«Пересмотр пересмотра: Критика нового греческого текста Нового Завета»

(2) Варнава имеет точно такую же аллюзивную ссылку на спорные слова, которая, по-видимому, показывает, что он должен был читать Θεὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί: а именно Ἰησοῦς ... ὁ υἱὸς τοῦ Θεοῦ τύπῳ καὶ ἐν σαρκὶ φανερωθείς (Иисус... Сын Божий, в образе и во плоти явленный). — (3) Ипполит в двух случаях еще более недвусмысленно ссылается на это чтение. Однажды, доказывая, что Христос есть Бог, он говорит: Οὗτος προελθὼν εἰς κόσμον Θεὸς ἐν σώματι ἐφανερώθη (Сей, придя в мир, Бог во плоти явился); и снова, в очень похожем отрывке, который Феодорит цитирует из утраченного труда того же Отца о Псалмах: Οὗτος ὁ προελθὼν εἰς τὸν κόσμον, Θεὸς καὶ ἄνθρωπος ἐφανερώθη (Сей, придя в мир, Бог и человек явился). — (4) Григорий Чудотворец (если это действительно он), по-видимому, также прямо ссылается на это место, когда говорит (в отрывке, цитируемом Фотием): καὶ ἔστι Θεὸς ἀληθινὸς ὁ ἄσαρκος ἐν σαρκὶ φανερωθείς (и есть Бог истинный, бестелесный, во плоти явленный). — Далее, (5) в Апостольских постановлениях мы встречаем выражение: Θεὸς Κύριος ὁ ἐπιφανεὶς ἡμῖν εν σαρκί (Бог Господь, явившийся нам во плоти).

[pg 464] И когда (6) Василий Великий [377 г. по Р.Х.], написав жителям Созополя, чью веру атаковали ариане, замечает, что такое учение «ниспровергает спасительное Домостроительство Господа нашего Иисуса Христа», и, смешивая Рим. xvi. 25, 26 с «великой тайной» 1 Тим. iii. 16 — (чтобы дать себе возможность рассмотреть труд нашего Спасителя для Его Церкви в древние дни) — а именно: «После всего этого, в конце дней, αὐτὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί, γενόμενος ἐκ γυναικός» (Сам Он явился во плоти, родившись от жены) — кто станет отрицать, что такой человек, вероятно, нашел в копии перед собой не ὅς и не ὅ, а Θεός?

Я счел долгом для проводимого мною исследования выделить особое место вышеприведенным свидетельствам — каковы бы они ни были — Игнатия, Варнавы, Ипполита, Григория Чудотворца, Апостольских постановлений и Василия. Но я не буду строить на таких основаниях. Позвольте мне продолжить тем, что неоспоримо.

[k] Свидетельство Кирилла Александрийского.

Далее, Кирилл Александрийский, которого вы отказываетесь принять как свидетеля в пользу Θεός. Вы готовы, надеюсь, подчиниться логике фактов?

В трактате, адресованном императрицам Аркадии и Марине, Кирилл берется доказать, что наш Господь есть истинный и вечный Бог. Его метод состоит в том, чтобы установить несколько кратких тезисов, направленных к этой одной цели, цитируя из различных книг Н.З. основные тексты, которые служат его цели. Вскоре (а именно на стр. 117) он объявляет своим тезисом: «Вера во Христа как Бога»; и когда он доходит до 1 Тимофею, он цитирует iii. 16 полностью; рассуждает о нем и указывает, что здесь говорится о Θεὸς ἐν σαρκί. В этой цитате, которая не обнаруживает существенного разночтения, не может быть никаких сомнений; цитата, которую Евфимий Зигабен воспроизводит в своей «Паноплии» и которую К. Ф. Маттеи с болезненной точностью отредактировал из этого источника. — Еще раз. В недавно найденном трактате Кирилла 1 Тим. iii. 16 снова цитируется полностью с Θεός — с последующим замечанием, что «наша природа была оправдана Богом, явленным в Нем». Я действительно не вижу, как вы хотели бы, чтобы Кирилл более отчетливо признал Θεὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί как чтение 1 Тим. iii. 16.

Вас просят заметить, что, дабы предотвратить придирки, я воздерживаюсь от того, чтобы строить доказательства на двух других знаменитых местах в сочинениях Кирилла, где свидетельства в пользу чтения Θεός примерно уравновешены соответствующим количеством свидетельств, обнаруженных в пользу чтения ὅς. Не то чтобы контекст не делал ясным, что Θεός должно было быть словом Кирилла в обоих случаях. Пусть читатель сам будет судьей:

(1) В трактате, адресованном императрицам Евдокии и Пульхерии, Кирилл цитирует 1 Тим. iii. 16 «in extenso» (полностью). «Если», — начинает он, — «Слово, будучи Богом, могло, как говорят, вселиться в человеческую природу (ἐπανθρωπῆσαι), не переставая при этом быть Богом, но оставаясь навсегда тем, чем Он был прежде, — тогда велика, поистине, тайна благочестия». Он продолжает в том же духе довольно долго. Далее (2) то же место из Тимофея цитируется столь же полно в «Explanatio xii. capitum» Кирилла: где не только тезис, но и контекст принуждают к убеждению, что Кирилл написал Θεός: «Что же означает “явился во плоти”? Это означает, что Слово Бога Отца стало плотью... Таким образом, следовательно, мы говорим, что Он был и Богом, и Человеком... Так», — заключает Кирилл, — «Он есть Бог и Господь всего».

Но, как сказано выше, я не предлагаю основывать свое дело ни на одном из этих отрывков, а на тех двух других местах, относительно которых не существует разногласий в традиции относительно чтения. Должны ли отрывки, в которых чтение достоверно, определять чтение отрывков, относительно которых свидетельства примерно уравновешены; не следует ли в сомнительных случаях позволить требованиям контекста склонить чашу весов — я воздерживаюсь от исследования. Я стою на том, что ясно и неоспоримо. С другой стороны, вам брошен вызов привести хотя бы один пример у Кирилла «μυστήριον; ὅς ἐφανερώθη», где чтение не было бы в равной степени уравновешено «μυστήριον Θεός». И (как уже объяснялось) конечно, ничего не дает в пользу ὅς то, что Кирилл иногда может сказать, что «тайна», о которой здесь говорится, есть Христос, который «явился во плоти» и т.д. Человек, перед которым нет ничего, кроме А.В. «Textus Receptus», мог бы точно так же сказать это. См. выше, стр. 427–8.

Мне небезызвестна некая краткая схолия, которую критики свободно приводят в доказательство того, что Кирилл написал ὅς (а не Θεός), и которая, в том виде, как они ее цитируют (а именно настолько искалеченной, чтобы эффективно скрыть ее смысл), безусловно, кажется выразительной в своем свидетельстве. Но все это ошибка. Правильно понятая, упомянутая схолия вообще не дает никакого свидетельства — как я и собираюсь объяснить. Единственное удивление вызывает то, что такие критики, как Бентли, Ветштейн, Бирч, Тишендорф или даже Трегеллес, не увидели этого сами.

Автор (будь то Фотий или кто-то другой) настаивает на абсолютном освобождении нашего Господа от греха, хотя ради нас Он стал истинным Человеком. В поддержку этого он цитирует Ис. liii. 9 (или, скорее, 1 Пет. ii. 22): «Который не сделал греха, и не было найдено лести в устах Его». «Св. Кирилл», — продолжает он, — «в 12-й главе своих Схолий говорит: “Который явился во плоти, оправдан был в Духе”; ибо Он никоим образом не был подвержен нашим немощам» и так далее. Теперь каждый должен с первого взгляда увидеть, что совершенно неверно понимать дело так, будто в задачу схолиаста в том, что предшествует, входит привлечение внимания к столь нерелевантному обстоятельству, что Кирилл начал свою цитату из 1 Тим. iii. 16 с ὅς вместо Θεός. Как заметил Уотерленд Берриману 150 лет назад, единственной целью схолиаста было показать, как Кирилл истолковывал выражение «оправдан был в Духе». Совершенно вводящим в заблуждение является цитирование только первой строки, начинающейся с ὅς и заканчивающейся на πνεύματι, как это неизменно делают критики. Пункт, которому таким образом уделяется исключительное внимание, был для комментатора совершенно неважным. Он цитирует из «Scholia de Incarnatione Unigeniti» Кирилла в предпочтение любому другому из сочинений Кирилла по совершенно иной причине. И все же это — (а именно предполагаемая замена Кириллом ὅς на Θεός) — по мнению критиков, единственное, что схолиаст желал зафиксировать.

Тем временем, обратившись к месту у Кирилла, мы делаем важное открытие. Поскольку греческий текст упомянутой схолии утрачен, мы зависим в знании ее содержания от латинского перевода Мария Меркатора, современника Кирилла. И в этом переводе не обнаруживается ни следа ὅς, ни ὅ. Цитата из Тимофея начинается внезапно с ἐφανερώθη. Латынь такова: «Divinus Paulus magnum quidem ait esse mysterium pietatis. Et vere ita se res habet: manifestatus est enim in carne, cum sit Deus Verbum» (Божественный Павел говорит, что велика тайна благочестия. И поистине так оно и есть: ибо Он явился во плоти, будучи Богом Словом). Предполагаемое враждебное свидетельство с этой стороны, следовательно, оказывается несуществующим. Перехожу дальше.

[pg 469] [l] Аргумент e silentio (от молчания) рассмотрен.

Аргумент e silentio — (самый ненадежный из всех аргументов) — не был обойден вниманием. — «Но мы не можем остановиться здесь», — говорите вы: — «Ветштейн давно заметил, что Кирилл не приводит этот текст, когда приводит Рим. ix. 5 в ответ на утверждение, которое он цитирует из Юлиана, что св. Павел никогда не употреблял слово Θεός по отношению к нашему Господу». Что ж, но и Григорий Нисский не приводит этот текст, когда пишет трактат, специально направленный на доказательство Божества Сына и Святого Духа. «Grave est» (Это серьезно), — говорит Тишендорф. Нет, вовсе не «grave», отвечаю я: но серьезно это или нет, то, что Григорий Нисский читал Θεός в этом месте, по крайней мере, достоверно. Что касается Ветштейна, вам уже напоминали, что «ubi de Divinitate Christi agitur, ibi profecto sui dissimilior deprehenditur» (когда речь идет о Божестве Христа, он, безусловно, оказывается непохожим на самого себя). Изучите место у Кирилла Александрийского сами, читая последовательно от стр. 327 a до стр. 333 b. Еще лучше прочтите — уделяя особое внимание его библейским доказательствам — два трактата Кирилла «De rectâ Fide» (О правой вере). Но, по сути, обратите внимание на метод Афанасия, Василия или кого угодно еще; и вы быстро убедитесь, что аргумент e silentio почти бесполезен в подобных случаях.

[pg 470] Некоторые из критиков поспешили к выводу, что другой Кирилл не мог быть знаком с Мк. xvi. 19 (и, следовательно, с «последними двенадцатью стихами» его Евангелия), потому что, когда в своих Огласительных поучениях он доходит до «Воскресения», «Вознесения» и «Седения одесную», — он не цитирует Мк. xvi. 19. И все же — (как было показано в другом месте и, по сути, причина указана самим Кириллом) — это только потому, что накануне, в воскресенье, Кирилл Иерусалимский подробно остановился на библейских доказательствах этих величественных истин (а именно Мк. xvi. 19, Лк. xxiv. 51, Деян. i. 9); и поэтому не хотел повторять перед той же аудиторией то, что он так недавно изложил.

Но действительно — (замечание стоит сделать мимоходом) — многие из наших современных критиков, кажется, забывают, что еретики, с которыми Афанасий, Василий, Григории и т.д. были в основном в конфликте, отнюдь не отрицали Божество нашего Господа. Ариане и аполлинаристы одинаково признавали, что Христос есть Бог. Это, по сути, уже было указано. Совершенно иначе выражались бы древние Отцы, если бы могли вообразить то бедственное использование, которое через 1500 лет извратят умы их писаний — поразительные выводы, которые они предложат извлечь из их самого молчания. Я не могу углубляться в эту тему здесь.

[m] История о Македонии. Его свидетельство.

Следует сказать несколько слов о Македонии II, патриархе Константинопольском [496–511 гг. по Р.Х.], о котором абсурдно заявляли, что он был изобретателем чтения, за которое я ратую. Я указывал по другому поводу, что из этого самого обстоятельства (насколько оно верно) следовало бы, что Македоний «есть свидетель в пользу Θεός — поневоле».

Вместо того чтобы согласиться с этим (что, безусловно, является самоочевидным положением!) или опровергнуть его, вы берете на себя труд заново начистить, как если бы это была новинка, заплесневелый и глупый вымысел, распространяемый Либератом Карфагенским, что Македоний был изгнан со своей кафедры императором Анастасием за фальсификацию 1 Тим. iii. 16. Эту разоблаченную басню вы предваряете объявлением «примечательным фактом», что «это было твердым убеждением латинских писателей еще в VI веке, что чтение этого отрывка было испорчено греками». Как вы извлекаете свой «примечательный факт» из своей посылки — «твердое убеждение латинских писателей» из неясного слуха [«dicitur»], подтвержденного единственным лицом, — я не вижу. Но оставим это.

«История показывает», — продолжаете вы, — «что латиняне в VI веке верили, что ὅς является чтением более старых греческих рукописей, и рассматривали Θεός как ложное чтение, сделанное из него». (стр. 69.) — Владыка епископ, я осмелюсь заявить, что история не показывает ничего подобного. Латиняне в VI (и любом другом) веке верили, что не ὅς, а ὅ было правильным чтением греческого текста в этом месте. Их вера по этому предмету, однако, не имеет никакого отношения к истории перед нами. Либерат был не глашатаем «латинян VI» (или любого другого минувшего) «века», а (как указывает еп. Пирсон) необычайно плохо информированным архидиаконом Карфагенским; который, если бы он приложил хоть немного усилий к предмету, узнал бы, что Македоний [511 г. по Р.Х.] был изгнан со своей епископской кафедры вовсе не по той причине, которую он указывает. Если, однако, в этой истории была хоть доля правды — а именно, что одним из обвинений, выдвинутых против Македония, было то, что он испортил Писание, и, в частности, что он изменил ὅς на Θεός в 1 Тим. iii. 16, — то, безусловно, самым очевидным из всех выводов было бы то, что Θεός был найден в копиях Посланий св. Павла, изданных архиепископской властью в Константинополе между 496 и 511 гг. по Р.Х. По меньшей мере — Македоний своими писаниями или речами, безусловно, своим влиянием, должен был показать себя сторонником Θεός (не ὅς) ἐφανερώθη. Иначе с каким видом разумности могло быть выдвинуто против него обвинение? «Я полагаю», — говорит наш ученый д-р Джон Милл, — «что басня перед нами возникла из того факта, что Македоний, услышав, что в нескольких рукописях Константинопольской Церкви текст 1 Тим. iii. 16 (который прямо свидетельствует о Божестве Христа) был испорчен, позаботился о том, чтобы эти копии были исправлены в соответствии с лучшими образцами».

Но, по сути, я подозреваю, что вы совершенно неверно понимаете все дело. Вы говорите об «истории». Но, прошу вас, какую «историю» вы имеете в виду? «Историю», которую Либерат рассказал в VI веке? Или остроумную глоссу, которую Гинкмар, архиепископ Реймсский, наложил на нее в IX веке? Вы упоминаете первую — вы рассуждаете исходя из второй. Любая из них одинаково устроит меня. Но — una la volta, per carità! (по одному разу, ради милосердия!)

Гинкмар (за которым обычно следуют критики) рассказывает, что Македоний превратил ΟΣ в ΘΕΟΣ (т.е. ΘΣ). Если Македоний сделал это, он предпочел Θεός чтению ὅς... Но история, которую распространил Либерат, совсем другая. Пусть его выслушают:

“At this time, Macedonius, bp. of CP., is said to have been deposed by the emperor Anastasius on a charge of having falsified the Gospels, and notably that saying of the Apostle, [pg 473] ‘Quia apparuit in carne, justificatus est in spiritu.’ He was charged with having turned the Greek monosyllable ΟΣ (i.e. ‘qui’), by the change of a single letter (Ω for Ο) into ΩΣ: i.e. ‘ut esset Deus apparuit per carnem.’ ”

Теперь, что это очень хромая история, все должны видеть. Цитируя отрывок на латыни, сам Либерат не выставляет ни «qui», ни «quod», ни «Deus», — а «quia apparuit in carne» (ибо явился во плоти). (Переводчик Оригена, кстати, делает то же самое.) И все же Либерат тут же добавляет (как результат изменения) «ut esset Deus apparuit per carnem» (чтобы было: Бог явился через плоть): как если бы это было возможно, если бы «Deus» уже не стоял в тексте! Совершенно ясно тем временем, что, согласно Либерату, ὡς было словом, которое Македоний ввел в 1 Тим. iii. 16. И стоит заметить, что писец, который перевел на греческий пятое письмо Папы Мартина I (написанное по случаю Латеранского собора 649 г. по Р.Х.) — имея необходимость перевести цитату Папы из Вульгаты («quod manifestatus est»), — выставляет ὡς ἐφανερώθη в этом месте.

Настало время, когда я должен высказать свое мнение, что правы те критики (Корнелий а Лапиде [1614] и Котелерий [1681]), которые, рассуждая из того, что на самом деле говорит Либерат, проницательно делают вывод, что во времена Македония должны были существовать кодексы, которые выставляли ΟΣ ΘΕΟΣ в этом месте; и что это должно быть чтением, на которое ссылается Либерат. Такие кодексы существуют до сих пор. Один хранится в библиотеке базилианских монахов в Крипта Феррата, о которой уже говорилось на стр. 446–8: другой находится в Париже. Я называю их соответственно «Apost. 83» и «Paul 282». Это ново.

Довольно об этом, однако. Слишком много, по сути. Я должен спешить. Вся басня, кем бы она ни была сфабрикована, рассматривалась с заслуженным презрением чередой ученых людей со времен еп. Пирсона. И хотя в течение последнего столетия несколько писателей неверующей школы (главным образом социниане) возродили и приукрасили глупую историю, чтобы, если возможно, избавиться от текста, который неудобно свидетельствует о Божестве Христа, можно было надеяться, что в эти просвещенные дни христианский епископ той же Церкви, которую украшал ученый, благочестивый и рассудительный Джон Берриман полтора века назад, постыдился бы разжигать древнюю вражду и вторить социнианскому хору. Я буду удовлетворен, если хотя бы убедил вас, что Македоний является свидетелем в пользу Θεός в 1 Тим. iii. 16.

[n] Свидетельство анонимного автора (430 г. по Р.Х.), Епифания (787 г. по Р.Х.), Феодора Студита (795? г. по Р.Х.), схолий, Экумения, Феофилакта, Евфимия.

Свидетельство анонимного автора, которого ошибочно принимали за Афанасия, вы обходите молчанием. То, что этот писатель жил в дни, когда бушевал несторианский спор — а именно в первой половине V века, — во всяком случае очевидно. Он, следовательно, по крайней мере такой же древний свидетель текста Писания, как и сам кодекс a: и Θεὸς ἐφανερώθη — это ясно то, что он нашел написанным в этом месте. Почему вы поднимаете такой шум вокруг Cod. a, и все же игнорируете этого современного свидетеля? Мы не знаем, кто написал упомянутое Послание, — правда. Мы также не знаем, кто написал Кодекс a. Что тогда?

Другой выдающийся свидетель в пользу Θεός, которого вы также не удостаиваете вниманием, — это Епифаний, диакон Катанский на Сицилии, который представлял Фому, архиепископа Сардинского, на 2-м Никейском соборе, 787 г. по Р.Х. Длинный дискурс этого церковника можно увидеть в Деяниях Собора, переведенных на латынь, — что делает его свидетельство столь поразительным. Но, по сути, его слова выразительны и тем более ценны, что они исходят из региона западного христианства, из которого текстовые высказывания редки.

Гораздо более заметный писатель почти той же даты, Феодор Студит из К.П. [759–826 гг. по Р.Х.], также является свидетелем в пользу Θεός. Как же получается, владыка епископ, что вы так рьяно ратуете за свидетельство кодексов f и g, которые, в конце концов, являются лишь одним свидетелем IX века, — и все же полностью игнорируете живые высказывания таких известных людей, которые принадлежали к известным местам и писали в известное время? Не потому ли, что они свидетельствуют недвусмысленно против вас?

Несколько древних схолиастов, выражающих себя по-разному, заслуживают перечисления здесь, все они являются свидетелями исключительно в пользу Θεός. Наконец —

Экумений (990 г. по Р.Х.), Феофилакт (1077 г. по Р.Х.), Евфимий (1116 г. по Р.Х.) завершают это перечисление. Все трое являются ясными свидетелями в пользу чтения не ὅς, а Θεός.

[o] Свидетельство церковной традиции.

До сих пор ничего не было сказано относительно церковного обычая в отношении этого места Писания. 1 Тим. iii. 16 встречается в чтении, состоящем из девяти стихов (1 Тим. iii. 13–iv. 5), которые публично читались почти во всех церквях восточного христианства в субботу перед Богоявлением. Оно также читалось в немалом числе церквей в 34-ю субботу года. К сожалению, книга, содержащая чтения из Посланий св. Павла (технически называемая «Апостол»), встречается сравнительно редко, часто находится в искалеченном состоянии и (по этой и другим причинам) так же часто не содержит этого конкретного урока. Таким образом, анализ 90 копий «Апостола» (№ 1–90) сопровождается следующим результатом: 10 оказались записанными по ошибке; в то время как 41 объявлены — (иногда, боюсь, из-за неискусности тех, кто заявляет, что исследовал их) — не содержащими 1 Тим. iii. 16. О 7 мне не удалось получить сведений. Таким образом, для нашей нынешней цели доступно лишь 32 копии книги под названием «Апостол».

Но из этих тридцати двух двадцать семь выставляют Θεός. Вам будет интересно услышать, что одна радует уникальным чтением Θεοῦ: в то время как другая копия «Апостола» поддерживает «Paul 282», читая ὅς Θεός. Другими словами, «Бог» найден в 29 копиях из 32: в то время как «который» (ὅς) наблюдается сохранившимся только в 3 — и это западные документы подозрительного характера. Два из них были созданы в одном и том же калабрийском монастыре; и они до сих пор стоят бок о бок в библиотеке Крипта Феррата: будучи исключительно в симпатии к весьма подозрительному западному документу в Париже, уже описанному на стр. 446.

Церковная традиция, следовательно, явно против вас в отношении чтения 1 Тим. iii. 16. Как вы оцениваете эту главу свидетельств, я не знаю. Со своей стороны, я считаю ее превосходной важности. Она переносит нас сразу в первобытную эпоху; и оказывается бесконечно более заслуживающей внимания, чем свидетельство любых существующих унциальных документов, которые могут быть представлены. И почему? По той простой причине, что она должна была быть однажды засвидетельствована бесконечно большим числом кодексов, гораздо более древних, чем любые, которыми мы сейчас обладаем. По сути, церковная традиция, когда она добавлена к свидетельству рукописей и Отцов, становится подавляющим соображением.

А теперь мы можем, наконец, приступить к подведению итогов. Позвольте мне собрать результат предыдущих пятидесяти страниц; и кратко напомнить читателю о количестве внешних свидетельств, которые могут быть представлены в поддержку каждого из этих соперничающих чтений: ὅ, ὅς, Θεός.

[I.] Сумма свидетельств версий, копий, Отцов в пользу чтения μυστήριον; ὅ ἐφανερώθη в 1 Тим. iii. 16.

(α) Чтение μυστήριον; ὅ ἐφανερώθη — (которое Ветштейн изо всех сил старался сделать популярным и которое было весьма популярно среди социнианской партии вплоть до третьей четверти прошлого века) — пользуется, как мы видели (стр. 448–53), весомым свидетельством латинской и Пешитты, коптской, саидской и эфиопской версий.

Никто не может позволить себе пренебрежительно отзываться о таком свидетельстве, как это. Это самое старое, что может быть представлено для истины чего-либо во вдохновенном тексте Нового Завета; и оно исходит как с Востока, так и с Запада. И все же оно само по себе явно неадекватно. Двух характеристик Истины ему не хватает — двух верительных грамот, — без которых оно не может быть даже серьезно рассмотрено. Оно требует разнообразия, а также широты свидетельства. Оно должно быть в состоянии представить в поддержку своих претензий дополнительное свидетельство копий и Отцов. Но,

(β) Напротив, ὅ найдено, кроме того, только в одной греческой рукописи — а именно в кодексе VI века Claromontanus, D. И далее,

(γ) Только два древних писателя свидетельствуют об этом чтении, а именно Геласий Кизический, чья дата — 476 г. по Р.Х.; и неизвестный автор гомилии неопределенной даты в Приложении к Златоусту... Трудно постичь, как на основании таких свидетельств критики прошлого века могли убедить себя (вместе с Гроцием), что μυστήριον; ὅ ἐφανερώθη является истинным чтением 1 Тимофею iii. 16. И все же, чтобы поддержать этот тезис, сэр Исаак Ньютон спустился со звездной сферы и попробовал свои силы в текстовой критике. Ветштейн (1752) свободно перенес труды астронома на свои страницы и тем самым придал обновленное хождение мнению, которое труды ученого Берримана (1741) уже продемонстрировали как несостоятельное.

Писал ли Феодор Мопсуестийский (в своем труде «de Incarnatione») ὅς или ὅ, должно оставаться неопределенным, пока не будет получен доступ к его греческому тексту вместе с контекстом. Я нахожу, что он цитирует 1 Тим. iii. 16 по меньшей мере три раза: о первом месте есть только латинский перевод, который начинается «Quod justificatus est in spiritu» (Что оправдан был в духе). Второе место доходит до нас на латыни, греческом и сирийском: но неудовлетворительно во всех трех: (a) Латинская версия вводит цитату так: «Consonantia et Apostolus dicit, Et manifeste magnum est pietatis mysterium, qui (или quod) manifestatus (или tum) est in carne, justificatus (или tum) est in spiritu» (Согласие и Апостол говорит: И явно велика тайна благочестия, который (или что) явился во плоти, оправдан был в духе); (b) Греческий (которым мы обязаны Леонтию Византийскому, 610 г. по Р.Х.) читает: Ὅς ἐφανερώθη ἐν σαρκί, ἐδικαιώθη ἐν πνεύματι (Который явился во плоти, оправдан был в духе) — лишенный всякого предисловия. Те семь слов, таким образом изолированные от контекста, соответственно напечатаны Минем как заголовок только; (c) Сирийский перевод недвусмысленно читает: «Et Apostolus dixit, Vere sublime est hoc mysterium, quod» (И Апостол сказал: Истинно возвышенна эта тайна, что), — опуская τῆς εὐσεβείας. Третья цитата, которая найдена только на сирийском, начинается: «For truly great is the-mystery of-the-fear-of God, who was manifested in-the-flesh and-was-justified in-the-spirit» (Ибо поистине велика тайна страха Божия, который явился во плоти и был оправдан в духе). Это отличается от принятого текста Пешитты заменой другого слова для εὐσέβεια и использованием эмфатического состояния «плоть», «дух», где Пешитта имеет абсолютное состояние «плоть», «дух». Две более поздние фразы согласуются с Харклианской или Филоксенской версиями. — Мне трудно из всего этого понять, что именно делать со свидетельством Феодора. Оно обладает поистине оракульной двусмысленностью; колеблясь между ὅ, ὅς и даже Θεός. Вы, я замечаю (кто знаком только со вторым из трех вышеуказанных мест, и то лишь несовершенно), не колеблетесь разрубить узел, просто претендуя на авторитет еретика для чтения, которое вы защищаете, а именно ὅς. Я счел долгом перед моими читателями рассказать им все, что известно о свидетельствах, предоставленных Феодором Мопсуестийским. Во всяком случае, максимум, что может быть выдвинуто в пользу чтения μυστήριον; ὅ в 1 Тимофею iii. 16, теперь было свободно изложено. Я, следовательно, свободен перейти к следующему мнению.

[II.] Сумма свидетельств версий, списков и отцов Церкви в пользу чтения μυστήριον; ὅς ἐφανερώθη в 1-м послании к Тимофею, 3:16.

Примечательно, как полностью Грисбаху удалось направить течение мнений относительно рассматриваемого нами места в новое русло. Поначалу, конечно (а именно в 1777 году), он сохранил Θεός в своем тексте, робко напечатав ὅς мелким шрифтом над ним и заметив: «Judicium de hâc lectionis varietate lectoribus liberum relinquere placuit» (Я счел уместным оставить суждение об этом разночтении на усмотрение читателей). Но спустя тридцать лет (в 1806 году), осмелев, Грисбах заменил Θεός на ὅς — «ut ipsi» (как он говорит) «nobis constaremus» (чтобы мы сами были последовательны). Лахман, Тишендорф, Трегеллес, Весткотт и Хорт, а также ревизоры под вашим руководством последовали за ним, что для меня необъяснимо, видя, что в пользу ὅς в этом месте можно привести даже меньше авторитетов, чем в пользу ὅ. Но давайте кратко подытожим свидетельства в пользу μυστήριον; ὅς ἐφανερώθη ἐν σαρκί:

(α) Оно состоит из единственной унциальной рукописи, а именно испорченного кодекса א (ибо, как было подробно объяснено выше, рукописи c и f-g дают неопределенные свидетельства) и, возможно, двух курсивных рукописей, а именно Paul 17 (пресловутый «33» из Евангелий) и рукописи в Уппсале (№ 73), которая, как считается, требует дальнейшей проверки. К ним следует добавить три других литургических свидетеля, написанных курсивом, — западные списки книги, называемой «Апостол», которые были обнаружены лишь недавно. Два из упомянутых кодексов имеют калабрийское происхождение. Несколько слов об этом предмете можно найти выше, на страницах 477 и 478.

(β) Единственная версия, которая определенно свидетельствует в пользу ὅς, — это готская, которая (как объяснено на стр. 452–453) демонстрирует безнадежно неясную конструкцию и опирается на свидетельство единственного списка из Амброзианской библиотеки.

(γ) Патристических свидетельств (в пользу μυστήριον; ὅς ἐφανερώθη) не существует ни одного. То, что Епифаний [360 г. от Р.Х.], заявляя, что цитирует из своего раннего трактата, в котором ἐφανερώθη стоит без подлежащего, добавляет перед ним ὅς, ничего не доказывает, как я подробно объяснил в другом месте. Двусмысленное свидетельство, представленное Феодором Мопсуестийским [390 г. от Р.Х.], уже приведено перед читателем.

На этом исчерпываются свидетельства в пользу чтения, которое появилось — и, осмелюсь предсказать, исчезнет — вместе с нынешним столетием. Мое единственное удивление заключается в том, как такое слабо засвидетельствованное — почти не засвидетельствованное — представление 1 Тим. 3:16 могло быть всерьез принято кем-либо. «Si» (как замечает Грисбах относительно 1 Ин. 5:7) — «si tam pauci ... testes ... sufficerent ad demonstrandam lectionis cujusdam γνησιότητα, licet obstent tam multa tamque gravia et testimonia et argumenta; nullum prorsus superesset in re criticâ veri falsique criterium, et textus Novi Testamenti universus plane incertus esset atque dubius» (Если бы столь немногие свидетели были достаточны для доказательства подлинности того или иного чтения, несмотря на наличие столь многих и столь весомых свидетельств и аргументов, то в текстовой критике не осталось бы никакого критерия истины и лжи, и весь текст Нового Завета был бы совершенно неопределенным и сомнительным).

И все же это то самое чтение, которое вы, милорд епископ, не только упорно отстаиваете, но и настаиваете, что оно более не «открыто для пересмотра». Вы, по-видимому, стремитесь ввести «clôture» (прекращение прений) в текстологические дискуссии. Но на деле вы стремитесь навлечь кары и наказания на тех, кому выпало несчастье иметь мнение, отличное от вашего. Вы обрушиваете на меня весь гнев объединенных кафедр Глостера и Бристоля за мою дерзость осмелиться оспорить вердикт «текстовой критики последних пятидесяти лет» — ревизоров и ваш собственный; за мою глупость, рискнувшую поверить, что традиционное чтение 1 Тим. 3:16 (которому, как вы признаете, не менее 1530 лет) является верным. Вы выставляете меня на всеобщее поругание. «Он предпринял», — говорите вы, — «тщательную попытку поколебать выводы, в которых ни один профессиональный ученый не сомневается ни в малейшей степени, но которые обычный читатель (а к таким мы и обращаемся) мог бы счесть все еще открытыми для пересмотра». — «Более того», — продолжаете вы, — «этот случай имеет большое значение как пример. Он поразительным образом иллюстрирует полную изоляцию позиции рецензента. Если он прав, то все остальные критики ошибаются».

Позволите ли вы мне, милорд епископ, как обычному автору, обращающемуся (подобно вам) к «обычным читателям», почтительно указать, что вы совершенно неверно понимаете стоящую перед нами проблему? Греческий текст Нового Завета должен определяться не современным мнением, а древним авторитетом. Поэтому в этой области исследований «полная изоляция» — удел того, и только того, кого покинули списки, версии и отцы Церкви. Человек, который, напротив, способен указать на подавляющее большинство древних свидетелей и довольствуется тем, что скромно занимает место у их ног, — такой человек может позволить себе игнорировать «текстовую критику последних пятидесяти лет», если она осмеливается противоречить их ясным постановлениям; может даже позволить себе улыбнуться уверенности «профессиональных ученых» и «критиков», если они настолько неблагоразумны, что выстраиваются в боевой порядок против этого сонма древних мужей.

Поэтому сказать о таком человеке (как вы теперь говорите обо мне): «Если он прав, то все остальные критики ошибаются» — значит выдвинуть нерелевантный тезис и запутать ясный вопрос. Задача текстовой критики (как вы заявляете на стр. 28 вашей брошюры) заключается не в чем ином, как в установлении «согласного свидетельства древнейших авторитетов». Обязанность текстолога — не что иное, как правильное истолкование торжественного вердикта древности. Правильно ли я истолковываю этот вердикт или нет? Весь вопрос сводится именно к этому! Если нет — прошу, покажите мне, в чем я ошибся в фактах. Но если да — почему вы не переходите немедленно на мою сторону? «Раз он прав», — ожидаю я услышать от вас, — «то само собой разумеется, что «профессиональные критики», с которыми он боролся, — включая меня самого, — должны быть неправы». ... Я, как видите, лояльно принимаю логический вывод, который вы сами выдвинули. Я лишь стремлюсь примирить вашу дилемму с фактическим положением дел.

А теперь, выслушаете ли вы меня, пока я изложу основания, по которым я убежден, что ваша замена Θεός на ὅς в 1 Тим. 3:16 есть не что иное, как пагубное искажение истины? Могу ли я хотя бы представить, в той же краткой форме, что и прежде, свидетельства в пользу чтения в этом месте не ὅ и не ὅς, а Θεός?

[III.] Сумма свидетельств версий, списков и отцов Церкви в пользу чтения Θεὸς ἐφανερώθη в 1 Тим. 3:16.

Свидетельство древности в пользу общепринятого текста 1 Тим. 3:16, а именно: καὶ ὁμολογουμένως μέγα ἐστὶ τὸ τῆς εὐσεβείας μυστήριον; ΘΕῸΣ ἐφανερώθη ἐν σαρκί и т.д., — совершенно иное по разнообразию, количеству и качеству, чем то, что было представлено ранее. Я приступаю к его изложению в общих чертах, уже подробно остановившись на той его части, которая стала предметом споров. Читатель прекрасно знает, что я не намерен использовать в качестве аргументов первые шесть имен в последующем перечислении. Эти имена [заключенные в квадратные скобки] я воздерживаюсь даже нумеровать; не потому, что сомневаюсь в свидетельстве, которое они предоставляют, а потому, что решил строить доказательство исключительно на неоспоримых фактах. Тем не менее, разумно, чтобы все свидетельства в пользу Θεὸς ἐφανερώθη были представлены читателю: и, по моему суждению, удивительно несправедлив тот спорщик, который может внимательно изучить свидетельства, от которых я таким образом отказываюсь, не признав втайне, что их совокупный вес значителен, в то время как их древность делает серьезным вопрос о том, не противоречит ли просто здравому смыслу отказываться от них в таком исследовании, как нынешнее.

[(a) Итак, в I веке — уже было показано (на стр. 463), что Игнатий (90 г. от Р.Х.), вероятно, признавал рассматриваемое нами чтение в трех местах.]

[(b) Краткое, но значимое свидетельство Варнавы будет найдено на той же странице.]

[(c) Во II веке — Ипполит (190 г. от Р.Х.) (как было объяснено на стр. 463) дважды выступает свидетелем с той же стороны.]

[(d) В III веке — Григорий Чудотворец (если это действительно он), как уже было показано (на стр. 463), вероятно, свидетельствует в пользу чтения Θεὸς ἐφανερώθη.]

[(e) К тому же веку относится труд под названием «Апостольские постановления», который, по-видимому, также свидетельствует в пользу того же чтения. См. выше, стр. 463.]

[(f) Василий Великий также (355 г. от Р.Х.), как будет объяснено на стр. 464, должен считаться свидетелем в пользу Θεὸς ἐφανερώθη в 1 Тим. 3:16, хотя его свидетельство, подобно свидетельству пяти предыдущих имен, открыто для придирок и здесь не приводится как решающее.] — А теперь перейдем на твердую почву.

(1) Итак, к III веку [264 г. от Р.Х.?] относится послание, приписываемое Дионисию Александрийскому (о котором говорилось выше, на стр. 461–462), в котором 1 Тим. 3:16 отчетливо цитируется именно так.

(2) В следующем, IV веке, однозначные патристические свидетельства в пользу Θεὸς ἐφανερώθη изобилуют. Первым идет Дидим, возглавлявший Александрийскую катехизическую школу, учитель Иеронима и Руфина. Родившись в 309 году и рано став знаменитым, он ясно свидетельствует о том, каким было чтение в первой четверти IV века. Его свидетельство было изложено на стр. 456.

(3) Григорий, епископ Назианский [355 г. от Р.Х.], современник Василия, в двух местах свидетельствует подобным образом. См. выше, стр. 457.

(4) Диодор (или «Феодор», как пишет его имя Фотий), учитель Златоуста, сначала антиохийский, а затем еретический епископ Тарса в Киликии, должен быть упомянут следующим [370 г. от Р.Х.]. Его свидетельство приведено выше, на стр. 458–459.

[pg 488] (5) Следующий — пожалуй, наш самый прославленный свидетель, а именно Григорий, епископ Нисский в Каппадокии [370 г. от Р.Х.]. Ссылки как минимум на двадцать два места в его сочинениях уже были приведены на стр. 456.

(6) Едва ли менее важен, чем вышеупомянутый отец, Златоуст [380 г. от Р.Х.], сначала антиохийский, а затем патриарх Константинопольский, который в трех местах ясно свидетельствует в пользу Θεὸς ἐφανερώθη. См. выше, стр. 457.

(7) К этому же веку (не позднее, безусловно, его второй половины) следует отнести заглавие того κεφάλαιον, или главы, Первого послания св. Павла к Тимофею, которая содержит главу 3:16 (на самом деле, которая с нее начинается), а именно: Περὶ θείας σαρκώσεως (О божественном воплощении). Очень красноречиво это заглавие свидетельствует о том, что Θεός было устоявшимся чтением обсуждаемого места еще до того, как были созданы кодекс B или кодекс א. См. выше, стр. 457–458.

(8) В V веке — помимо Александрийского кодекса (cod. a), о котором уже было так много сказано (со стр. 431 по 437), — мы можем апеллировать к чтению Θεὸς ἐφανερώθη в пользу:

(9) Кирилла, архиепископа Александрийского [410 г. от Р.Х.], который как минимум в двух местах свидетельствует о нем однозначно. См. выше, стр. 464–470. Так же делает и

(10) Феодорит, епископ Кирский в Сирии [420 г. от Р.Х.], который как минимум в четырех местах (см. выше, стр. 456) дает однозначное и важное свидетельство с той же стороны.

(11) Далее заслуживает внимания анонимный автор [430 г. от Р.Х.], чье сочинение находится в приложении к трудам Афанасия. См. выше, стр. 475.

[pg 489] (12) Вы будете рады увидеть, что ваш друг Евфалий, епископ Сулькский, должным образом признан в этом перечислении. Он идет следующим [458 г. от Р.Х.]. Дискуссию о нем можно найти выше, со стр. 459 по 461.

(13) Македоний II, патриарх Константинопольский [496 г. от Р.Х.], должен быть обязательно упомянут здесь, как я очень подробно объяснил на стр. 470–474.

(14) К VI веку относится грузинская версия, как уже было отмечено на стр. 454.

(15) Сюда же следует отнести свидетельство Севера, епископа Антиохийского [512 г. от Р.Х.], которое уже было подробно изложено на стр. 458.

(16) К VII веку [616 г. от Р.Х.] относится Харклианская (или Филоксенская) версия, о которой см. выше, стр. 450. «Что Θεός было чтением рукописей, с которых была сделана эта версия, вне всякого сомнения доказывается тем фактом, что в двенадцати других местах, где встречается εὐσέβεια, слова ܩܦܝܕܘܐ ܕܗܬܐ (или ܐܬܗܕ ܐܘܕܝܦܩ) («благочестие») встречаются без добавления ܐܠܚܐ (или ܐܚܠܐ) («Бог»). Примечательно, что в тринадцатом случае (1 Тим. 2:2), где Пешитта читает «страх Божий», Харклианская версия читает только «страх». С другой стороны, Харклианская маргиналия к Деян. 3:12 прямо утверждает, что εὐσέβια является греческим эквивалентом ܩܦܝܕܘܐ ܕܗܬܐ (или ܐܬܗܕ ܐܘܕܝܦܩ) («благочестие»). Это эффективно устанавливает факт, что автор Харклианской рецензии нашел Θεός в своей греческой рукописи 1 Тим. 3:16».

[pg 490] (17) В VIII веке Иоанн Дамаскин [730 г. от Р.Х.] преимущественно заслуживает внимания. Он дважды свидетельствует в пользу Θεὸς ἐφανερώθη, как было объяснено на стр. 457.

(18) Следующим следует упомянуть Епифания, диакона Катанского, чье памятное свидетельство на 2-м Никейском соборе [787 г. от Р.Х.] было изложено выше, на стр. 475. А затем,

(19) Феодор Студит из Константинополя [790 г. от Р.Х.], о котором см. выше, на стр. 475–476.

(20), (21) и (22). К IX веку относятся три оставшиеся унциальные кодекса, которые одинаково свидетельствуют в пользу Θεὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί: а именно «Cod. Mosquensis» (k), «Cod. Angelicus» (l) и «Cod. Porphyrianus» (p).

(23) Славянская версия относится к тому же веку и демонстрирует то же чтение.

(24) Сюда же можно отнести несколько древних схолий, которые все свидетельствуют в пользу Θεὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί, как я объяснил на стр. 476.

(25) К X веку относится Экумений [990 г. от Р.Х.], который также является свидетелем с той же стороны. См. стр. 476.

(26) К XI веку — Феофилакт [1077 г. от Р.Х.], который дает прямое свидетельство в пользу того же чтения. См. стр. 476.

(27) К XII веку — Евфимий [1116 г. от Р.Х.], который завершает список своим одобряющим вердиктом. См. стр. 476.

И таким образом мы достигаем периода, когда нас ожидает масса свидетельств, переносящих нас (per saltum) в самые благодатные дни Церкви; свидетельств, которые при правильном понимании являются абсолютно решающими для обсуждаемого сейчас вопроса. Я имею в виду свидетельство каждой известной копии посланий св. Павла, за исключением трех или четырех уже указанных, а именно d посланий св. Павла, א, 17 и, возможно, 73. Несколько слов об этом последнем разделе свидетельств могут оказаться не лишенными новизны даже для вас. Они дополняют то, что уже было предложено по этому же предмету со стр. 443 по 446.

Копии посланий св. Павла (написанные курсивом), предположительно существующие в европейских библиотеках (не включая те, что находятся в монастырях Греции и Леванта), составляют не менее 302. Из этого числа 2 являются вымышленными, 1 была уничтожена огнем, а 6 затерялись в неизвестных местах. Добавьте к этому, что 37 (по разным причинам) считаются не содержащими рассматриваемый стих, в то время как о 2 я до сих пор не смог получить никаких сведений, — и станет ясно, что сумма доступных курсивных копий посланий св. Павла составляет ровно 254.

Теперь, что 2 из этих 254 курсивных копий (а именно Paul 17 и 73) демонстрируют ὅς, вы были настолько усердны (на стр. 71–72 вашей брошюры) в установлении, что я не хочу делать ничего больше, кроме как отослать вас обратно к страницам 443, 444, 445, где уже было предложено несколько слов в ответ. Позвольте мне, однако, представить на ваше рассмотрение, в качестве противовеса этим двум копиям посланий св. Павла, которые читают ὅς, следующие двести пятьдесят две копии, которые читают Θεός. Чтобы говорить с абсолютной точностью, 4 из них (252) демонстрируют ὁ Θεὸς ἐφανερώθη, 1 — ὅς Θεός, и 247 — Θεός абсолютно. Номера следуют:

1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 16. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27. 28. 29. 30. 31. 32. 33. 34. 35. 36. 37. 38. 39. 40. 41. 43. 44. 45. 46. 47. 48. 49. 52. 55. 56. 57. 59. 62. 63. 65. 67. 68. 69. 70. 71. 72. 74. 75. 77. 78. 79. 80. 81. 83. 84. 85. 86. 87. 88. 90. 91. 92. 93. 94. 95. 96. 97. 98. 99. 100. 101. 102. 103. 104. 105. 106. 107. 108. 109. 110. 111. 112. 113. 114. 115. 116. 117. 120. 121. 122. 123. 125. 126. 128. 129. 130. 131. 132. 133. 134. 135. 136. 137. 138. 139. 140. 141. 142. 143. 144. 145. 149. 150. 151. 153. 154. 155. 156. 157. 158. 159. 164. 165. 166. 167. 168. 169. 170. 171. 173. 174. 175. 176. 177. 178. 179. 180. 182. 183. 184. 185. 186. 188. 189. 190. 192. 193. 194. 195. 196. 197. 198. 199. 200. 201. 203. 204. 205. 206. 207. 208. 211. 212. 213. 215. 216. 217. 218. 219. 220. 221. 222. 223. 224. 226. 227. 228. 229. 230. 231. 232. 233. 234. 235. 236. 237. 238. 239. 240. 241. 242. 243. 244. 245. 246. 247. 249. 250. 251. 252. 253. 255. 256. 257. 258. 260. 262. 264. 265. 266. 267. 268. 269. 270. 272. 273. 274. 276. 277. 278. 279. 280. 281. 282. 283. 285. 288. 289. 290. 291. 292. 294. 295. 296. 297. 298. 299. 300. 301.

Взгляните же на обеспечение, которое Автор Писания создал для эффективного сохранения в целостности этой части Своего написанного Слова! Более тысячи восьмисот лет прошло с тех пор, как Святой Дух через Своего слугу Павла возвестил «тайну благочестия», провозгласив это основополагающим фактом, а именно, что «Бог явился во плоти». И вот, из двухсот пятидесяти четырех копий посланий св. Павла не менее двухсот пятидесяти двух оказались сохранившими это выражение. Такое «согласие» равносильно единодушию, и (как я объяснил на стр. 454–455) единодушие в этом предмете является окончательным.

Копии, о которых мы говорим (прошу вас заметить), были созданы в каждой части древнего христианского мира, будучи в каждом случае производными от копий, более древних, чем они сами, которые, в свою очередь, были списками еще более древних копий. С тех пор они без умысла или хитрости попали в библиотеки каждой страны Европы, где на протяжении сотен лет их ревностно охраняли. И (я повторяю вопрос, уже заданный на стр. 445–446, и теперь почтительно предлагаю его вам, милорд епископ; прошу вас при удобном случае публично оказать мне любезность ответом) — по какой мыслимой причине это множество свидетелей могло вступить в злонамеренный заговор с целью обмануть человечество?

Правда, никакое чудо не охраняло священный текст в этом или в любом другом месте. С другой стороны, последние 150 лет неверие решительно придирается к этому великому провозглашению Божественности Христа, чтобы доказать, что Апостол написал не это, а что-то другое. И все же (как я полностью показал) результат всех доступных свидетельств состоит в том, чтобы установить, что Апостол должен считаться написавшим не что иное, как именно это.

К подавляющим свидетельствам, предоставленным 252 из 254 курсивных копий посланий св. Павла, следует добавить свидетельства, предоставленные лекционариями. Уже было объяснено (а именно на стр. 477–478), что из 32 копий «Апостола» 29 сходятся в свидетельстве в пользу Θεός. Я только что (7 мая) услышал о еще одной в Ватикане. К этим 30 следует добавить 3 литургических кодекса, упомянутых на стр. 448 и 474, примечание 1. Теперь это, безусловно, голос древней церковной традиции. Численный результат нашего общего исследования, таким образом, оказывается вкратце таков:

(I.) В 1 Тим. 3:16 чтение Θεὸς ἐφανερώθη ἐν σαρκί засвидетельствовано 289 рукописями, 3 версиями и более чем 20 греческими отцами Церкви.

[pg 496] (II) Чтение ὅ (вместо Θεός) поддерживается единственной рукописью (D), 5 древними версиями и 2 поздними греческими отцами Церкви.

(III.) Чтение ὅς (также вместо Θεός) поддерживается 6 рукописями в общей сложности (א, Paul 17, 73: Apost. 12, 85, 86), только одной версией наверняка (а именно готской) и ни одним греческим отцом Церкви наверняка.

Я не буду повторять замечания, которые сделал ранее при общем обзоре свидетельств в пользу ὅς ἐφανερώθη, но я должен попросить вас обратиться к этим замечаниям теперь, когда мы подошли к концу всей дискуссии. Они простираются с середины стр. 483 до низа стр. 485.

Печальная логика, которая при обзоре вышеизложенного может сначала убедить себя, а затем попытаться убедить других, что Θεός — это «простая и явная ошибка» и что существует «решительно преобладающее свидетельство» в пользу чтения ὅς в 1 Тим. 3:16, должна быть того рода, с которым я ни знаком, ни желаю быть знакомым. Я вверяю дело между вами и мной суду человечества и верю, что вы способны ожидать общего вердикта с той же безмятежной уверенностью, что и я.

Извините меня, если я рискну, используя просторечие, заверить вас, что в вашем нынешнем споре у вас «нет почвы под ногами»? «Более того» (цитирую из вашей собственной брошюры [стр. 76]), «этот случай имеет большое значение как пример». Вы сделали сознательный выбор в его пользу, чтобы уличить меня в ошибке. Я принял ваш вызов, как видите. Пусть настоящее, всеми средствами, будет рассматриваться публикой как место испытания — проверка наших соответствующих методов, вашего и моего. Я с радостью принимаю исход,

(p) Внутренние свидетельства в пользу чтения Θεὸς ἐφανερώθη в 1 Тим. 3:16 абсолютно подавляющие.

Во всем, что предшествует, я воздерживался от приведения вероятностей этого случая, и по достаточной причине. Замечено, что представления людей о том, что является «вероятным», различаются столь серьезно. «Facile intelligitur» (говорит Ветштейн) «lectiones ὅς et Θεός esse interpretamenta pronominis ὅ: sed nec ὅ nec ὅς posse esse interpretamentum vocis Θεός» (Легко понять, что чтения ὅς и Θεός являются интерпретациями местоимения ὅ, но ни ὅ, ни ὅς не могут быть интерпретацией слова Θεός). Теперь, я бы подумал, что в точности обратное ясно как день. Что может быть очевиднее, чем то, что ΘΣ, демонстрируя нечетко любую из своих тонких горизонтальных черточек (а они часто были начертаны так, что их едва можно было различить), будет ошибочно принято за ΟΣ? Что может быть естественнее, чем то, что мужской относительный союз будет приведен в соответствие со своим средним предшественником? Ведь это действительно произошло в Кол. 1:27, где ὍΣ ἐστι Χριστός было изменено на ὅ только потому, что μυστήριον является предшественником. Но, откладывая это, внутреннее свидетельство в пользу Θεός, безусловно, должно быть признано подавляющим всеми, кроме того, кто решил, что чтение должно быть ὅς или ὅ. Я верю, что мы по крайней мере согласны с тем, что максима «proclivi lectioni præstat ardua» (трудное чтение предпочтительнее легкого) не провозглашает столь глупое положение, что при выборе между двумя или более противоречивыми чтениями мы должны предпочесть то, которое имеет самое слабое внешнее подтверждение, — при условии, что оно само по себе почти непонятно?

И все же, в данном случае — как (позвольте мне спросить) вы будете переводить? Тем, кто соглашается с представлением, что μέγα μυστήριον τῆς εὐσεβείας означает нашего Спасителя Христа Самого (рассмотрите Кол. 1:27), очевидно переводить «который»: но как это грубо, или, скорее, как это невыносимо! Я бы подумал, что не может быть никаких реальных сомнений в том, что «тайна», о которой здесь говорится, должна быть тем сложным проявлением Божественного снисхождения, которое Апостол продолжает излагать в общих чертах: и сущность которого заключается в том, что именно истинный и вечный Бог был субъектом этого события. Те, кто видит это и все же принимает чтение ὅς, вынуждены относить его к далекому предшественнику Θεός. Вы не поддерживаете этот взгляд: я тоже. По своим собственным причинам Альфорд и Лайтфут оба переводят «который».

Трегеллес (который всегда выглядит наименее выигрышно, когда обсуждается вопрос вкуса или учености) предлагает перевести:

“He who was manifested in the flesh, (he who) was justified in the spirit, (he who) was seen by angels, (he who) was preached among Gentiles, (he who) was believed on in the world, (he who) was received up in glory.”1114

Я сомневаюсь, что его предложение найдет поддержку. Вы сами властно утверждаете, что ὅς «не является эмфатическим («Тот, кто» и т.д.): и, по constructio ad sensum, это не относительное местоимение к μυστήριον, а относительное к опущенному, хотя и легко узнаваемому предшественнику, а именно Христу». Вы добавляете, что «не невероятно, что слова процитированы из какого-то известного гимна или, вероятно, из какого-то знакомого исповедания веры». Соответственно, в своем комментарии вы решаетесь представить слова в кавычках как цитату: — «И беспрекословно великая тайна благочестия: «который был явлен во плоти, оправдан в духе»» и т.д., — для чего у вас нет никаких оснований и чего вы не имеете права делать. Весткотт и Хорт («лицензированные распутники») еще более своевольны. Действуя по своему собственному предположению, что эти предложения являются «цитатой из раннего христианского гимна», они приступают к печати окончания 1 Тим. 3:16 стихометрически, как если бы это была шестистрочная строфа.

Несмотря на это, ревизионный орган принял «Тот, кто» в качестве перевода ὅς; ошибочный перевод, как кажется мне, и (я рад узнать) вам тоже. Их перевод — это своего рода диковинка. Я приступаю к его переписыванию:

“He who was manifested in the flesh, justified in the spirit, seen of angels, preached among the nations, believed on in the world, received up in glory.”

Но это даже не претендует на то, чтобы быть предложением: и я не понимаю, какова предлагаемая конструкция. Любая расстановка, которая приводит к тому, что шесть только что процитированных предложений становятся частью подлежащего, а «великая» — сказуемым одного длинного суждения, — недостойна. Дикое средство Бентли свидетельствует гораздо красноречивее о его бедственном положении, чем о его способности пересматривать текст Писания. Он предполагает: — «Христос был предан смерти во плоти, оправдан в духе, ... увиден Апостолами». — «Согласно древнему взгляду», — говорит преп. Т. С. Грин, — «смысл был бы: «и беспрекословно великая тайна благочестия [в лице того], кто [несмотря на тайну] был явлен во плоти и т.д.»» ... Но, с покорностью, «древний взгляд» был не таким. Латиняне, пагубно запертые в пределах своего «pietatis sacramentum, quod», обнаруживаются как привычно вырвавшиеся из этих железных оков и рассуждавшие о нашем Спасителе Христе как о Самом «sacramentum», о котором идет речь. «Sacramentum», по их мнению, было воплощенным Словом. — Не так греческие отцы. Все они, без исключения, понимали св. Павла как говорящего то, что церковная традиция верно засвидетельствовала на протяжении всех веков и что до сего часа копии его посланий доказывают, что он действительно написал, а именно: «И беспрекословно великая тайна благочестия: — Бог явился во плоти, оправдан в духе» и так далее. Более того, это взгляд на предмет, в котором вся ученость и все благочестие Английской церкви благодарно пребывали последние 350 лет. Он рекомендовал себя Эндрюсу и Пирсону, Буллу и Хаммонду, Холлу и Стиллингфлиту, Ашеру и Бевериджу, Миллу и Бенгелю, Уотерленду и Берриману. Перечисление имен легко довести до наших времен. Д-р Хендерсон (ученый комментатор-нонконформист) в 1830 году опубликовал том со следующим заглавием:

“The great mystery of godliness incontrovertible: or, Sir Isaac Newton and the Socinians foiled in the attempt to prove a corruption in the text 1 Tim. iii. 16: containing a review of the [pg 501] charges brought against the passage; an examination of the various readings; and a confirmation of that in the received text on principles of general and biblical criticism.”

И — чтобы обратить взор в совершенно ином направлении — «Veruntamen», — писал почтенный президент Раут в конце своей пожизненной критической работы над Священным Писанием (а его дни продлились до достижения им сотого года), —

“Veruntamen, quidquid ex sacri textûs historia, illud vero haud certum, critici collegerunt, me tamen interna cogunt argumenta præferre lectionem Θεός, quem quidem agnoscunt veteres interpretes, Theodoretus cæterique, duabus alteris ὅς et ὅ.”1119

И здесь я завершаю свою диссертацию по 1 Тим. 3:16. Она началась на стр. 424, и я мало думал, что она растянется на семьдесят шесть страниц. Пусть будет ясно понято, что я основываю свое утверждение вовсе не на внутренних, а исключительно на внешних свидетельствах; хотя, по моему лучшему суждению, они одинаково убедительны в отношении обсуждаемого предмета. — Теперь, когда я неоспоримо, как я полагаю, установил ΘΕΌΣ как лучше всего засвидетельствованное чтение этого места, я завершу настоящее письмо так быстро, как смогу.