизма вокруг. Первая нота — это ключ всей мелодии, и первоначальная идея Бога проходит через всю систему и вероучение, которые центрируются в Нем, и видоизменяет их».

«То, что представленное здесь понятие Божества, каким бы чудовищным и богохульным оно ни казалось, является именно и буквально тем, что Коран передает или намеревается передать, я в настоящее время принимаю как должное. Но то, что это действительно так, никто, кто внимательно прочитал и обдумал арабский текст (ибо простого беглого чтения, особенно в переводе, будет недостаточно), не может усомниться. Фактически, каждая фраза предыдущих предложений, каждое прикосновение в этом отвратительном портрете было взято, насколько мне позволяли мои способности, слово в слово, или, по крайней мере, смысл в смысл, из “Книги”, вернейшего зеркала ума и сферы деятельности ее автора».

«И то, что таковым в действительности был ум и идея Мухаммада, полностью подтверждается свидетельским языком современной традиции. Об этом у нас есть много аутентичных образцов: “Сахих”, “Комментарий Бейдави” (аль-Байдави), “Мишкат аль-Масабих” и пятьдесят подобных работ дают достаточное свидетельство по этому вопросу. Но для пользы моих читателей в целом, все из которых, возможно, не пили одинаково глубоко из источников исламской догмы, я добавлю образец, известный, возможно, многим востоковедам, но слишком характерный, чтобы быть здесь опущенным, повторение которого я выносил бесчисленное количество раз от восхищающихся и одобряющих ваххабитов в Неджде».

«“Соответственно, когда Бог” — так гласит традиция: я лучше сказал бы, богохульство — “решил создать человеческий род, Он взял в Свои руки массу земли, ту самую, из которой все человечество должно было быть сформировано, и в которой они после некоторого образа пресуществовали; и, разделив ком на две равные части, Он бросил одну половину в ад, сказав: ‘Эти — в вечный огонь, и мне все равно’; и спроецировал другую половину в рай, добавив: ‘а эти — в Рай, мне все равно’”. (См. “Мишкат аль-Масабих”, Бабу аль-Кадр.)»

«Комментарий здесь был бы излишним. Но в этом перед нами адекватная идея предопределения, или, чтобы дать ей более верное имя, пред-осуждения, удерживаемая и преподаваемая в школе Корана. Рай и ад сразу же полностью независимы от любви или ненависти со стороны Божества, и от заслуг или недостатков, от доброго или злого поведения со стороны творения; и, в соответствующей теории, справедливо так, поскольку сами действия, которые мы называем добрыми или заслуживающими порицания, правильными или неправильными, злыми или добродетельными, по своей сущности все являются одним и от одного, и, соответственно, не заслуживают ни похвалы, ни порицания, ни наказания, ни вознаграждения, кроме как просто после произвольной оценки, которую всерегулирующая воля великого деспота может пожелать назначить или вменить им. Одним словом, Он сжигает одного индивидуума через всю вечность среди раскаленных цепей и морей расплавленного огня, а другого сажает в полное наслаждение вечного борделя между сорока небесными наложницами, просто и одинаково для Своего собственного удовольствия, и потому что Он желает этого».

«Люди, таким образом, все на одном общем уровне, здесь и в будущем, в своем физическом, социальном и моральном свете — уровне рабов одного единственного Господина, инструментов одного универсального Деятеля. Но процесс уравнивания не останавливается здесь: звери, птицы, рыбы, насекомые — все участвуют в той же чести или унижении; все они, как и человек, являются рабами Бога, инструментами и автоматами Его воли; и поэтому Мухаммад просто логичен и последователен, когда в Коране он сообщает своим последователям, что птицы, звери и остальные — это “нации”, подобные им самим, и никакое внутреннее различие не существует между ними и человеческим видом, кроме того случайного разнообразия, которое “Царь, Гордый, Могущественный, Гигант” и т. д., как он называет своего Бога, мог пожелать сделать, просто как Он желал этого, и до тех пор, пока Он может желать этого».

«Однако, если кто-то считает себя обиженным такой ассоциацией, он может утешиться, размышляя о том, что, с другой стороны, ангелы, архангелы, джинны, дьяволы и любые другие духовные существа, которые могут существовать, находятся не менее на его уровне также; и что если он сам не лучше верблюда, он, однако, не хуже Гавриила или любого серафима. И затем, над всем и выше всего, “Нет бога, кроме Бога”». (Central and Eastern Arabia, vol. i. p. 365.)

ГОГ И МАГОГ. Арабское «Яджудж ва Маджудж», также пишется «Маджудж ва Яджудж» (ياجوج و ماجوج). Варварский народ Центральной Азии, возможно, туркмены, которые в Коране представлены как творящие зло на земле во дни Зуль-Карнайна (или Александра). См. суру xviii. 93–97:

«Они сказали: “О Зуль-Карнайн! Воистину, Гог и Магог разоряют эту землю; не заплатить ли нам тебе дань, чтобы ты воздвиг вал между нами и ими?”»

«Он сказал: “Лучше, чем ваша дань, — та мощь, которой укрепил меня мой Господь; но помогите мне усердно, и я установлю преграду между вами и ими».

«Принесите мне блоки железа», — пока оно не заполнило пространство между горными склонами — «Раздувайте», — сказал он, — «ваши мехи», — пока он не сделал его красным от жара (огня), он сказал: — «Принесите мне расплавленную медь, чтобы я мог вылить ее на него».

«И Гог и Магог не смогли взобраться на него, и не смогли прокопать его».

«Это», — сказал он, — «милость от моего Господа».

They are also spoken of in Sūrah xxi. 95, 96, as a people who shall appear in the last days:—

«Существует запрет на каждый город, который Мы разрушили, что они не восстанут снова»,

«Пока не будет открыт путь для Гога и Магога, и они будут спешить с каждой возвышенности».

Аль-Байдави говорит, что Яджудж и Маджудж — это два племени, происходящие от Иафета, сына Нуха, а некоторые говорят, что Яджудж принадлежат к тюркам, а Маджудж — к джилам. (Ср. Иезекииль xxxviii. 2; xxxix. 1; Откр. xvi. 14; xx. 8.)